Ведьма внутри меня

— Да, думаю, да. Я сам налью, не беспокойтесь, Майя.
Он назвал меня просто по имени, значит, и я могла вернуться к уже привычному «Дамиан» вместо «виконта».
Дэбрэ подошёл, встал рядом, и у меня сорвалось дыхание. Сомневаться в нём, бороться с ним не так и сложно — когда он вдали, и его не видишь. Но когда он совсем рядом, почти касается, а если и вовсе касается — сопротивляться влечению к нему почти невозможно.
Дамиан Дэбрэ — очень красивый мужчина.
Он наливал воду в стакан — я смотрела на него. Его тёмные волосы чуть вились на концах. Они достигали плеч, высокий лоб был открыт. Лицо казалось сосредоточенным, губы сжаты. Ему шла вечерняя синева на щеках, я помнила — тогда его щёки кололись. Мне было сложно представить более привлекательного мужчину. Сладенького смазливого мальчика — да, а вот такого: мужественного, даже сурового — нет, невозможно.
Я залпом выпила всю свою воду и пошла к его креслу. Как и в прошлый раз, не могла позволить ему сесть рядом и свести меня с ума объятиями и поцелуями. Мне следовало сохранять хладнокровие, а с ним рядом всё начинало искрить.
Разумеется, он заметил, что его место заняли, и понял, почему я сделала такой выбор.
Послушный моему невысказанному желанию он сел на диван и внимательно посмотрел на меня. Я старалась не опускать глаза, не смущаться. Существовало множество тем, которые нам следовало обсудить, и поцелуи и всё, что с ними связано, занимали в моём внутреннем списке последнюю строчку.
Он заговорил первым:
— В первую очередь я хочу извиниться перед вами, Майя.
Я нахмурилась, мысленно перебирая те поступки, за которые он мог бы извиняться. Магия Дэбрэ, не иначе, но я не вспомнила ничего… Ах да, кроме его вопиющего недоверия в отношении меня и других. С другой стороны, познакомившись поближе с демоном Майри, я решила, что недоверие — не самый большой недостаток, а, скорее, достоинство для человека, который периодически сталкивается с демонами и ведьмами, их в себе скрывающими.
Но речь, как оказалось, шла о другом.
— Я видел в вас кого угодно, но только не невинную девушку, оказавшуюся здесь по воле обстоятельств. Я приставал к вам, вёл себя откровенно и бесстыдно, как с женщиной лёгкого поведения, и сейчас мне остаётся только сожалеть обо всём том, что я творил. Прошу прощения за своё дерзкое поведение и недостойные поступки в отношении вас.
Я прикрыла рот рукой, кашлянула. Не знаю, каким чудом мне удалось сдержать нервный смех. Культурные различия опять явили себя во всей красе.
— Если бы ваши поступки были мне неприятны, — сказала я, осторожно подбирая слова, — то я бы оттолкнула вас, возможно, ударила по лицу.
— Знай я, кто вы, я бы вёл себя совершенно иначе. Я бы ухаживал за вами, вёл бы себя деликатно и осторожно, чтобы не испугать вас, не причинить вред, — сказал Дэбрэ серьёзным тоном. — Прошу простить мне мою дерзость и дать второй шанс произвести на вас благоприятное впечатление.
О, хорошо. А то я уже начала думать, что избыточной вежливостью он прикрывает желание сдать назад и больше не предпринимать никаких шагов к нашему сближению.
— Хорошо, я вас прощаю. Но только в том случае, если мы оставим это недоразумение в прошлом. А в будущем вы покажете мне, как выглядят деликатные ухаживания виконта Дамиана Дэбрэ.
Он улыбнулся.
— Спасибо. — После непродолжительного молчания заметил: — Меня восхищает ваша смелость, откровенность. Ваш мир, видимо, сильно отличается от нашего мира.
Думаю, я поняла его правильно: он хотел узнать больше о том мире, откуда я пришла. На этот вопрос я уже давно определилась, что скажу. Рассказы о летающих железных птицах и самоходных повозках без лошадей здесь никому не нужны. И меньше всего нужны мне самой. Теперь это мой мир, и не стоит лезть со своим уставом и рассказами о прошлых обычаях в чужой монастырь. Это мне нужно адаптироваться к этому миру, а не ему — ко мне. А значит, бесполезно тратить часы на объяснения, что такое Интернет и мобильная связь.
— Я почти ничего не помню о той своей жизни. Только родных, которых потеряла. Скрежет металла, огонь, который унёс их жизни и моё здоровье. Простите, мне не хочется об этом говорить, не хочется даже мысленно возвращаться туда. Ведь я теперь здесь, моя жизнь вновь началась с чистого листа, и смутные воспоминания прошлого никак не улучшат ту картину, которую я хочу нарисовать на этом листе. Поймите меня правильно и простите за моё непреклонное «нет».
Дэбрэ кивнул. Он прекрасно меня понимал, и это тоже мне очень сильно нравилось в нём.
— Значит, мы не будем говорить о том мире. Но я прошу объяснить, как вы попали сюда в этот раз.
— А прошлый раз вас не интересует?
— С прошлым я уже разобрался. Демоны такого уровня силы способны на многое. Совершить обмен телами для них не такая уж сложная задача, если нет никакой защиты.
Я нахмурилась.
— Но в том мире, — сказала я, нарушая собственное обещание не возвращаться туда даже мысленно, — у меня сложилось впечатление, что моё тело там находилось в бессознательном состоянии или глубоком сне все те дни, которые я провела здесь в теле Майри. То есть её душа до моего тела не добралась.
Дэбрэ сел удобнее, закинул ногу на ногу. Похоже, его сильно беспокоили те извинения, которые он уже принёс, а теперь самоуверенность к нему возвращалась. Говоря о переселении душ, магии и демонах, он находился в своей стихии, где он — царь и бог.
— И всё же, скорее всего, душа Майри там была, — сказал он уверенным тоном. — Майри умерла и телом, и духом. Видимо, в последние дни, когда она полностью вручила себя во власть демона, её духовных сил хватало только на сон.
— Но что с ней случилось потом, когда произошёл обратный обмен? Меня не было здесь почти сутки. Я вернулась — и тут такое. Что произошло?
Лицо Дэбрэ посуровело.
— К сожалению, мы упустили время, забили тревогу только ночью, когда уже было поздно. А до того мы с вами не виделись, вернее, с Майри. Она сказалась больной, отказывалась от еды и общения из-за недомогания, и за весь день виделась только с сестрой Катариной. Майри попросила послать за ней, сказала, что только сестра Катарина знает, как ей помочь.
Я подалась вперёд.
— И что теперь с сестрой Катариной? С ней всё хорошо?
Дэбрэ покачал головой.
— Нет, нехорошо. Вернувшись отсюда домой, она упала в обморок и очень долго не приходила в себя. Сейчас ей уже лучше, но пока она не встаёт. Ей помогают лучшие целители, со временем она справится с тем, что с ней случилось.
— Но что с ней произошло? Вы знаете?
— Она потеряла все силы — вот, что с ней случилось. Думаю, демон забрал всё себе. Судя по всему, Майри все эти годы не лечила Катарину, не избавляла её от излишка сил, а накапливала их в её теле, чтобы воспользоваться в нужный момент. Периодически приоткрывала заслонку, чтобы всё не рвануло раньше времени. Потому Катарину мучили постоянные боли, и она нуждалась в Майри.