Кая. Полукровка

Он встряхнул палочку несколько раз и начал водить ей вдоль моего тела. Я послушно ждала, когда он закончит свою процедуру. Почему-то было даже не интересно, что ему от меня нужно.
Плохое предчувствие появилось слишком поздно: когда палочка проходила вдоль спины, поднимаясь от копчика к шее. «Книга!» – вспыхнула мысль, но бежать было уже некуда. Именно в этот момент спрятанная в заплечном мешке Книга начала притягиваться к палочке, словно иголка к магниту.
Я совсем про неё забыла! Специально ведь несла, чтобы показать Нэс магию, но мы ни разу даже не вспомнили о ней, несколько часов подряд обмывая косточки общему парню и его семейке. Как можно было быть такой невнимательной...
– Что же, Прекрасная, – вздохнул стражник, убирая палочку на место. – Пройдёмте. Господин комендант ждёт вас с самого обеда.
Голова закружилась, и сознание чудом не покинуло меня.
Минуту назад казалось, что хуже уже некуда.
Я ошибалась.
Комендант был очень странным типом, и внушал страх уже одним своим видом. Один глаз у него был широко распахнут, второй – всегда прищурен, при этом он сильно сутулился и выглядел, словно всех во всём подозревающий маразматик. Сказать, что мне было страшно – ничего не сказать. До домика коменданта было пять минут пути, и всю дорогу я морально готовилась к тому, что всё, меня отчислят. Вот прямо сегодня же. Можно начинать планировать новую жизнь. Как насчёт продать дом и уехать на север, к большой воде? Говорят, там красиво, и люди добрее...
Я усмехнулась. Эмоции будто прогорели во мне, оставшись едва тлеющими уголёчками, и оттого было почти всё равно, какое будущее ждёт впереди. Хотелось только одного: остаться в училище. Касаться магии, творить волшебство. А если без него... то какая разница, где и чем заниматься? Если отчислят, остальное не имеет никакого значения.
Комендант уже ждал меня, стоя на пороге своего крошечного домика. Говорили, он чувствует, когда к нему ведут провинившегося. Про него вообще много что говорили. Например, что когда-то он служил королевским шпионом на границе, и гладиры настолько глубоко вторгались в мозг, что сломали ему сознание. По слухам, после этого комендант вёл себя, как трёхлетний ребёнок, говорил только стихами, боялся растительной пищи и бросался в драку по любому поводу. Год его лечили лучшие врачи королевства, и привели к более-менее стабильному состоянию, но оставили всё-таки под присмотром магов училища. Лечение, видимо, далось им не очень, потому что склонностью к агрессии от него до сих пор за километр пахнет, да и на шпиона он сейчас ни капельки не тянет...
Вспомнилась мама, и меня передёрнуло: ассоциировать родную мать с... этим.
Интересно, он помнит что-нибудь о своих заданиях? Может, он знает, для чего старый король привлёк её?
Я остановилась в метре от коменданта и отшатнулась, когда он резко придвинулся, разглядывая меня своими разнокалиберными глазами. Жутко пахло неприятными специями, и резкий порыв ветра пронизал меня до самых косточек. Нет, спрашивать его я точно не буду...
– Что скажете, господин Страж? – проскрипел комендант, обходя меня кругом. – Есть с чем тут работать?
Я оглянулась: стражник почесал затылок под беретом и сочувственно пожал плечами:
– Так точно, устройство опознало страницы Белой травы за спиной ученицы Каи Прекрасной в момент возвращения на территорию Училища.
– Не наврала Лайла... – Комендант хрипло посмеялся, обходя меня кругом и будто бы обнюхивая. Он водил носом, то приближая ко мне лицо, то отдаляя, и всё время заламывал пальцы за спиной, так что они даже хрустели.
Лайла... Чертовски знакомое имя.
– Пройдёмте, Прекрасная, – сказал он наконец, зашагав в сторону своего домика. – Даже дознавателя вызывать не пришлось...
Мне поплохело. Заметив, что я не шевелюсь, стражник чуть подтолкнул меня в спину, и негнущиеся ноги сами понесли внутрь ослабевшее тело.
Всё. Вину не нужно даже доказывать. Поймана с поличным.
За дверью была маленькая комната, больше всего похожая на сторожку. Стол со стулом, книги и бумаги, грязная посуда и старая одежда, немного хозяйственной утвари – и всё в ужасном состоянии. Для полноты картины не хватало только снующих туда-сюда крыс, но их отпугивали с помощью магии. Жаль, уборку с помощью магии не сделать...
Зайдя в дом, комендант не остановился и не сел: он продолжал ходить кругами, но теперь в своём маленьком помещении. Я вжалась в стену, чтобы не попасть ему под ноги.
– Итак, Прекрасная, – хрипел он, – вы признаёте, что выносили Книгу за пределы училищной земли?
Врать смысла не было.
– Да, – еле выдавила я.
– Хорошо, – усмехнулся он, демонстрируя чёрные кривые зубы. Не иначе как для устрашения его в Училище комендантом назначили. – Правильно, отрицание всё равно ничем не помогло бы.
Он сделал ещё несколько кругов в напряжённом молчании. Я ждала. Наконец, он остановился прямо передо мной и посмотрел в глаза. Настолько близко находилось его лицо, что кожей чувствовала его дыхание.
– Она мне нравилась, – он вдруг криво улыбнулся. – Я не смог...
Комендант опустил голову и, глядя себе под ноги, отошёл к окну. Замер, остановившись спиной ко мне. Я нахмурилась. Нет, конечно, всем известно, что он ку-ку, но когда дело доходило до наказаний, всё было строго. Или мне повезло, и именно сейчас у него сезонное обострение?
– Прекрасная, – из его уст фамилия больше была похожа на карканье, так что я даже не сразу поняла, что он ко мне обращается. – Я всегда отдаю долги. Считай, подарок ко Дню Волшебника. Свободна.
В тот момент я даже не осознала, что произошло. Тупо стояла, пытаясь понять смысл невнятной речи коменданта и ожидая, когда он мне скажет, что я отчислена, можно собирать вещи и идти к ректору писать заявление. Но он так и стоял ко мне спиной, пока молчание не затянулось.
– Я тебе что сказал! – заорал он, резко разворачиваясь, и его ноздри раздулись от рвущейся наружу злости. – Пошла вон и чтоб не попадалась мне больше никогда!
Тело среагировало само. Буквально вывалившись из двери домика, я дала дёру с невероятной для себя скоростью, и пришла в себя только на пороге собственной комнаты.
Что это было – мгновение власти рассудка над безумием или наоборот – я не поняла. Но вроде как пронесло...
Дома было тихо и темно: на город начали опускаться сумерки, небо затянуло плотной пеленой облаков. Олеша снова где-то пропадала. Я скинула ботинки, кинула на стол плащ с мешком и открыла окно нараспашку. Потянуло приятной осенней свежестью. Подышала минутку, приходя в себя, и, упав на кровать, свернулась клубочком.
Может, я сейчас усну, замёрзну и не проснусь?..
Или проснусь и пойму: всё это был сон...
Как бы то ни было, мысли покинули меня почти сразу, так что я даже не заметила, как сон начал поглощать моё измученное сознание под ласковые прикосновения ветра.