Беременна от сводного брата

— Ты уже по ней соскучился? — бросает, улыбаясь.
— Безу-у-умно, — тяну. — Жизни без неё не представляю и без тебя.
— Что, шведскую семью заведём? — подыгрывает мне Котёнок, влюбляя в себя окончательно. Завтра же женюсь на ней! Сразу мои шутки понимает, не то, что её подруга.
— А ты не против, вижу? Шведской семьи?
— Не против, — ослепляет дурацкой улыбкой. — С тобой хоть на край света, Рус.
— Ну вот и отлично! — восклицаю и аккуратно тяну её в сторону танцпола. Можно и станцевать разок. — Надо ещё твою гёрлфренд подсластить и лимоны от неё спрятать. Вечно кривится, когда меня видит.
— А может ты для неё лимон?
— Котёнок, я самый сладкий мальчик на свете, — тяну, улыбаясь, как довольный котяра. — Поехали, покатаемся по городу сейчас? Ты, я и ночь… Красота!
А может, к чёрту, эту подставу? Увезу просто Катю и потом своей девушкой сделаю? А с мудаком и так разберёмся. Лучше будет сразу Катю в свои хорошие ручки прибрать, чем то, чтобы её сердечко разбилось от вида измены.
Да! Уедем сейчас! Кофе попьём где-нибудь. Или вообще в Питер на машине махнём.
— Рустам, я на дне рождения твоей сестры и… у меня планы, — повторяет, виновато опустив глаза. — И у меня парень есть. Понимаешь? Ему не понравится, что я с тобой разъезжаю. Да и Алиса мне потом все волосы вырвет. Я не хочу быть лысой, Рустам. Ты же её знаешь.
— Верная, — произношу вслух, но решаю, раз хочет разбитое сердечко, пусть будет. — Хорошая ты, Котёнок. Да только не надо на мудаков всяких вестись. Они того не стоят, Кать. Я тебе не враг и только добра желаю. Поэтому лучше не общайся с теми придурками с третьего этажа. У них только одно в голове. А ты для этого слишком хорошая и чистая. Сама же потом пожалеешь.
— А у тебя будто этого в голове нет? — скрещивает руки на груди и скидывает мою руку со своей щеки.
И когда только успел?
— У меня есть, — прямо говорю. — Но я играю честно. И если хочу девушку, то я её добиваюсь, а не жду, пока она у меня на шее повиснет. Не играю на неё никогда.
— А чего тогда за Алиской не ухаживаешь? Чего её не добиваешься?! — переводит разговор в непонятный бред.
— Я и Алиска? — удивляюсь. — Кать, ну ты…
— Да только слепой не заметит бешеных искр между вами, — на эмоциях кричит. Задело её то, что я в её жизнь лезу. — Я чего всегда ухожу, Рустам? Жду, что однажды кто-то из вас не выдержит, сорвётся и, извиняюсь за выражение, присосётся к другому с таким поцелуем, что вам башню сорвёт. И… я стану подружкой невесты, а Алиска перестанет свои безумства творить и приключения на свою пятую точку искать.
— Бредишь, Котёнок! — кидаю, недовольно мотая головой — Мне Алиска не нравится, как девушка. Да и не в моём она вкусе.
Бред какой-то несёт.
— Ага. Я пойду, — говорит Катя и проходит мимо, в лапы тому, кто заставит её разочароваться в мужчинах.
Но после, понимая, как ей будет плохо, решаю её найти. Иду вначале к идиотам, друзьям Кирилла, а потом, «получив» от них ответ, иду в комнатку для уединения. Спрашиваю администратора, который без вопросов указывает мне нужную дверь, но когда я в неё вхожу и слышу плач, то хочу себе морду набить.
Лучше бы насильно похитил её, чем вот этот спектакль с изменой устраивать.
— Кать… — включаю свет и вместо заплаканной мордашки Котёнка вижу расстроенную Алису.
Твою мать!
Ещё кому-то придётся морду разбить.
Убить, сука, готов! За то, что МОЮ ДЕВОЧКУ обидели, тронули! Да пофигу, что сделали! Совсем обнаглели! Землю жрать заставлю за каждую её слезинку!
    
Глава 8
Алиса
— Карим, — подхожу к нему со спины, проводя ноготками по ней, вызывая мурашки. — Карим… — повторяю шёпотом, медленно обхватывая мужчину, которого решила соблазнить и привязать к себе на всю жизнь. — Тебе так идёт этот закат… Ты на его фоне ещё красивее и привлекательнее.
Да! Боевой план пошёл в наступление!
Да, пришлось немного «прибавить» себе для храбрости. Но главное ведь результат и моё будущее счастье!
— Что ты делаешь, Алиса? — спрашивает мой неродной дядя, аккуратно скидывая мои руки с себя и разворачиваясь ко мне.
— Разве не видно? — хлопаю невинно глазками, чувствуя лёгкое головокружение и веселье от выпитого в местном баре. Замечаю на его лице осуждение и недовольство моим флиртом и открытыми приставаниями. — Я тебе не нравлюсь, Карим? Не привлекаю, как женщина?
— Женщина, — издевательски хмыкает. — Я помню тебя с момента, когда чинил твоим куклам головы. Для меня ты всегда маленькая плачущая девочка и всегда ею останешься, несмотря ни на что.
— Карим! — восклицаю и недовольно бью каблучком, чуть не упав. Если бы не ловкость Карима, точно бы упала. — Я уже выросла давно, и ты мне нравишься! Понимаешь? Как мужчина привлекаешь! Готова отдаться тебе и твоим рукам… — закусываю губу.
Мне и так стыдно, а он ещё и ломается, как… невинная барышня. Я ему тут предлагаю молодую кровь в виде себя, а он носом воротит.
Совсем в своей Венгрии, что ли?
— Алиса, — его губы трогает лёгкая улыбка. — Тебе это не нужно.
— Почему? — надуваю губы от обиды и досады. — Ты же сам говорил, что не любишь свою жену! Тысячу раз говорил это Дане! — напоминаю ему.
— А ты подслушивала.
— Да! — признаюсь, потому что не считаю это ужасным. Надо было тише «секретничать». — И не стыдно! Так почему? Почему ты тогда отказываешь мне?
— Потому что ты сама не понимаешь, чего просишь, Алиса, — морозится. Никто и никогда мне не отказывал! А тут этот… мистер Поппинс, возомнил о себе непонятно что! Что, каждый день молоденькие девушки в объятия падают? — Ты красивая, привлекательная и сногсшибательная девушка. И в твоей жизни обязательно появится мужчина, который будет рад такому предложению. Но не я. Прости. Пусть я и не люблю свою жену, но я женат. И мне не нужна ни девушка на одну ночь, ни любовница.
— Так разведись с ней! На мне можешь жениться! — предлагаю ему, найдя в этом прекрасное решение проблемы.
Разведётся, женится на мне и будет у нас счастливая семья. Рожать я пока точно не хочу! А потом кого-нибудь из детского дома возьмём! Я смотрела, там иногда груднички бывают.
И все мои мечты летят в тартарары, потому что по его лицу и глазам я понимаю, что он смеётся надо мной. И мои слова всерьёз даже не воспринимает. А я ему здесь в любви призналась! А он…
— Какой же ты козёл! А может, у тебя просто там уже не работает, а? — срываюсь, начав наступать на него. Тычу наманикюренным пальчиком ему в грудь, мечтая задеть и сделать неприятно!
Чтобы понимал, как это, когда тебя откровенно унижают этим снисходительным взглядом. И это мерзкой улыбочкой.