Две луны

Здесь бывают туристы. Не так часто, но бывают. И я еще ни разу не видел, чтобы на кого-то из них реагировали так, как на Бэкку, словно она прокаженная. Каждый второй, кому она попадалась на пути, буквально говорил в глаза, что она чужак и делать ей здесь нечего. Для меня это было странно, но вмешиваться не стал.
Я все еще выжидал, наблюдал. Тот, кто совершал все эти убийства, должен был оступиться. Обязательно должен. Нужно лишь немного подождать.
Сейчас я сворачивал к пабу.
Владелица заведения разговаривала с одним из посетителей и тут же выпрямилась, когда увидела меня.
— Хантер, какими судьбами? Я уж думала, что ты пропал. Давно не видела тебя.
— Всего пару недель, — бросил ключи от машины на барную стойку. Взял за правило теперь закрывать машину, на всякий случай.
— Пара недель это вечность для нашего городка. Выпьешь?
— Бутылку "Бад лайта", — кивнул парочке завсегдатаев паба. Бутылка возникла передо через пару секунд. Хизер ловко открыла ее и придвинула ко мне. Видел, как дрогнули пальцы. Она знает… чувствует, что я пришел не просто так. Отводит взгляд и старается вести себя непринужденно, но со мной это не сработает.
На город уже опускались сумерки, и дома окрасило розоватым закатом. Солнце скрывалось за горами, погружая город в ночь.
— Я хочу знать все, Хизер, — сделал глоток и поставил бутылку, подняв взгляд на женщину.
— О чем ты? — стащив полотенце с плеча, она начала обтирать столешницу размашистыми движениями.
— Ты знаешь, — сделал еще глоток. — Ты же понимаешь, что я могу заставить тебя говорить, — спины парочки работяг, что сидели напротив, напряглись. Но мне было наплевать.
— Хантер, я не… — закусив губу, она застыла.
— Хватит, — оборвал ее чуть громче, чем следовало. — Какого дьявола я только сейчас узнаю, что ты была последняя, кто видел пропавшую девчонку? — кровь закипала. Она осела еще больше под моим криком. Я умел давить, когда действительно хотел этого.
Я предполагал, что кто-то должен был знать хоть что-то. Был даже уверен в этом. Но предпочитал думать, что свидетель молчит из-за страха за свое здоровье или жизнь, а не потому, что был в сговоре. В Ферндейле что-то происходит, но как выяснить, что именно?
— Мы с Томасом просто разговаривали, когда она в первый раз появилась здесь… — начала она, а кипящий поток ярости нахлынул на меня с такой силой, что бутылка, которую я держал в руках, громко хлопнула о столешницу. И чудо, что она не разбилась вдребезги.
— Повтори еще раз, твою мать? — склонился к ней, тяжело дыша.
Волна за волной перед глазами белая пелена и слух обострился настолько, что я услышал тихий шепот двух посетителей.
— Пошли отсюда, — сказал он.
Я даже не обратил внимания на то, насколько быстро они ушли, обойдя меня на расстоянии.
— Хантер… — взгляд Хизер метнулся к двум мужчинам, спешно покидавшим кафе. Она искала помощи, поддержки, но я знал, что никто не станет ей помогать.
— Томас в городе? — рык из горла не был похож на человеческий. — Какого хрена, Хизер? Я ясно дал понять твоему племяннику еще полгода назад, что ему не рады в моем городе, — пальцы сжимали бутылку, и в какой-то момент в нашем узком кругу диалога отчетливо прозвучал треск стекла.
— Он заехал просто навестить меня. Мы надеялись, что ты не узнаешь. Ничего страшного не произошло.
— Заехал навестить, и одна из туристок вдруг втрескалась в него? Странные совпадения, тебе не кажется?
— Тебе нужно доверять своим, а не чужакам, Хантер. Та девчонка… она же остановилась у тебя, да? А вдруг она все знает? Она ведет себя так, будто она все знает. Я уверена, что она приехала именно по твою душу. Не знаю, как она узнала и от кого, но что-то же сподвигло ее остаться здесь. А ей все прямо говорили, что здесь чужакам не рады.
— Что за чушь ты несешь? Она, мать твою, приехала, потому что у нее пропала сестра. Так поступил бы любой нормальный человек.
— Но с чего ты взял, что она нормальная?
— Ты бредишь? — качнул головой. Добиться от нее сейчас хоть какой-то информации просто не представлялось возможным. От испуга она потеряла нить разговора, и сейчас вся эта хрень, что льется потоком из ее рта, совсем не та информация, которую я хотел бы знать. Ее разум затуманен диким животным страхом.
— Томас еще в городе? — сделав три глубоких вдоха, постепенно привел своих внутренних демонов в состояние покоя.
— Нет, — качнула головой, — Он уехал через пару дней после приезда.
— Я чувствую запах вранья, Хизер.
— Я не лгу тебе, Хантер. Он действительно уехал. И воняет от меня не враньем, а банальным страхом.
— Что твоему племяннику понадобилось от той девчонки?
— Они просто разговаривали.
— О чем?
— Ну, знаешь, как это всегда бывает. Он сделал ей пару комплиментов, когда она заказывала напитки для себя и своего парня, и все.
— Что было потом?
— Она пришла сюда утром. Томас был со мной. Они перекинулись парой слов, и она ушла.
— При ней были вещи?.. Сумка? Рюкзак? Хоть что-то, что говорило бы о том, что она собралась уезжать?
— Да, спортивная сумка.
— Значит, она все-таки уехала… — сосредоточил взгляд на лице Хизер, чтобы понять, говорит ли она мне всю правду.
— Это логично, — согласно кивнула.
— Если узнаешь еще что-то, позвони мне.
— Обязательно.
Сидя уже в машине, позвонил Бобби и рассказал о разговоре с блондинкой. Старик был удивлен не меньше меня, когда узнал, что Томас был в городе.
— Не натворил бы этот придурок делов, Хантер.
— Мы бы уже знали об этом.
— Тогда мы тоже не знали, что он вытворяет.
— Потому что я даже предположить не мог, что этот худосочный парнишка совсем не тот, кем кажется.
— Ты силен, но не всесилен, парень.
— Если ты, таким образом, решил приободрить меня, то получается хреново.
— Знаю, но ты хотя бы будешь готов.
— Готов к тому, чтобы снова слететь с катушек? Нет уж. Мне хватило одного раза, — сжимая руль пальцами одной руки, думал о словах Фостера.
Нет. Полгода назад мой разум затуманило новостью о поступках сопляка Томаса. И я действительно поступил неправильно, воспользовавшись тем, что я намного сильнее его. Единственное, в чем я не сомневался, так это в том, что таким, как он не место в Ферндейле.
Домой возвращался, когда на улице уже стемнело. Бэкка сидела на веранде в кресле и читала книгу. Ее тускло освещал лишь свет фонаря, что висел у входной двери. Она куталась в вязаный плед, держа в одной руке большую кружку.