(Не) брать!
— Глеб, — окликнул отец, — не дрыгайся, надо послушать, чего хотят. Мурад?
— Он, сука! Тварь! Бл*дь! Эта тварь…. Я найду его! Ответит, клянусь, ответит!
— Не горячись! Надо вначале вытащить твою Полину живой оттуда.
Глеб замолчал, замер, сжимая и разжимая кулаки. Потом кивнул, пытаясь восстановить самообладание. А перед глазами лицо его девочки в крови. Раздался звонок.
— Как тебе любительский фильм?
— Я по комедиям больше, — стараясь быть спокойным, ответил.
— Да? Ну извини, что не угодил. А хочешь ее по кругу пустим и вместе посмеемся?
— Тварь, — прорычал Глеб.
— Тише, тише. Не надо так. Я ж ведь могу и обидеться. А теперь серьезно. Никто твою бабу не тронет. Пока не тронет. Если мы достигнем взаимопонимания, увидишь ее уже через пару дней. Если нет, буду тебе присылать ее по частям, с подробным видео как отсекают эту самую часть.
— Говори, что надо.
— Не торопись. Позже позвоню. Перевари пока, — и отключился.
Глеб смотрел, борясь с жутким желанием, бросить аппарат в стену.
— Петрович, ко мне срочно!
Услышал сквозь вату голос отца.
Глеб тут же вновь набрал номер.
— Да?
— Ну и, где Поля? — спросил еле сдерживая гнев.
— Сейчас узнаю.
— Сука, Фролов, если она не вернется живой, лично буду тебя линчевать. Понял?
— Глеб. Я не…
Но парень тут же отключился и переслал видео Косте. Через несколько минут получил звонок обратно.
— Глеб, мы ее найдем!
— Конечно, сука, найдете! Что ты там говорил? Дел у тебя до х*я, чтобы за очередной шлюшкой следить? — намеренно причиняя себе боль, проскрежетал Глеб.
— Глеб! Я не думал…
— Вот, сука, твое ключевое слово: «не думал». Ты помнишь наше правило? Не еб*т, думал не думал, знаешь не знаешь. Это не оправдание!
— Слушай, да понял я все!
— Ни х*я ты понял, Фролов! Дуй к моему отцу, быстро! Бл*ть, хоть на вертолете! Живо!
Через несколько часов офис Орлова-старшего был похож на опер-штаб. Собрались все ключевые фигуры, кто хоть как-то мог помочь делу.
***
Я вышла из гигантских ворот дома Аркадия Ивановича, все еще не в себе, и все еще сохраняя вибрацию в теле от пережитых эмоций. Ежась от холода и пронизывающего ветра, я всматривалась в глубину дороги, ожидая вот-вот появления такси. А в голове «обманул, помолвка». Но я не снимала с себя ответственности. Сколько таких дурочек как я? Сколько? Да каждая вторая из нас. Которой пели елейные речи, заманивали в свои сети. И я такая же. Но выбор все равно оставался за мной. Да, блин, я живой человек! Я имею право на ошибки. Слишком долго я жила, пытаясь избежать этих самых ошибок, создавая себе свой вымышленный ванильный мир, который теперь казался пустым как мыльный пузырь. Боже, сколько лет в пустую! Наверное, я могла изменить многое в моей семейной жизни, но не теперь. Теперь я просто не хотела этого, и я точно знала, что разведусь. А пока я хотела быть ближе к своей малышке. А потому, достала телефон, открыла браузер и забила расписание поездов. Сегодня вечером отходил поезд, на который я быстро, без раздумий взяла билет. И вот, спустя пару часов, гонимая какими-то дьявольскими силами, я неслась на вокзал.
Своему директору я позвонила уже сидя в плацкарте, извинилась за то, что сбежала с объекта, сообщила, что вынуждена по семейным делам уехать и уверила, что пойму, если уволит. Та высказала сожаление о нашем таком коротком сотрудничестве. И да, я потеряла работу.
Меня это не остановило. Меня, наверное, мог остановить только бульдозер, и то навряд ли.
— Полина? Вы что тут?
Я подняла глаза. Это что? Шутка юмора такая? Его мне еще не хватало. На меня с удивлением смотрел Валера, тот самый надоедливый знакомый.
— Я? А вы?
— Я еду в командировку.
— Понятно.
— Это точно судьба!
— Совпадение.
— Слишком много совпадений, не находите?
Помолчал.
— Я в вагон-ресторан иду. Может, присоединитесь?
Желудок свело судорогой. Я вновь целый день без еды. С собой ничего не успела купить, но идти ужинать с Валерой почему-то совсем не хотелось. «Да что с тобой такое, Поля? Нормальный человек! Просто посидеть, просто поужинать, поговорить. Всяко лучше, чем сидеть и по Орлову слезы лить», — настроив себя, вслух сказала:
— Почему бы и нет. Сумочку только возьму.
И мы двинулись, ловко лавируя между людьми, сумками и уклоняясь от выставленных с верхних полок ног в проход.
Спустя четыре вагона, наконец-то добрались до цели, уселись за столик, а официант тут же принес меню.
— Я угощаю, — констатировал Валера.
— Это неудобно.
— Удобно, удобно. К тому же у меня день рождения сегодня! Вот и отметим.
— День рождения? Ох! Поздравляю! — чуть улыбнулась.
Уже через час пребывания в вагоне-ресторане, я очень пожалела, что согласилась на этот ужин. Валера что-то без устали болтал, иногда отвлекаясь на входящие сообщения, что-то быстро отвечал и вновь возвращался к монологу. Хотелось уже вернуться на свое место и забыться сном. Не добавлял оптимизма его взгляд, который я периодически ловила на себе: липкий, неприятный и даже, кажется, где-то злобный. Наверное, я накручиваю себя.
— Полина, а давайте по бокалу вина?
— Нет-нет. Я не пью. Спасибо!
— Даже за мой день рождения? — немного обиженно.
— Но только чуть-чуть, — сдалась я.
После нескольких глотков я почувствовала сильное головокружение.
— Валера, мне не очень хорошо.
— Это, наверное, потому что чуть пригубили.
— Я хочу обратно, в свой вагон, — чуть заплетающимся языком.
— Хорошо, я счет попрошу. А пока несут, давайте последний тост. За то, чтобы все в этой жизни было справедливо.