Годичные кольца нашего мира

— Вас отвезут в замок, там, в долине, гораздо спокойнее и безопаснее. До встречи, княгиня. — Оставив меня у шатра, князь быстро развернулся, направляясь вглубь лагеря. Шагнув под полог, я с трудом доковыляла до постели, рухнув поверх одеял. Не знаю, сколько времени так пролежала, но из транса меня вывело тихо покашливание.
— Я прошу меня простить, княгиня, — Тахира говорила тише, словно не была уверена в собственных словах. Присев на кровати, я кивнула женщине, позволяя продолжить. — Командующий собрался и через несколько минут покинет лагерь. Это не мое дело… но… воины ждут, что вы выйдете пожелать удачи князю.
— О чем ты?
— У нас говоря, что воин всегда вернется домой, если его есть кому ждать, если у него есть огонь в очаге. Простите меня, но вы огонь в очаге князя. И всех его людей, которых некому ждать. Вы — княгиня. Символ будущего для каждого из нас. Но если вы не сможете проводить князя, это будет означать, что вы не ждете его возвращения. Что вам не важно…
— Но почем он сам мне не сказал? — вскочив с кровати, я судорожно попыталась привести в порядок растрепавшиеся волосы.
— Кажется, он думает, что вы об этом знаете, — с сомнением отозвалась Тахира.
— Откуда же мне?! Скорее, помоги, — юбка сбилась, и ее никак не удавалось поправить. Руки дрожали от волнения. Не хватало еще так оскорбить князя при всех его подчиненных. А что, если он и правда решит, что я не жду его возвращения? — Все, пусти!
Стряхнув руки служанки, я выскочила из шатра, нервно оглядываясь. Впереди, за двумя десятками шатров, стоял конный отряд с князем во главе. Нагнувшись в седле, Мадис что-то говорил Гирсу. Закончив, князь выпрямился в седле, потянув повод и разворачивая коня в сторону от лагеря. И я никак не успевала.
Подхватив юбки, я побежала, наплевав на правила. Успеть сейчас казалось куда более важным, чем следовать правилам, которые не дозволяли княгиням бегать, задрав юбки.
    
Глава 28
Я оттягивал момент, как мог, но дальше просто было бы смешно ждать. То и дело кидая взгляд в сторону красно шатра, запрыгнул в седло. Я мог понять, почему она не вышла. Смерть служанке, сама эта свадьба, тревоги и угрозы… Все это вполне было серьезным основанием, чтобы сейчас не провожать меня, но я все же надеялся, сделал все, что мог, чтобы суметь как-то сгладить углы и залатать самые большие дыры, но смерть Щивин, видно, стало куда более сильным ударом, чем Лизабет хотела показать. Или я где-то ошибся?
— Проследи за тем, чтобы она хорошо устроилась.
— Не переживай о сиятельной, княже. И домой доставим и устроим, как полагается. Тахира вон, и день и ночь с ней рядом, а она одна из лучших женщин-стражей в нагорье. Ты с предателями разберись. Куда ниточки эти тянутся, найди.
— Найду, не сомневайся. Они пытались навредить моей княгине, а это уже совсем иное дело, — едва сдерживая рычание, произнес в ответ. Кинув последний взгляд в сторону шатра, потянул поводья, разворачивая коня. Не выйдет. Хоть бы рукой просто махнула, и то было бы не так тоскливо и больно. Пусть печаль и велика, но я чем виноват? Чем виноваты мои воины, ждущие, может, с еще большим нетерпением, что княгиня выйдет проводить?
— Оставляю все на тебя, Гирс, — легко пришпорив лошадь, я медленно повел отряд прочь из лагеря.
Мы уже почти покинули границу стоянки, когда вдруг, нарастая как снежный ком, раздался громкий гул, переходящий в крик сотни глоток:
— Княгиня! Княгиня! — дернув повод слишком резко, вызвав недовольство лошади, я обернулся.
Подхватив яркие юбки, Лизабет бежала через лагерь, пытаясь догнать меня. До чего неразумная затея! Разве можно догнать коня? Спрыгнув на землю, я быстрым шагом двинулся навстречу к своей княгине.
Запыхавшаяся, с трудом переводящая дыхание и дрожащая всем телом, Лизабет влетела в мои объятия, заставив для опоры сделать полшага назад. Сердце женщины стучало так, что заглушило восторженный вопль моих людей. Нужно будет сделать им потом внушение. Потом
Сейчас же я стоял, крепко обнимая эту маленькую женщину, совершенно не желая никуда отправляться.
— Почему вы мне не сказали? — глухо спросила она, крепче сжимая руки, обернутые вокруг моего торса.
— Был уверен, что вы знаете, — не сдержавшись, поморщился от собственной несообразительности. Конечно, расставаясь с княгиней утром, я предупредил, что уезжаю, и пожелал ей спокойствия в Ультстраллинге. Откуда ей было знать, что это не все прощание, если она привыкла совсем к иным традициям?
— Мне сказала Тахира. Только что, — все еще не поднимая головы, пробормотала княгиня. — И что бы было, если бы я не успела?
— Может и ничего, — тихо отозвался, проведя ладонью по узкой спине. — А может, никто из нас не вернулся бы домой.
Вот теперь она вскинула голову, с каким-то испугом посмотрев на меня.
— Но вы же вернетесь? Обещайте мне, что вернетесь!
— Опасность не так и велика. Так что не стоит переживать.
— Нет, — отступив на шаг, вырвавшись из объятий, княгиня нахмурила брови. Кажется, я имел счастье в первый раз увидеть ее гнев. Сверкая глазами, Лизабет топнула ножкой, что смотрелось бы немного комично, учитывая нашу разницу в росте, не знай я ее характера. — Вы должны мне обещать, что вернетесь!
В груди потеплело от этих слов, от эмоций княгини. От надежды на счастье, ставшей вдруг еще более осязаемой. Протянув открытые ладони в ее сторону, я ждал, пока Лизабет вложит свои маленькие ладошки, прежде чем ответить. Решимость и злость сменились сомнением и неуверенностью. Кажется, она немного сожалела что проявила подобную резкость.
Видя такую резкую перемену, я сам поймал ее руки, практически сокращая расстояние между нами.
— Я обещаю, что сделаю все возможное, чтобы вернуться к вам. А сейчас мне на самом деле пора, — нагнувшись, я позволил себе прижаться губами к нежной коже на щеке княгини, прежде чем развернуться, и со спокойным сердцем запрыгнуть в седло. Чувствуя кожей, как изменилось настроение отряда, я не мог не улыбнуться. Кажется, эта женщина одним своим присутствием способна вдохновлять армии. Но пока было не понять, хорошо или плохо то, что она об этом и не догадывается.
 
* * *
Отряд, только что занимающий значительную часть долины, в течение нескольких мгновений скрылся, превратившись в группу черных точек ниже. В очередной раз поразившись, как же искажаются расстояния в нагорье, я вдруг почувствовала себя зябко и одиноко. Словно в ответ на эту мысль, на плечи лег плащ. Дернувшись от неожиданности, обернулась на Тахиру, стоящую рядом со склоненной головой.
— Вы замерзли, хозяйка. Лучше идемте отдыхать. День был тяжелым, а завтра нас ждет дорога. Я уже приказала подать вам обед.
— Да, идем.
— Сиятельная, погоди минутку, будь добра, — громоподобный голос командира заставил нас остановиться. Обернувшись, я наблюдала за тем, как проворно и пластично умудряется двигаться этот гигант. Остановившись в шаге от нас, Гирс жестом предложил двигаться в сторону моего шатра. — Разреши поговорить с тобой немного.