34-Ежки для Кощея

— Видишь, воздух и на тебя уже благотворно действует. Ты на глазах добреешь.
Неужели Аляна поборола свою робость и начала обрастать колючками?
Я бросила на неё мимолётный взгляд. И впрямь произошло чудо. Подруга шла и посмеивалась.
    
Глава 4
Прогулявшись по тенистой аллее, мы вышли прямиком к зачарованному озеру водяного. Проходя мимо его владений, из дубовой рощи я услышала слабый стон. Остановилась и присмотрелась: ничего необычного. Яркоклювы завели вечернюю трель, бархатные, как сама ночь, бабочки порхали над нежными олигорскими незабудками.
Раздался еле различимый шорох. Потревоженные птицы прекратили пение, а бабочки сместились вглубь рощи. Меня обуяло любопытство, смешанное с тревогой.
Оставалось предостаточно времени, чтобы успеть подготовиться к ужину. Пообещав себе, что взгляну одним глазком и вернусь, я свернула с дороги. Тараном, оцарапав колючими ветками ноги, продралась через кусты.
— Ты куда собралась, Мира? — настиг меня у малинника обеспокоенный окрик Аляны.
— Подожди нас! — шурша кустами, в один голос крикнули подружки.
Во владениях водяного ничего странного не наблюдалось. Чувствуя себя глупо, я было собралась предложить подругам вернуться, но тут взгляд зацепился за клочок платья, видневшийся из-за широкого ствола дерева.
Лёгкая тревога на душе сменилась мрачным предчувствием.
«Почему нельзя было просто пройти мимо?» — гневался мой внутренний голос.
«Нашёл чему удивляться, — проснулось после недолгой спячки безрассудство. — Мирослава творческая личность. Сначала натворит, а потом думает, чего вытворила».
Чувствуя, как сорняки хлещут по ногам, я обогнула дерево и обнаружила на ковре из белоснежных хрупких ландышей прислонившуюся спиной к стволу девушку. Её глаза были закрыты, отчего, казалось, что она прикорнула.
Лицом незнакомка не вышла. Толстые губы, широкий приплюснутый нос, кустистые брови, болотный цвет кожи — само воплощение царевны лягушки. Отвратительные мокрые колтуны оливковых волос, будто девушку нарочно облили слизью улиток, рваными дорожками спускались по плечам. Лёгкое зелёное платье с кокетливыми рукавами-фонариками, треснув на талии по шву, туго обтягивало жировые складки. Она, без сомнений, стала жертвой чьего-то злого колдовства.
— Она мертва?
Я обернулась и встретилась со встревоженным взглядом Аляны.
— Нашли что-нибудь? — радостной трелью прозвенел приближающийся голос Савины.
Подруга подбежала к нам, и улыбка испарилась с её губ, а лицо приблизилось к цвету подснежников.
— Она дышит? — порывисто сорвала пышный цветок Савина, и недоумённо посмотрев на него, отбросила в траву.
Неплохой вопрос.
— Давайте узнаем, — предложила я, отмечая ярко выраженные симптомы.
Отвратительное преображение указывало на оборотное зелье. Но, приняв его, девушка должна была оставаться в сознании. Стараясь не замечать хруста веток под ногами, я подошла к незнакомке. Глубоко вдохнула и, прочитав заклинание быстрой диагностики, провела над её лицом рукой. Кончики пальцев закололо от холода. В бедняжку ударили смертельным заклятием забвения.
— Девушка жива, — сообщила я подругам. — Но, её живительный источник иссяк.
— Она умирает? — вытаращилась Савина.
Уловив в голосе подруги панические нотки, Аляна принялась её успокаивать:
— Девушка ещё дышит.
— Но живее не становится, — вырвалось у меня. — У неё осталось мало времени.
Для Савины это было уже слишком.
— Мира, Аляна, сделайте что-нибудь! — громко заголосила она и с мольбой во взгляде попросила: — Спасите её.
— Не всё так просто. Девушка одной ногой за гранью, — Аляна подошла к незнакомке и встала напротив меня.
— И чему, Савина, вас, учат в царской школе? — обронила я терзаемая тяжёлыми думами. Я и в самом деле не знала, как спасти заколдованную деву. Чтобы она исцелилась, нужно было поделиться жизненной силой. Незнакомка умирала, а кроме нас, помочь ей некому было. Кощеи не успеют прийти. Действовать надо было немедля. — Я попробую.
Аляна, не сводившая глаз с пострадавшей, вскинула голову.
— Я помогу тебе, Мирослава. У кикимор есть особенность — нам доступна сила леса, — вызвалась она.
Я кивнула и, закусив губу, опустила ладонь на сухой лоб девушки, а Аляна положила руку ей на плечо.
Бр-р-р… Рука соприкоснулась с неприятной на ощупь шершавой кожей. Ничего, на каждую жабу найдётся свой принц. Некоторые остаются до конца своих дней в неведении о том, с кем соединили жизнь.
Обратившись интуитивно к внутреннему источнику, я перенаправила магический поток в новый опустошённый сосуд. Пальцы опалил жар. Свет лился из моей руки, разгоняя мертвецкий холод, окутавший девушку. Забавные чёрные мушки замелькали перед глазами, в довершение незаметно подкралась слабость.
Я никогда не сомневалась в своих магических возможностях, а тут вдруг поплохело. С чего бы вдруг? В жизни не поверю, что силы подвели меня.
Бисеринки выступившего пота холодили моё лицо, но определённо, падать в обморок я не собиралась. Делать мне нечего, кроме как, валяться без сознания на траве.
Не паникуем! Всё под контролем! У нас получится! Глубокий вдох…
— Савина! Беги за Драгомиром! — прохрипела я, чувствуя, что сама скоро перестану подавать признаки жизни и пополню ряды спящих красавец. Должен же меня кто-то разбудить.
Мошки перед глазами плавно перешли в круги.
— Считай уже, привела! — убеждённо пообещала Савина и сорвалась с места.
Дыхание перехватило. Воздух густым киселём застрял в горле. На девушку падала сгорбленная тень. Не прекращая вливать живительную силу в царевну-лягушку, я перевела замутнённый взор на Аляну. Её раскрасневшееся от усилия лицо искажала му́ка, глаза светились смертельной усталостью. Свободной рукой я схватила её за плечо и, приложив неимоверное усилие, оттолкнула.
Не устояв на дрожащих ногах, Аляна отшатнулась назад.
— Я не закончила, — недоверчиво распахнула она глаза.
— Я сама…
— Нам не помочь ей, — признала поражение подруга.
— Мы ещё посмотрим!
Под хруст ломающихся веточек она подошла ко мне.
— Сейчас для всех лучше её отпустить. Мы без сил, а несчастная девушка застряла на границе миров.
Ёжка в отчаянии схватила меня за руку, которую я выставила, чтобы держать её на расстоянии, и потянула на себя.
— Аляна, ради Луноликой, дай мне подумать, — прохрипела я, отмахиваясь от неё.
Ещё немного вливаний, и на щеках девушки проступил еле заметный румянец.