Чужая

Да и всего остального я тоже никогда не видела. Раш коротко глянул в мою сторону, но ничего не сказал, крутанул руль влево и въехал в туннель, уходящий под высокое стеклянное здание.
– Это самый большой торговый центр в городе, – пояснил он. – Думаю, здесь мы сможем найти всё, что тебе нужно… Надеюсь, ты начала составлять список? Потому что я, откровенно говоря, и близко не представляю, с чего начать.
– Начала, – промычала я, вновь отворачиваясь к окну, за которым не было ничего интересного, если не считать тусклых жёлтых фонарей. – Мне бы платье, туфли, зубную щётку, ну и… кхым ё.
– Не расслышал последнее слово.
– Бельё, – изнывая от стыда, простонала я.
– С него и начнём, – деловито кивнул Раш и остановил машину.
Когда я жила на хуторе, трусы, лифчики и носки мне мать покупала, юбки я донашивала её старые, а рубашки и майки мне доставались от деда либо другие члены «семьи» делились тем, что им не было нужно.
Так что первый свой магазин я увидела несколько недель назад, во время просмотра сериала в Отстойнике. Сериал назывался «Свободная касса» и рассказывал о судьбе одной девушки, которая работала продавцом в супермаркете «Всё для дома и семьи».
Поэтому слегка дрейфила, боясь не столько того, как все станут таращиться на мою больничную рубаху, сколько того, что опростоволошусь как-нибудь совершенно постыдно и Раш поймёт, что в магазине я впервые в жизни.
Не представляю, что бы я стала говорить, случись подобное.
На подземной парковке – я похожую видела в выпуске новостей – было темно, прохладно, неприятно пахло бензином и грязью и, к счастью, совершенно безлюдно. И в лифте (я втайне надеялась увидеть здесь зеркало, но увы) мы тоже ехали одни. А вот на втором этаже торгового центра мне пришлось распрощаться с одиночеством.
Вложив руку в широкую ладонь Раша, я шла по залитой ярким электрическим светом улице, открыв рот, стреляла глазами по сторонам и старательно не замечая удивлённых взглядов, которыми провожали покупатели нашу странную парочку.
– О! Кажется сюда! – радостно объявил Раш и затормозил у огромной витрины, за стеклом которой стояли манекены в прозрачных сорочках и кружевных трусиках.
По-моему, от меня пошёл пар, когда со словами «Не спи, замёрзнешь» сталкер втолкнул меня внутрь. А после того, как он велел «не экономить на прекрасном», мне отчаянно захотелось его поколотить.
Девушка-продавец – я где-то читала, что их принято называть консультантами – натянуто улыбаясь и шагая так, словно внутри неё сидел робот, приблизилась к нам и со словами:
– Добрый день, могу я вам чем-то помочь? – посмотрела почему-то на Раша.
– Мне? – изумился мой недомуж и задумчиво поскрёб пальцем по рубашке на груди. – Не думаю. Хотя… если у вас есть лифоны моего размера, я бы не отказался примерить. И стринги. Зелёные, чтобы в цвет глаз. М?
Мне стало жарко. Продавец тоже покраснела и, проблеяв какие-то извинения, виновато заглянула мне в глаза. Я вымучено улыбнулась и ткнула Раша в бок, глазами показывая на выход.
– Чего? – немедленно и очень громко отозвался он, отказываясь понимать мои невербальные знаки.
– Снаружи подожди, – процедила я сквозь сцепленные зубы.
О, Владычица! Я просто хотела упаковку трусов-неделек, хлопковый лифчик и пару носков, а он приволок меня в какой-то трусяной рай и ещё над душой стоит?
– Пожалуйста!
И когда я уже начала думать, что Раш никогда не уйдёт, он всё-таки обиженно надулся и, выйдя за порог, повернулся к витрине спиной.
– Уф… – выдохнули мы вдвоём с девушкой-консультантом.
– Пройдите в примерочную, – предложила она. – Вам что принести? Комбинации, грации, комплекты кружевные, шёлковые…
– Мне бы хлопковые, – жалобно попросила я. – Только низ и верх. Что-нибудь простое и удобное. Можно?
Девушка оглянулась на спину Раша и, слегка склонившись с высоты своих каблуков, по секрету сообщила:
– В этом сезоне вообще-то кружева в моде.
– У меня аллергия! – категорично отрезала я и тоже оглянулась на Раша, Не подслушивает ли.
