Княжич
– Ждите здесь, я ещё не закончил, – велел он провинившимся и подошёл к наемнику, вставшему в сторонке.
Стоит и внимательно смотрит, аж зябко стало под его взглядом. Не дождавшись от него вопроса, Жук помялся немного и спросил:
– Скажи, пожалуйста, что случилось? Чем мы провинились? Почему нас задвинули в сторону? – словно в омут с головой прыгнул, не став ходить вокруг да около.
Парень скривился. Прошептал что-то, споря сам с собой, и посмотрел на наемника уже другим взглядом. Жёстким и злым. Дети так не смотрят.
– А Сергеич вам, выходит, ничего не рассказывал?
– Нет, – коротко ответил Жук, гадая, к чему он ведёт.
– Так может, и ладно? Отработаете контракт и всё? Разойдёмся без скандалов.
Последнее его слово совсем не понравилось воину.
– Мы с парнями честные наёмники. Состоим в ассоциации. Платим налоги и имеем высокий рейтинг среди похожих команд. Нас ценят и уважают. Скажи, в чём дело?
И мальчишка заговорил… Замер наемник, не веря своим ушам. Сергеич, Боря… Вот падальщики, твари! Да что же вы натворили-то?!
– Спасибо, что рассказал, – не узнал свой голос мужчина, поклонился и деревянной походкой пошел к мужикам.
* * *
Я провожал глазами потрясённого Жука и размышлял, правильно ли сделал, рассказав всё без утайки? Ладно, сделанного не воротишь. Посмотрим, чем это всё обернётся в итоге.
Ждал развязки я недолго. На следующий день Сергеич и Борис улетели, закинули их в вертолёт – побитых, но живых. Новый глава «мангустов» поклялся, что не знал о махинациях их бывшего командира, и я поверил, вернули они моё доверие.
* * *
– Как это мертвы? Ты что такое говоришь, зараза?! – ударила по лицу вернувшегося из Сибири соглядатая Людмила Ильинична. – Как? Скажи мне как? – стала она пинать упавшего на пол неприметного мужичка.
– Я не знаю, госпожа, не знаю, – поднял он руки в защитном жесте. – Прошу!
– Говори, что знаешь, и не смей лгать! Если мне не понравятся твои ответы, живым ты отсюда не уйдёшь, – пообещала она. – Ну? Я жду! – не позволила она встать избитому мужику у её ног.
Шпик только и мог, что смотреть на её чёрные лакированные туфельки, покрытые кровью из его разбитого рта. Собравшись с силами, он начал отвечать:
– До меня дошли слухи, что неизвестных нашли мёртвыми. Я заинтересовался. Подкупил нужных людей и попал в морг, – обстоятельно докладывал он, надеясь на снисхождение. – Это были они. Наемники, которых вы наняли для устранения мальчишки. По словам патологоанатома, их разорвал зверь. Возможно, стая волков. Точнее он затрудняется сказать. Это всё, что я смог узнать.
– Ах ты!!!
– Пощадите! – успел взвизгнуть он.
– Шмяк! – опустилась с виду хрупкая ножка на голову мужика, и та лопнула словно арбуз, растеклась лужица крови вперемешку с мозгами по всей комнате.
В это же время в Сибири собачка по кличке Шарик весело гонялась с детьми за бабочками, щёлкая зубами в опасной близости от их крылышек и катая ребятню на своей спине.
* * *
– Следующий! – уже в какой раз за сегодня пожалел я о своей затее, стирая со лба пот.
Натерпелся такого, чего и врагу не пожелаешь.
– Можно, доктор? – с ухмылкой зашла в комнату молодая девушка.
– Проходите, – не показал я виду, как мне надоело выслушивать подколки от бойких барышень на выданье.
– Мне раздеться? – продолжала она издеваться, сделав вид, что собирается снять кофточку.
– Маша Стрельцова, так? – Посмотрел я в бумаги, якобы прочитав её имя там.
Кто она такая, я знал. Дед Потап за чашечкой чая всё выболтал, бдительный же каторжник всё подтвердил, подслушав разговор за дверью, прибежал он ко мне спозаранку докладывать.
– Да, доктор.
– Можешь звать меня просто Семён, Маша, – закатил я глаза, не желая играть в эту игру с подначиваниями.
– Как прикажете, «доктор» Семён, – не сдавалась она.
Ох уж эти барышни! И чего я ей такого сделал? Надоело.
– Раздевайтесь!
– ЧЕГО? – выпучила она глаза, отскочив от стола на полметра.
Вспомнила, наконец, что больше не дочь боярина, а холопка подневольная.
– Не хотите по-хорошему, будет по-плохому. Проведём полный осмотр, – встал я со стула, протянув к ней руки.
– А-а-а! – Выбежала она за дверь, хлопнув ею.
В кабинет с любопытством заглядывали люди.
– Следующий!
* * *
– Чего это сегодня слуги такие смурные? – спросил сына глава рода Смирновых, князь Тимофей Митрофанович. – Коли случилось чего, а я и не знаю?
Наследник, грозный как туча, только больше насупился.
– Снова эта змея весь дом на уши поставила. Вызвала слуг в комнату и велела прибраться…
– И?..
– А там вся комната кровью залита и мертвец на полу. Один из её холуев, чем-то не угодивший хозяйке.
– Ясно, – потерял интерес к теме дед, словно вросший в кресло корнями, так он был стар.
– Сколько ещё лет мы будем терпеть такое? Может, пора указать ей на её место? – вспылил наследник, вспомнив не так давно звонившего Семёна, рассказавшего интересные вещи о неких военных в противогазах.
– Зачем только воздух сотрясаешь, сын, когда сам всё прекрасно понимаешь? – попенял ему князь.
Пятнадцать лет назад род попал в ситуацию, ставящую его перед выбором: или потерять всё, или пойти на поклон к боярам Чернозубовым, будь они прокляты!
Отец поклонился, женил среднего и младшего сына на их дщерях, и они помогли. Протянули руку, вытащив Смирновых из той ямы, которую выкопал прежний глава рода. Вот и приходится теперь раскланиваться с Людмилой, в девичестве Чернозубовой, чтоб ей провалиться.
– Как там Семён поживает? Созваниваетесь? – сменил тему старый князь.
– Да. Послушай, что он мне рассказал…
Глава 10– Кья! Кья!
Напрягшись, кинули в меня снежком из укрытия.
– Бе-бе-бе, – строили мне страшные рожицы.
– Ну, я вам сейчас! – пообещал я, и сугроб рядом со мной взорвался, вырвался оттуда радостно лающий Шарик, побежав галопом на детей.
– Гав, гав! – прыгнул он на них.
– А-а-а, – с криками разбегались мальцы от чудища-юдища, играючи покусывающего их за лодыжки.
– Будете теперь знать! – потряс я кулаком в воздухе. – Вот непоседы, – отряхнул я шапку и овчинный тулуп, улыбаясь.
Пришла зима. А это кривоватые снеговики с морковкой вместо носа, игра в снежки и катание на лыжах да на коньках. Мороз минус двадцать.