Русская революция. Ленин и Людендорф (1905–1917)

Путешественник не оставил описания последнего пункта своего маршрута — экономической и культурной столицы юга России, важного с военной точки зрения портового города Одессы с базой русского Черноморского флота. Почтовым адресом Людендорфа около недели служил адрес германского консульства, но он, кажется, им ни разу не воспользовался. Причина, возможно, заключалась в строгой секретности его тамошних контактов и деятельности. На рубеже 1918–1919 гг. (он тогда нелегально и инкогнито находился в Швеции) уважаемые шведские газеты [30] сообщали, что Людендорф был в 1890-х гг. с секретной миссией в южной России и установил там связь с русскими революционерами и анархистами. Тот давний контакт с южнорусским революционным подпольем увязывался газетами с ходившими на момент появления упомянутых сообщений слухами о тайных отношениях Людендорфа с Лениным, в частности о предложении Людендорфу возглавить Красную армию и выковать из нее миллионное войско, которое будет вести боевые действия не только в Западной Европе, но и на индийском субконтиненте. В шведских статьях подчеркивалось, что такое развитие событий вытекает из старых связей Людендорфа с тогдашними подпольщиками и будущими творцами переворота в России.
Содержание вторящих друг другу статей нельзя назвать абсолютно высосанным из пальца: Стокгольм в то время служил наилучшим местом получения информации о германо-российских связях, приглашение Людендорфа в командующие Красной армией подтверждено осведомленным источником с немецкой стороны [31], а пребывание Людендорфа на юге России в 1894 г. доказывается его перепиской с родителями. Выбор Одессы для завершения информационной командировки также говорит в пользу версии о возложенной на него или взятой им на себя самостоятельно тайной задаче такого рода: многонациональная Одесса в 1890-е гг. была оплотом всероссийского революционного подполья; знакомство с врагами российского государства могло в 1894 г. представлять особый интерес для будущего генштабиста, всецело захваченного идеей войны с Российской империей, и для его дальнейшей военной карьеры.
Правда, при всей правдоподобности шведских сообщений, задним числом встает практический вопрос, как иностранный путешественник в то время, когда германские зарубежные представительства еще не принимали активного участия в добыче секретных разведданных, ухитрился за несколько дней в незнакомом большом городе наладить тайные контакты с политическим подпольем.
Несомненно, он должен был рассчитывать на других лиц или связи из окружения местного консульства. Учитывая краткость его пребывания в Одессе (около недели), следует исходить из того, что он приехал туда с готовым графиком и адресами нужных людей и явок. Соответствующую информацию он мог получить в том числе от знакомых со здешней обстановкой эмигрантов-революционеров, которые продолжали поддерживать с политическим подпольем оживленные отношения и не боялись, а то и считали полезным иметь дело с прусско-немецким офицером.
К таким эмигрантам относился А. Л. Гельфанд, истый одессит, покинувший город в 1886 г. и с 1887 г. с некоторыми перерывами проживавший в Германии, где с 1891 г. (написав Вильгельму Либкнехту) добивался прусского подданства (после долгих хлопот он его получил аккурат на третий год войны — в 1916 г.!). Поначалу Гельфанд направился в Цюрих: местный университет пользовался предпочтением у одаренных учащихся и эмигрантов из Российской империи (например, социалистов Розы Люксембург и Лео Иогихеса в конце 1890-х гг.). Однако вскоре он переехал в приграничный промышленный город Базель, где в то время преподавал швейцарский историк Якоб Буркхардт. Там научным руководителем Гельфанда стал экономический обозреватель газеты «Франкфуртер цайтунг» Карл Бюхер, который читал в Базельском университете курс социальной экономики. Гельфанд подготовил диссертацию на тему «Техническая организация труда: „Кооперация и разделение труда“», но его научный руководитель еще до защиты вернулся в Германию. На факультете работа эмигранта большого впечатления не произвела; степень ему, ради приличия, присвоили, с оценкой «удовлетворительно» [32], что сделало перспективы академической карьеры в Швейцарии для Гельфанда весьма туманными. Он уехал в Германию и занялся публицистикой, посвященной российскому обществу. Так, в 1893 г. он опубликовал ряд статей о голоде в России, выступая в роли эксперта по революционному движению на юге империи и предсказывая его быстрый рост, — для путешественника, собиравшегося в Одессу, это наверняка представляло интерес. В 1894 г., когда Людендорф (предположительно после соответствующих штудий и бесед в Германии) будто бы завел в Одессе связи с революционным российским подпольем, Гельфанд в Германии взял себе псевдоним Парвус. Может быть, социал-демократу понадобилось второе имя для сокрытия своих сношений с берлинской Доротеенштрассе, 48 (военной академией)? Лишь в 1910 г. руководство Социал-демократической партии Германии (СДПГ) в лице Августа Бебеля разоблачило его как провокатора [33] и тем самым практически вынудило покинуть Германию. Гельфанд, перебравшись в Константинополь, по заданию секции IIIb Большого генштаба успешно пропагандировал среди младотурок необходимость германо-турецкого военного союза и вступления Турции в войну на стороне центральных держав. Выполнив задание (военный союз был заключен 2 августа 1914 г., а 2 ноября 1914 г. Турция вступила в войну), он через своего куратора — прикрепленного к германскому посольству в Константинополе офицера разведки д-ра Циммера — предложил послу, барону Гансу фон Вангенхайму, свои услуги в качестве специалиста по вопросу революционизирования Российской империи и в январе 1915 г., заручившись его рекомендацией, начал переговоры на эту тему в берлинской рейхсканцелярии.
В пользу версии раннего и личного знакомства с Людендорфом говорит неизменная верность Гельфанда германскому Генеральному штабу и его военной разведке, которая не раз приводила его к острым конфликтам с немецкими и русскими партийными товарищами. Указывает на эту версию и то обстоятельство, что друг и земляк Гельфанда О. М. Нахамкис (впоследствии большевик под именем Ю. М. Стеклов, 1873–1941) после посещения Одессы Людендорфом развернул там политическое стачечное движение. В том же году он был арестован, после суда и ссылки бежал за границу, работал в Вене и Берлине в тесном сотрудничестве с Гельфандом. Подобно своему наставнику Гельфанду, Нахамкис протоптал дорожку к германской военной разведке и работал на нее все годы войны, будучи заслан в Российскую империю в сентябре 1914 г., пока поздней осенью 1917 г. Ленин не принял его «в наследство» и не сделал редактором «Известий».