Подземный мир Лайама
В экспедицию отправилось полторы сотни человек. Лайам готов был хвататься за голову, глядя на такую ораву. Несколько месяцев назад, когда подобный поход был всего лишь мечтами и прожектом, ему представлялось, что он поведет не более десятка. Костяк составляли его ребята из Штаба, наиболее крепкие и в ком сам Лайам был уверен, так же набрался солидный отряд полицейских с автоматами, ружьями и гранатами, и эти парни умели с ними обращаться. Это были различные отчаянные молодцы и ветераны из полиции, которым нечего терять, как и обещал Каниг. Сам молодой офицер был чрезвычайно горд, что его назначили командиром этой группы, как человека из особого подразделения мэрии. Лайам уже понял, что Каниг не так прост и что-то вроде личного помощника мэра по вопросам безопасности, ему доверяют очень многое.
Еще здесь собралось несколько горожан из списка Мистрикса, которых он убедил взять с собой, за полезные навыки и профессии.
— Кто будет ухаживать за ослами, лечить и убирать дерьмо при случае, ты что ли? — говорил он. — Среди нас нет ни одного животновода со стажем. Хруст занимался коровами, это не его профиль. Для людей тоже нужен хороший врач. Грета… надеюсь, она меня не слышит, все-таки не врач, а знахарка. С довольно… ненаучными теориями, я бы не доверился ей даже с банальным поносом. Еще нам совершенно не лишне несколько ученых широкого профиля на случай, если найдется что изучить или разобраться в технике. Да-да, я знаю, Ковард у нас прекрасно разбирается в технике, но он не ученый, и не сможет найти водоносный слой или оценить возраст каменных отложений.
Лайаму пришлось согласиться с этими доводами, да и какая уже разница, если и так набралась толпа, десятком больше, десятком меньше — не имеет никакого значения.
Ребята из Штаба, которых ему пришлось оставить, были крайне обижены. Но многие или возрастом не дотягивали, как Брун, или имели какие-то семьи, связи, и Лайам счел, что им не стоит погибать в походах.
Со смешанными чувствами он воспринял то, что с ним отправились Шами и Мирика. Он знал, что они будут с ним, когда он начнет творить что-то великое, знал это всегда, но так сложно смотреть в глаза их родителей, с которыми рос с детства, особенно после того, что случилось с Миком. Эта сцена с матерью убитого парня все еще ему вспоминалась время от времени. Но его названные брат и сестра пошли с ним, он принял это с облегчением.
Вокруг толпились любопытствующие горожане, наверное, полгорода собралось посмотреть на отправку экспедиции в смертоносный город. А мэр все декламировал речи.
— Ну, Лайам, твоя мечта сбылась, — подошел Каниг и хлопнул его по спине. — Вот мы и отправляемся в поход.
Лайам, пять минут назад наблюдавший сцену, как полицейский прощается с рыдающей молодой женой и двумя детьми, смотрел на него без энтузиазма, думая о том, что этого болвана убьют в первой же пещере, и всю жизнь будет стоять потом перед глазами лицо его жены с немым укором в глазах.
— Я не знаю, Каниг, зачем ты ввязался в нашу авантюру. У тебя многообещающая карьера в администрации, семья… Ты ведь можешь вообще не вернуться.
— Да не ной, Лайам. Мне просто надо пойти в этот поход и все. Увидеть подземный город и что в пещерах за Барьером, если удастся туда попасть. Это судьба, я чувствую, я должен в этом участвовать. Я буду там нужен.
Лайам по-новому взглянул на него.
— Судьба? Ну, может быть.
Вдруг знакомый голос проворчал из-за спины:
— Ой, да когда уже этот толстяк заглохнет, вот уж он всегда любил побалаболить перед экспедициями, чтобы лишний раз блеснуть перед телекамерами.
— Земная труха! — вскричал Каниг, хватаясь за пистолет в кобуре, и от волнения замешкавшись с застежкой. — Лайам, Лайам, это же…
— Спокойно, Каниг, — сказал полицейскому Лайам, положив ладонь ему на руку. — Харви реинкарнировал, чтобы поотравлять нам жизнь в походе. Совсем не надо его опять убивать.
— Что? Что он сделал?
— Воскрес. Ну, короче, робот идет с нами. Компы Лимерика очень настояли.
— Ничего не понимаю, — пропыхтел Каниг, все еще глядя во все глаза на своего кумира детства, дважды убиенного.
— Кажется, мы договаривались, что ты предупредишь всех, что я не опасен и включен в состав экспедиции, — недовольно проговорил Харви, натурально надувая щеки и шевеля усами.
— Мэру утром я сообщил и некоторым людям в экспедиции, ну кому-то не успел… как-то забегался. Что ты беспокоишься, если бы кто-то не разобрался и пристрелил тебя, в Лимерике бы быстро собрали новое тело.
— Мои тела не лежат там штабелями, готовыми к использованию, если ты представляешь себе нечто такое. Их довольно сложно и трудоемко изготавливать. Имелась пара заготовок на случай аварий, поэтому получилось так быстро меня восстановить.
— Квадратный бог, они сделали его снова? — все не мог прийти в себя Каниг.
— Не только снова, они еще и запихали в него ту же самую сволочную личность, — вставил Лайам.
Харви невозмутимо продолжил:
— А наиболее сложными в производстве являются вот эта куртка и пушной воротник, эти материалы у нас, знаешь ли, не изготавливаются на фабриках, приходится искать сырье, синтезировать.
— Если бы вы догадались оторвать хвост у настоящей горной кошки, мне было бы сложнее придраться, — бросил Лайам.
— А это более точная копия меха животного, мы учли, что эта деталь оказалась важна.
Лайам уставился на него, не мигая.
— Да вы там вообще ненормальные, — проговорил он.
— С нами отправиться этот робот? И институт настоял на этом? — удивился Каниг.
— Что ты не радуешься? Не просто робот, а довольно точная копия самого Харви Смелого, вплоть до воротника, и с такими же плоскими шутками. Да ты посмотри, на нем даже те же идиотские очки! — Вдруг Лайам подумал, что это шанс узнать то, что его с самого детства занимало в Харви больше всего. — Слушай, робот, если в тебе действительно личность Харви, ты можешь мне ответить, зачем тебе эти очки и шапка? Ты напоминаешь авиатора из книг древних, что в наших подземных условиях несколько комично.
— Очки от пыли, болван. Когда роешься в комплексах древних, бывает много пыли. А ты разве не пользуешься?
— Я ничего не ломаю и, следовательно, не поднимаю пыль.
— Правда? Меня ты вот сломал.
Лайам моргнул и задумался.
Харви продолжал:
— А шапка… В одном из первых походов на меня упал камень с потолка, на мне была эта шапка, потому что мы были в промозглых пещерах на востоке, куда плохо достает тепло облаков, и она спасла мне жизнь, я отделался сотрясением, с тех пор я стал надевать ее во все походы.
— Харви Смелый никогда не рассказывал об этом и не упоминал в своей книге! — взволнованно выдохнул Каниг.
Харви не обратил внимания и закончил: