Долгий солнечный день

— Штаны через голову надевать неудобно, — возразил Лин. — Светлана эта, как и хотела её мать, ничего не нашла, от дома, пусть и не сразу, избавилась. Разве нет?
— Может быть, стоит передать через Зою это письмо ей? — спросила Эри.
— Не нужно, — твердо ответил Саб. — Лишние проблемы, да и написано это на тот случай, если найдет. Она не нашла. Так что тему можно закрыть. Рыжий, притащи ещё одну папку, есть у меня предположение, хочу проверить.
Предположение Саба оказалось верным — похожие записки лежали во всех папках, на самом верху, и в обеих коробках. После их обнаружения Эри сдалась — не надо, так не надо. Они отнесли остальные папки обратно на террасу, и принялись изучать содержимое первой.
— Почерк ещё хуже, — сообщил Саб десятью минутами позже. — Это, видимо, пишет не женщина, а её муж. Сплошные расчеты, и, убей бог, я не пойму, что он считает.
Лин взял у Саба страницу. Посмотрел.
— Ахинея какая-то, по крайней мере, это фрагмент, — сказал он, впрочем, без особой уверенности в голосе. — Пятый, глянь.
— Да я уже другое гляжу, — отозвался тот. — Ты не понял, что это?
— Нет.
— А я понял.
— И что?
— Это лингвистический анализ. Только у нас нет исходников, которые он анализирует, — Пятый покачал головой. — Только словосочетания сбоку выписаны, и всё. Эри, посмотри, там в папке могут быть бумажки с текстом. Есть?
— Нету, — через пару минут отозвалась Эри. — Только такие же листочки, как те два.
— Да, загадка, — пробормотал Лин. — Не знаю, кто у них была дочь, и что он тут анализировал, но семейка, кажется, была с прибабахом.
— Может быть, он был лингвистом, — предположила Эри. — Это просто какие-то его рабочие заметки.
— Угу, именно поэтому их спрятали в недоступном месте, чтобы потом сжечь, — съязвил Лин. — Как же. Хотя, может, и был. Так, что там ещё есть?
Следующая папка оказалась интереснее, потому что в её содержимом разобраться было на первый взгляд проще: машинописные листы, разделенные полосками папиросной бумаги, содержали более ли менее связный текст, который в первый момент показался всем художественным. То ли рассказ, то ли повесть. Но уже на третьей странице стало ясно, что описывается тут вполне реальная поездка, в которую отправились супруги, оставив ребенка своим родителям. И поездка эта…
— Я бы так не смогла, — покачала головой Эри. — Даже в молодости. Они едут… в Азию, да?
— Да, — подтвердил Пятый.
— На перекладных, пересаживаясь с поезда на поезд, а если поезда нет, то на автобус, или вообще идут пешком. Смелые люди были.
— Или глупые, — пожал плечами Саб. — А зачем они туда едут, не сказано?
— Пока что она пишет, чтобы «увидеть своими глазами и убедиться», — процитировала Эри. — Интересно, в чём…
— Я, конечно, понимаю, что все теперь в предвкушении, но смею напомнить, что времени уже полвторого ночи, — напомнил строго Саб. — Я обещал Фэбу, что вы будете соблюдать режим. Поэтому, — он сделал паузу, — чтение откладываем на завтра. А сейчас все спать. И не вздумайте даже пробовать меня обмануть.
— Саб, давай ещё хоть немножко, — попросила Эри. — Ну пару страниц.
— Нет, — строгим голосом ответил Саб. — Утром. Имейте терпение.
— Глупость какая-то, — недовольно сказал Пятый. — Мы тебе что, дети малые?
— Нет, вы гораздо хуже, — отрезал Саб. — Нормальные дети хотя бы ремня боятся, а вы… так, всё. Спать всем, немедленно. Завтра дел полно, если не ляжете, будете весь день ходить вареные.
…Когда недовольные Эри, Лин, и Пятый улеглись, наконец, Саб, который тоже лёг, выждал полчаса, и, убедившись в том, что все действительно заснули, встал. Накинул куртку, вышел на террасу, взял ту самую папку, с рассказом о поездке, и принялся читать. Угрызений совести он не испытывал, наоборот, сейчас он почему-то ощущал себя действительно старшим в этой компании, старшим, который железной рукой навел порядок, и теперь имеет полное право хотя бы на часок расслабиться и заняться интересным делом.
 
    
Глава 6 Дачники
6
Дачники
Знакомились с содержимым папок несколько дней, но пока что ничего путного из этого не получалось — в папках находились какие-то совершенно разрозненные, и, на первый взгляд, не взаимосвязанные сведения, точнее, фрагменты исследований. Та папка, которую открыли второй, содержала, например, энное количество листов с лингвистическим анализом — причем сравнивались непонятные документы с невнятными датировками, самих же документов или хотя бы их копий в папке не было. Пятый от нечего делать попробовал систематизировать эти бумаги, и полученный результат заставил его надолго задуматься. Получалось, что человек, делавший анализ, сравнивал документы четырехсотлетней давности с документами современными, или почти современными, и делал вывод, что процент совпадения выше, чем он ожидал. Странно? Более чем. В других папках были бумаги, к лингвистике никакого отношения не имеющие — например, длинный унылый трактат по минералогии, точнее, по каким-то окислам, которые где-то встречаются в разных концентрациях. Еще одна папка оказалась посвящена сравнительному анализу описания древних архитектурных памятников у разных авторов — причем описанию наиподробнейшему, с деталями, с цифрами, с годами. Эри досталась папка, которую она тут же передала Сабу — потому что в бумагах шла речь об ихтиологии, точнее, там было исследование поведения косяков рыб, и пути миграции этих самых рыб. Саб сказал, что прочесть-то он прочтет, но для чего это читать, он абсолютно не понимает. В следующей папке была работа по изменению климата, и предполагаемом расположении климатических зон в разные временные периоды, причем времена автора интересовали довольно отдаленные — шесть тысяч лет назад, семь, восемь. В папке лежали откопированные в очень плохом качестве карты с множеством пометок разноцветными чернилами, с обведенными и заштрихованными областями. Еще одна папка была про исследования изменения береговых линий, карт в ней тоже оказалось немало, и тоже с пометками, причем море в некоторых местах буквально усеивали разноцветные знаки вопроса. Или — какой-то залив, а рядом надпись «землетрясение?». Попалась парочка совсем уж странных папок — в одной лежали явно вырванные откуда-то листы с бесконечными столбиками фамилий, тоже испещренные пометками, в другой — схемы обжига керамики, и почему-то кирпичей, причем с пометками о температуре плавления.
— Температура плавления кирпичей? — уточнил почему-то Саб.
— Ну да, — ответил Лин, который как раз в тот момент смотрел эту папку. — А что?
— Да так, ничего, — неопределенно ответил Саб.
 
* * *
Заканчивалась вторая неделя их жизни в доме у леса, и жизнь эта постепенно начинала нравиться всем, включая Саба, который смирился с бытовыми мелочами, и просто радовался тому, что его окружало. От погоды, которая становилась всё теплее, до прогулок, на которые они теперь с легкостью находили время. В ближайшем обозримом будущем Саб планировал начать тренировки, и сейчас присматривал маршруты для и пробежек, и для разминки. Местность, к его неудовольствию, была ровная, но, побродив по окрестностям, он обнаружил два подходящих пологих подъема. Ладно, на первое время сойдут и они, а потом можно придумать что-то ещё.