Пластырь для души

Всю эту неделю я держалась как могла и не позволяла себе раскисать. Но сегодня я больше не могу. Тем более к понедельнику мне в любом случае нужно перестать страдать и продолжать работать. Эта работа может в любой момент закончиться, пришло время подумать, что же дальше. Я подумаю об этом в понедельник, обещаю я сама себе и надкусываю первый эклер. Их у меня целая коробка.
 
Он мне ничего не ответил. Вот козел! Эта первая мысль, которая пронзает мой мозг, когда я просыпаюсь утром. Ну уж нет, я это так не оставлю. Беру в руки телефон и всматриваюсь в экран – писем нет. Это бросание без объяснений со мной уже было. Плохая идея была сидеть и ждать, пока он там подумает.
Вчера я съела тонну сладкого, выплакала все слезы над романтическим фильмом и не помню, как заснула. Ноутбук с потухшим экраном все еще стоял рядом. Фантики от конфет и коробка из-под эклеров валялись около кровати.
Мне нужны объяснения. Совершенно четко понимаю, что это точно конец. Но по-другому я не могу. Я хочу услышать от него, что между нами все кончено. Внести окончательную ясность. Пусть будет, что будет. Но я не могу больше сидеть и ждать. Это убивает меня. Надо признаться хотя бы себе, что мне нужно больше, чем просто роман. Такая я есть, кто-то может, а я нет. Вдруг Машка права и у меня это не любовь, а страсть. Значит ли это, что я быстро забуду Валеру? Вот с Игорем была любовь, но я была несчастная. Забывала его долго и мучительно, с мясом отрезая по кусочку. Это продолжалось до тех пор, пока новые отношения не открыли мне глаза на то, как можно быть счастливой. Здесь и сейчас. Скучаю ли я по этим ощущениям или по самому Валере, я не знаю. Но планирую разобраться в ближайшее время.
А начну я с извинений. Беру в руки телефон и набираю знакомый номер.
– Прости меня, Машка, я такая дура, – говорю я в трубку, едва услышав недовольное «Але!». – Я ценю тебя за твою прямоту и честность, глупо было обижаться на то, что ты сказала.
– И ты меня тоже прости. Я забыла, что ты в страданиях очень обидчивая. Я не должна была быть такой резкой в твою трудную минуту.
– Мир?
– Мир! Тебе опять нужен совет?
– Нет. Я знаю, что делать, просто хотела извиниться. Я тебя очень люблю. Прости.
– Ну все, давай без этого, а то я сейчас расплачусь. Расскажи, как у тебя дела.
– У меня все ужасно, но я выгребу. Лучше расскажи мне про море и как отдыхается.
Я закончила разговор с Машкой и стала приводить себя в порядок. Включила на телефоне песню «Ленинграда» «Платье Сен-Лоран». Поставила ее на повтор и начала одеваться в то, что считала самым красивым у себя. Я собралась выяснять отношения при полном параде. Плойка, щипцы, красная помада – в ход пошло все то, что покоилось на дне косметички и год как не использовалось. То единственное платье, что у меня здесь было, с натяжкой можно было назвать подходящим. Но я была полна решимости надеть что-то кроме шорт или джинсов.
План мой был прост: пойти к Валере и потребовать объяснений. Звонить ему я не хотела. Писать и не получить ответ – тоже. Я хотела посмотреть ему в глаза. Что будет потом, я не думала. Лимит моего терпения – сидеть и ждать – кончился.
Довольно быстро я дошла до дома. В голове крутились вопросы, которые я собиралась ему задать. Я старалась не думать, что буду говорить, если встречу знакомых. Я зашла через двери оранжереи и пошла к кабинету, решив, что он там. Но там его не было. Тогда я пошла в его комнату на третий этаж.
Я ни разу не была в его комнате. Только однажды в раскрытую дверь видела, как там проходит обыск. Мне раньше было страшно вторгаться на его территорию, но сегодня, переполняемая гневом и решительностью, я взялась за ручку двери и потянула на себя.
В комнате никого не было. Я поняла это, когда зашла. Я не ожидала такого поворота событий. Я настроилась выяснять отношения, а не бегать по дому в поисках своего обидчика. Мой запал стал понемногу сходить на нет. Я стояла посреди комнаты и думала: что дальше? Где теперь его искать? Я уже собралась уходить, когда дверь в ванную открылась и оттуда вышел Валера. Мокрый, с полотенцем на бедрах, он остановился, увидев меня.
– Какого черта ты тут делаешь? Нельзя так людей пугать. У меня чуть инфаркт от неожиданности не случился!
– Я пришла поговорить.
– Говори.
– Я… – слова застряли у меня в горле, а дурацкая улыбка расползлась по моему лицу. Все слова, которые я собиралась ему сказать, вылетели из моей головы. Я судорожно пыталась их вспомнить.
Повисла тишина, которую прервал его смех.
– Я смешная?
– Нет, ситуация смешная. Можно, я штаны надену, или не нужно? – с ухмылкой говорит он. – Ты меня соблазнять такая красивая пришла или убивать, я не понимаю?
– Я тебе вчера написала, а ты не ответил. Я разозлилась и пришла за объяснениями.
– Можно, я тебя сначала поцелую, а потом объяснения? Тебе очень идет эта помада. Так и хочется ее съесть.
– Ты хочешь сделать вид, как будто ничего не было? И ты не бросал меня?
Он был очень довольный. И шел ко мне. И смотрел на меня своим этим взглядом. Знаю я, о чем он думает.
– Прошу заметить, ты сама вчера это предложила, – это он сказал мне уже на ухо, прежде чем начать целовать.
– Подожди, ты же не ответил.
– Девочка моя, я был очень занят, я только утром прилетел. И это была тяжелая, но очень плодотворная неделя. Я все тебе расскажу, но позже. И отвечу на все твои вопросы, только сейчас помолчи. Я очень соскучился по тебе, – говорит он, а потом накрывает мой рот поцелуем. И разговоры на этом прерываются на неопределенное время.
 
У Валеры совершенно пустая комната. Она огромная, но в ней ничего нет, кроме большой кровати. Больше ничего. Даже занавесок нет. Вместо люстры висит простая лампочка. Я вижу две двери: одна из них в ванную, а вторая, видимо, в гардеробную.
– Как ты тут живешь? – спрашиваю я, когда мы курим у окна нашу традиционную сигарету. Отсюда открывается шикарный вид на заднюю часть участка. Можно даже разглядеть сквозь сосны старый дом.
– А я здесь и не живу, только иногда сплю. – Отвечает он и выдыхает дым, а потом протягивает мне сигарету.
Все желание вести дальнейшие разговоры у меня пропало. То, что я хотела знать, я только что прочувствовала каждой клеточкой своего тела. Вместо тысячи слов было столько же поцелуев, и я верю, что они идут от сердца. Я не буду выяснять, что же это произошло между нами. Но у него другие планы, и Валера начинает говорить:
– Я не знаю, что ты там себе про меня придумала, но уверен, что с правдой это не имеет ничего общего. Поэтому я сейчас тебе расскажу, что происходило у меня на этой неделе. Ты будешь довольна.
– Может, не надо, – вяло сопротивляюсь я и закрываю лицо руками.
– Надо, я не хочу недопонимания. Я отвлекся от тебя на неделю, а ты уже пришла меня убивать.