Вроде не подслушивал. Хотя по спине фиг же что поймёшь!
 
– Ну, если аллергия, – с сочувствием протянула девушка, – тогда я вам спортивный вариант примерить принесу. И атлас. И шёлк. На ваших формах эти ткани будут смотреться просто восхитительно, я обещаю.
Ох как я перепугалась! Куда мне «восхитительное» да ещё и за чужой счёт? Мне бы что-то функциональное, чтобы удобно, не нарезало нигде и не натирало. И ещё подумалось привычно, что нечего деньги переводить на все эти кружавчики и шелка, калеке-то они уж точно совершенно ни к чему… А мгновением позже опалило воспоминанием о том, что я теперь не просто «не калека», так ещё и мужняя жена.
О, Владычица!
– Н-не надо шелков! – просипела я по-змеиному. – И остального тоже… не.
– Почему?
Девушка посмотрела на мои запястья, где красовались помолвочные браслеты, на ключицу не отмеченную укусом мужа, оглянулась на Раша.
– Потому, – прошептала я, глядя ей за плечо и вспоминая переполох у Центра Эзэ и то, как нас с Рашем пытались сфотографировать. – Разве вы не знаете… кто он?
И чуть понизив голос, добавила:
– И кто я.
Глаза у продавца-консультанта стали такие огромные, что я испугалась, как бы они не лопнули и меня брызгами не задели.
– Ой, – шёпотом простонала девушка. – Так это и в самом деле Великолепный Ривераш?
– Он, – буркнула я.
– Мамочки… Ой, мамочки… Правда что ли? А я подумала, что просто похож очень сильно! Ой, простите, пожалуйста! А вы.. вы…
– Я.
Настроение у меня и так было ни к чёрту, а теперь и вовсе в глубокий минус скатилось
– А можно я автограф возьму?
– У меня? – шарахнувшись в сторону, пискнула я.
Но то ли пищала я слишком громко, то ли у кого-то вместо ушей локаторы, но уже в следующую секунду Раш стоял возле меня и хмуро смотрел на нашу консультантшу. Щёлкнул пальцами перед её носом и мрачно потребовал:
– Так, собралась быстро. Эй, дрисюсель! Собралась, я сказал, и мгновенно принесла моей жене то, о чём тебя попросили.
И я торопливо напомнила:
– Функциональное и простое!
– Функциональное и простое, – повторил Раш, а когда я закрылась в примерочной, добавил:
– А шелка с атласами мы на свой страх и риск без примерки возьмём. Хм…
Последнюю фразу я предпочла проигнорировать. Потому что если бы стала думать о том, зачем сталкеру нужны «шелка и атласы», вряд ли смогла бы натянуть на себя что-то из «функционального и простого».
И хотя руки мои дрожали, пока мозг пытался не представлять, для чего именно сталкеру понадобились шелка и атласы, я облачилась в мягкий бежевый комплект (Трусики-танга, лифчик с мягкими чашечками, без косточек и поролоновых вставок, гладкая ткань нежно ласкала кожу, плотно обхватывая мои… «формы».) довольно быстро. А потом вновь залипла рассматривая себя в зеркало. Светло-бежевая ткань на фоне моей бледной кожи смотрелась изумительно бесстыже и вызывающе. Щёки порозовели, глаза горячечно блестят, губы удивлённо распахнуты, а грудь вздымается часто-часто…
Надо отдать должное моей помощнице. Бельё действительно смотрелось восхитительно и сидело, как влитое. Вот уж у кого глаз-алмаз. Надо будет перед тем, как распрощаться, спросить у девушки, какой у меня размер, а то я в этом разбираюсь, как свинья в апельсинах…
Из-за тонкой преграды двери послышался голос Раша. Он что-то глухо говорил моей помощнице, а я не вслушиваясь в его требовательные объяснения, пыталась разобраться в клубке противоречивых чувств, что зародился примерно в районе моего пупка и спиралью раскручивался, захватывая тело.
Мне было стыдно. Мне было страшно: ракшас находился слишком близко, и взбреди ему в голову зайти внутрь кабинки, хрупкая дверь не послужит преградой…
С другой стороны, это был какой-то неправильный, сладкий страх. С одной стороны хотелось убежать и спрятаться за семью замками и под одеялом с головой, а с другой – остаться и посмотреть, что будет дальше. И это чувство было каким-то до безобразия правильным что ли… Шокирующе правильным.