Попандос, или Как я стала принцессой горгулий

Амплитуда движений увеличилась, выпад — и шар попадает по руке.
Рука горгула тут же безвольно обвисла, он придержал ее, слегка поморщившись.
Я ойкнула и хотела прекратить бой, но Хармс не позволил.
— Продолжай! — приказал он и взял цеп левой рукой.
Я медлила, в страхе наблюдая за его конечностью, напоминавшую теперь плеть.
— Но твоя рука…
— Просто парализована, через несколько часов пройдет, — уверил меня Динарк.
Я поверила и вновь принялась наступать.
— Обхвати древко моего оружия цепью и потяни на себя, — подсказал мой «сенсей».
— Еще лучше, — буркнула я. — Не настолько я меткая.
Но я чувствовала, что оружие мне помогает, направляет, позволяя учиться и самой принимать решения.
Я раскачала кусаригаму и подалась вперед. Цепь облепила оружие горгула кругами и когда я почувствовала, что прочно, дернула к себе. И у меня получилось отнять боевой цеп! Мне захотелось кричать от счастья и своей крутости. Я смогла победить лучшего из лучших!
Хармс улыбнулся.
— Почему ты не спрашиваешь о том случае в парке? Я должен был доложить о вас с принцем, но не сделал этого.
— И, правда, почему?
Я ждала услышать, что он в ответе за паренька, потому и пожалел его.
— Потому что ты напомнила меня в мой первый день в академии.
Я посмотрела удивленно.
— Тогда я и Злата столкнулись со старшим братом Арилла, а у него характер такой, как и у всех темных принцев. Даже хуже.
— Так вот почему ты защищаешь мальчишку, потому что вы с его братом лучшие друзья?
— Сейчас да, а тогда мы едва ли не лютыми врагами были, подрались, но нас разнял ледяной принц.
Веррейлисы? Ага, слышала про таких.
— Тогда я мог потерять все, потому как учеба в академии была моей заветной и едва ли не единственной мечтой. В тот день мне не верилось, что я прошел испытание арки.
А ведь и у меня такие мысли мелькали в голове…
Горгул улыбнулся и сел на землю, хлопнув рядом здоровой рукой. Я тихо села, чувствуя скованность, и с любопытством рассматривая его, спросила:
— И что было дальше?
Он улыбнулся совсем по-другому, тепло как-то, погружаясь в прошлое.
— Меня все-таки не выгнали. Поэтому я решил дать тебе шанс.
— А не потому ли, что у принца скверный характер, и ты подозревал, что зачинщиком является он? — улыбнулась я в ответ, с задором прищуривая глаза.
Наши взоры встретились — и у меня на мгновение перехватило дух.
Я отвела взгляд от синевы прекрасных озер, пытаясь дышать ровно и стараясь не показать, что почти утонула в них.
Невольно рука дернулась в поисках травинки, я бездумно сорвала ее и стала терзать на части. Когда он так посмотрел, я готова была простить ему всю его грубость. Он совсем другой, когда вспоминает свое прошлое, более… человечный что ли… простой.
И только тут я поняла, что он обращался ко мне, как к другу.
 
Глава 12
Наши занятия с Хармсом продолжались, и моя учеба резко набрала темп. Я не только освоилась с кусаригамой, но и подтянула знания по всем предметам. За экзамены теперь можно не переживать. Может, Хармса и удивляли пробелы в моем образовании, но он ни о чем не спрашивал. Я сама как-то объяснила ему, что падение в горах нарушило мою память.
С друзьями Хармса я не встречалась, они отправились на очередное задание, Доруст все также находился неизменно рядом на занятиях и переменах, но потом я убегала от него к горгулу.
Однажды на перемене ко мне подошел Арилл и предложил мировую, и я… сдалась. Все это время в моей жизни не происходило никаких перемен — и я расслабилась. Я скучала по болтовне дроу и не смогла вновь отшить его. К тому же Хармс поменял ко мне отношение, вряд ли он станет возражать против нашей дружбы. Но пересесть к принцу не смогла, попробовала, но не получилось. Три дракона против одного дроу — ничего, в общем, не вышло. И мне опять пришлось все пары проводить в обществе Фареса. Не скажу, что так уж неприятно, просто слегка напрягало, что тобою управляют.
Жених мой ненаглядный куда-то запропастился, видно, отослали на задание, и я могла свободно гулять, не боясь нарваться на него, но спокойная жизнь рано или поздно заканчивается.
Я возвращалась в общежитие, прикрыв от удовольствия глаза. Солнце ласково согревало кожу. Погода на редкость стояла теплой, но листья уже начали менять свой цвет, преображая все вокруг. И тут мне на лицо упала тень, кто-то перегородил дорогу. Я прикрыла глаз, все еще жмурясь, но сразу узнала братца. Эх, только недавно вспоминала его, а вот и ...овно!
— Чем обязана такой чести? — поинтересовалась я, все еще находясь в добродушном настроении.
— Я соскучился, — горгул ласково улыбнулся, если к растянутым по-лягушачьи губам можно подобрать такое определение. — А ты разве нет?
— Прости, но не разделяю твои чувства.
Я сделала движение, чтобы обойти, но мне не дали.
— Я понял, ты все еще злишься на меня, — сказал Гарун.
— Какая догадливость!
— Но я готов загладить свою вину, — с готовностью произнес кузен.
— И как же?
— Сделаю все, о чем попросишь, — в голосе горгула проявились самоуверенные нотки.
Принц, епт, всемогущий. Он уже посчитал, что я сдалась и простила ему все. Покушение на свою, вернее, принцессы жизнь, страдания Кайлы.
— Тогда будьте добры, кузен, выпейте яду, — ехидно произнесла я с намеренным уважением. — Тогда, так и быть, прощу… посмертно. И на могильной плите напишу: «Тут покоится тот, который смелым поступком доказал, что он невиновен».
Гарун проигнорировал черный юмор и мое актерское мастерство.
— Давай немного пройдемся, и ты скажешь, почему злишься на меня.
Я даже рот раскрыла от удивления. То есть он еще и не понимает? Или делает вид, что не причем.
— Нет желания объяснять очевидное, что ты так старательно пытаешься скрыть. Если бы ты открыто признался сам, я бы смогла принять твои извинения, но сейчас, вижу, это невозможно.
— Теалана!.. — горгул начал терять терпение.
— Дай пройти! — повысила я голос, не оставаясь в долгу.
Но он еще ближе подошел, вплотную.
— Пока мы все не выясним, я не отпущу тебя.
Я уже начинала терять терпение и почувствовала, как возле рук стали образовываться вихри. Гарун это заметил и отступил на шаг.
— Я думал, ты любила меня…
— Верное замечание, любила, а теперь не люблю.