Кая. Полукровка

Мы, ведьмы, люди подневольные, связаны по рукам и ногам особой бумагой, подтверждающей и разрешающем нам ведьмовать. Но она же и не выпускает нас дальше нескольких километров от дома. Как? Не знаю. Это всё магия. Единственный способ вырваться – упросить ведуна дать вольную.
Я просила. Не единыжды. Всегда одно и то же: «Ты одна на две деревни, и заменить тебя некем. Вот найдёшь замену – тогда пожалуйста, милости просим.»
Скорбно вздохнув, я поднялась с кресла, потянулась, привстав на цыпочки и полезла на чердак. Вроде было там платьишко такое белое, полупрозрачное, если не ошибаюсь. Ведьмы такое не носят, но... сегодня я и не буду ведьмой. Сегодня у меня совсем другая роль.
Великое Солнце перекатилось через вершину и пошло на спуск. Обеденное время плавно перетекало в ранний вечер, а маг так и не появился. Я пыталась читать, каждые пятнадцать минут подходила к зеркалу и снова внимательно рассматривала себя. Приходящих за помощью соседей гнала из дома, веля приходить завтра. Испекла печенье, за которым следила так внимательно, что даже краешки не подгорели. Если в начале дня я кусала губы, чтобы они были краснее и пухлее, то теперь они кусались сами собой. Ногти с трудом избежали той же участи.
Я выходила во двор, садилась в качели и рассматривала свои клумбы. Но звуки птичьего пения вызывали тошноту, и ноги сами уносили меня обратно в дом, где роняли тело на кровать. Несколько секунд я лежала так лицом в постель, потом вставала и снова шла к зеркалу.
Стук в дверь раздался, когда паника уже почти захватила мой разум. Сначала я вскочила на ноги, не веря своему счастью: дождалась таки! В следующее мгновение меня накрыло обидой, которая шептала на ухо: не открывай, пусть тоже помучится. Потом возникло сомнение: а если это вообще не он?
В итоге я всё-таки сделала глубокий вдох. потом выдох, последний раз взглянула в зеркало, порадовалась, что до слёз не дошло, и открыла дверь.
– Прости, что опоздал...
И снова я стояла истуканом, не понимая: то ли мне с криками броситься на него, то ли отмахнуться, дескать, ничего страшного, то ли...
– Ты заставил меня ждать. – Слова нашлись, но тело не слушалось, и мы продолжали неподвижно стоять на пороге.
– Прости, – он опустил глаза, и будто бы даже покраснел кончиками ушей. Или мне показалось? – Выдалась длинная ночь, и я случайно уснул после завтрака. Знаешь, – он вдруг улыбнулся и поднял глаза к небу, – почему-то после еды так спать хочется. Вроде и не собираешься, а глаза сами закрываются.
От его улыбки сразу стало легче. Он будто говорил мне: ничего не произошло, всё в порядке, и ты хорошая.
Точно, – звучали ответные мысли, – я же хорошая. Забыла об этом просто.
– Хорошо, что ты пришёл, – я отошла от двери и жестом пригласила его внутрь. – А то пришлось бы одной съедать все печеньки. К вечеру превратилась бы в шарик, и никакая магия не нужна.
– Да, это уже ваше, ведьмовское колдовство, – подмигнул он.
– И то верно, – хихикнула я. – Однажды ко мне приходила барышня из соседней деревни. Обеспокоена была тем, что у неё муж отощал совсем. Пришлось дать ей специальные травы, на которых обязательно надо было печь печенье и пироги, да обильно кормить ими исхудавшего.
– И как, помогло? – с изрядной долей ехидства спросил Майк, усаживаясь в гостевое кресло перед низеньким столиком.
– Ещё бы, правда, возникла другая...
Я осеклась, озадаченно уставившись на гостя. Почему мы говорили так, будто он знает всю нашу ведьмовскую кухню? Я ответила ему, не задумываясь, потому что никто и никогда не говорил о моём ремесле так... буднично. Кроме Агаты. Но Агата-то сама относится к чёрным плащам, пусть и косвенно.
– Конечно, – медленно проговорила я, пытаясь срочно исправить положение. – Все мои сборы прекрасно помогают, и от такого недуга – тоже.
– Брось, – Майк осторожно взял в руки протянутую мной чашку с горячим чаем. – Мне намного больше нравится, когда ты говоришь, что думаешь, а не думаешь, что говоришь. Кстати, не ожидал встретить ведьму в белом. Тебе очень идёт.
Я медленно отвела от него взгляд и наполнила свою кружку. Он меж тем продолжил:
– Честно говоря, я думал, ты из этих, надутых, важных, серьёзных ведьм. В столице их целая армия. Подходи только ползком на коленях и, прежде чем просить, облобызай сапоги.
– Почему тогда согласился прийти? – я села напротив и, обхватив кружку обеими ладонями, поставила перед собой. Майк замялся и стал рассматривать ближайшую стену.
– Во-первых, мне всё-таки нужна кое-какая информация, и раз уж та ведьма занята, то почему бы не обратиться к другой. Во-вторых...
Он помолчал несколько секунд.
– А во-вторых, вдруг мне повезёт пообщаться с приятной умной девушкой? Кая, здесь же совсем не с кем поговорить! Я все эти дни будто в полном одиночестве.
Я усмехнулась и отхлебнула из кружки. Аромат мяты заполнил ноздри и прокатился по комнате.
– Да, прекрасно понимаю. Так чем я могу тебе помочь?
– А, это... – спохватившись, Майк поставил кружку на стол и вытащил из своей сумки тетрадь. Открыв где-то посередине он несколько секунд водил глазами по строчкам, потом глубоко вдохнул и посмотрел на меня: – Несколько вопросов про заболевания, которые встречаются в ваших краях и методы их лечения. Это ведь не секретная тема?
Губы невольно дрогнули, растягиваясь в улыбку.
– Нет, в этом секретов нет.
– Отлично! – он достал остро заточенный карандаш и принял позу полной писательской готовности. – Тогда вопрос первый: какие заболевания встречались в твоей практике или практике других ведьм вашей округи? Случаи с худыми мужьями можно не принимать во внимание.
Я невольно рассмеялась. А парень явно знает в ведьмах толк!
– Так, давай вспоминать, – призадумавшись, выдохнула я. – Во-первых, заболевания простудного типа...
Разбор всех двадцати семи вопросов, которые обещал Майк при нашей первой встрече, затянулся до темна. С тем, что он записал под мою диктовку, сам мог бросать всё и идти в сельские врачи. Я даже удивилась, как много, оказывается, знаю. Но ещё больше удивилась тому, что Майк знает не меньше. Вот, что значит образование.
– Ух, – Майк захлопнул тетрадь и кинул её обратно в сумку. – Вот это спасибо так спасибо! Надо было сразу к тебе обратиться, Кая, ты просто кладезь знаний.
Мне даже как-то неудобно стало.
– Спасибо, конечно, мне приятно... Можно теперь я задам тебе несколько вопросов?
Как и хотел Майк, я сказала прежде, чем подумала, и теперь сердце глухо стучало в грудную клетку, в носу щекотало, и кровь прилила к вискам. Словно тема была запретной, настолько, что касаться её строго-настрого запрещено.
– Конечно, – улыбнулся он, подавшись в мою сторону. – Я к твоим услугам.