Осколки-кровоточащие звезды
На главу сопротивления было страшно смотреть. Он еле держался на ногах, под глазами залегли глубокие тени, волосы не видели расчески дня два, а щетина уже начинала походить на неопрятную бороду.
— Лек, что с тобой?! — забыв о собственных проблемах, воскликнула Лия.
— Ничего, — буркнул он, буравя ее взглядом. Она почувствовала запах виски, а табаком он, казалось, был пропитан насквозь. Мундир висел на нем, как на вешалке.
— Ты когда в последний раз ел? А спал? — не унималась Лия. Ей жутко хотелось взять его под руку и отвести куда-нибудь, где он сможет принять горизонтальное положение. Потому что он действительно шатался!
Лек хмыкнул.
— Откуда ты взялась такая заботливая? Не забыла, что не так давно хотела меня прикончить? Как видишь, прикончить я себя в состоянии и самостоятельно, хм…
Он посторонился, пропуская ее в кабинет. Кое-как дошаркал до своего места и плюхнулся в кресло.
— До чего ты себя довел… зачем? — Лия мелкими шажками, все еще не уверенная, что он ее не выставит, приблизилась к главе сопротивления… который больше всего сейчас напоминал живой труп.
Он плеснул в бокал виски из стоявшей на столе бутылки и хмуро спросил:
— Где твой коммуникатор?
— Я… я его у Вилта оставила… случайно, — растерянно ответила Лия.
Губы Лека скривились в горькой усмешке.
— Увлеклись примирением? — он даже подмигнул ей, хотя при его нынешнем виде это смотрелось жутковато, и протянул ей бокал. — Бери.
— Лек, я…
— Зачем пришла-то?
Лия поджала губы.
— Я… я пришла извиниться. Прости меня, Лек.
Он смотрел на нее некоторое время. Лия заметила еще, что у него полопались сосуды в глазах. И даже щека начала подергиваться. На мгновение мелькнула мысль, что она зря пришла к человеку, на которого напала.
Лек наблюдал за ней, подперев щеку кулаком. Потом пошевелил бокалом, напоминая о предложении. Спросил:
— Что еще случилось на этой клятой станции?
Лия не ответила. Она даже оглянулась на дверь. Ну, вроде Лек уже сидит, значит, не упадет. А если упадет, то не сильно ударится…
— Стоять, — приказал ее вроде как начальник. Ее ведь не уволили официально? Хотя и так все вроде понятно. Лек требовательно продолжил: — Отчет!
Лия вздохнула. Наверное, вот такая безумная ситуация и нужна была, чтобы она действительно смогла задуматься над тем, что делала и еще намеревалась сделать. Взяв бокал, она уселась в соседнее кресло. И четко, как доклад, выложила Леку ситуацию.
Лек хмыкнул.
— Хреново.
Это она и так знала, стоило ли тратить время на разговоры?
— Мне сказать Лайзе, чтобы она выдала тебе новый коммуникатор? Или все-таки попробуешь вернуть свой? — поинтересовался глава сопротивления, отпив еще из своего бокала.
— Ну… — Лия пожала плечами.
Лек покачал головой.
— Так вы и правда никогда толком не ссорились, — протянул он с восхищением. — Даже не знаю, завидовать или сочувствовать. Ты что, ребенок?
Лия нахмурилась, не понимая, к чему он клонит. Вообще-то она пришла вовсе не за тем, чтобы обсуждать ее с Вилтом отношения. Как все так получилось?
— Сколько лет вы вместе? Вашу связь видно, будто вы одно целое. И вы умудрились поцапаться так, что эта связь затрещала по швам, а ты хочешь просто щелкнуть пальцами и вернуть все обратно.
— Знаешь, я не за советом пришла, — резко напомнила она.
— Считай, я тебе премию выписываю, — отозвался Лек. — По-твоему, если прямо сейчас не сделать чего-то, все развалится. Остановись и подумай над его словами. Красивые шаги ничего не дадут. Понимание от этого не придет.
— И что, я должна просто ждать, пока он успокоится?! — вырвалось у Лии. Лек закатил глаза.
— Хотя бы подумай над его словами. Разве мне нужно объяснять? Вы одно целое, но каждый из вас — личность. И пренебрегая мнением другого, вы разрушите либо друг друга, либо то, что между вами… Пфф, звучит почти также отвратно, как наши рекламные лозунги. И тем не менее, повторяю: не дергайся. Реши, что именно лучше сделать.
Лия допила виски. Наверное, напиток тут же ударил в голову, раз она до сих поддерживала этот идиотский разговор.
— Тебе-то откуда знать? — наконец, спросила она.
— Ну… ты говоришь с опытным человеком по части разрушения, — Лек усмехнулся каким-то своим мыслям. Тоже определенно не слишком трезвым. Лия нахмурилась, намереваясь задать вопрос, но тут раздался сигнал… коммуникатор у Лека все же был. Глава сопротивления искоса взглянул на Лию и принял вызов.
— Кого еще бездна принесла? Аааа… привет, сестренка. Себя послушай, трезвенница… Кстати, как там поживает страдалец за справедливость? Что ты говоришь? Пришла и ушла? Ммм, я б тоже заволновался. Мало ли, выбросится в какой-нибудь люк, а людям потом чистить. Кто мрачняк гонит? Куда ты меня послала? Погоди, а ты чего такая злая… ах, вон оно что. Прямо вот так взял и попросил? Ого, еще и извинился? А нежных слов хоть два сказал? Ты смотри, хоть тут не растерялся! Побежал искать? А куда побежал? У этого придурка допуск ограничен, загремит в изолятор — мне плевать, какие там причины. Вот вообще все равно. Да что ей сделается? Да, я уверен. Ну, потому что она здесь. Что? Нет, Морино не говори. Пусть помучается. Тьфу на тебя! Правильная стала, аж скучно… хорошо, не отпущу. Да проникся я!
Лек хмыкнул и отключил коммуникатор и посмотрел на Лию.
— Ну что, разрушительница спокойствия, все на ушах. Тебя все-таки заметили. Морино бегает по станции, тебя ищет. Нейра за него переживает… ну, хоть у кого-то все идет, как надо. По-дурацки, но как надо. Давай за это еще накатим?
— Тебе поесть надо, а не желудок гробить… — растерянно пробормотала Лия. Ей пришло в голову, что раз Айн пошел ее искать, значит о том, что с Вилтом она не помирилась, знает. Или не знает?
— Слушай, хоть ты не включай правильную девочку, а? — поморщился Лек, подтягивая к себе бутылку. — Не порти драму. Мне очень нужно надраться, иначе я не засну.
Лия непреклонно отобрала у него бутылку.
— А давай не будем усугублять? Какой в этом смысл? Ты отключишься, как только примешь удобное положение.
Она сама удивилась тому, как уверенно это произнесла.
Какое-то время они молчали. Лек смотрел на нее прищурившись и слегка приподняв уголки губ. Кажется, он ее простил.
— Все ведь будет хорошо? — спросила Лия.
Лек усмехнулся.
— Мы на Последнем Пределе. Может быть, сопротивление и победит, но до нас рано или поздно доберутся еэсбэшники. Это и крысюкату понятно.
— Но ведь пока мы в состоянии что-то сделать, — заметила Лия.