Ярл Авалона
— Звучит фантастично, — скептически сказал майор. — Но, после всего случившегося, я при определенных условиях не только в дельфина–телепата, но и в разговор с разумной килькой в томате поверю. Но все же… как–то оно странно.
— Разговор был, — нахмурилась Юля. — Я свидетель. Дельфин приплыл ночью и он и в самом деле оказался очень умным и симпатичным афалином. Плавником мне махал, словно ручкой.
— Я думаю, в нашей ситуации проще исходить из того что все так и есть, как сказал ярл, — поддержал меня Матвей. — Тем более, что место высадки дельфины нам показали четко.
— Тут уже поздно верить или не верить, — отмахнулся я. — В крайнем случае, мы просто не встретим этого пресловутого морского зверя. Честно говоря, там такая здоровенная и страшная тварюга длиной метров в двадцать минимум, что век бы ее не видать. Не сильно–то хочется встречаться. Но надо, отступать уже поздно, я слово дал, кроме того за этакую тушу нам должны хорошенько отвалить кандел. Я вот что думаю: не устроить ли нам послезавтра большую рыбалку? Наш ночной гость обещал с ней помочь. Заодно проверим ещераз «Бойкий» в деле, походим на разных режимах, добудем рыбы для народа и на продажу. А еще прикинем на месте, что нам нужно для большой охоты, в море это будет нагляднее видно. И закажем треянам вечером перед выходом на зверя.
— Мы с Алексеем можем завтра сделать драгу, — подумав, добавил Олег. — Сети есть, а раму для нее соорудим в мастерской.
— Только смотрите, чтобы ею можно было ловить с кормы, а не с борта. Сзади, конечно, места немного и особо не развернешься, но зато если оборвется трос, то вашу драгу хотя бы не намотает на винт, — озаботилась Юля.
— Не учи ученого, — фыркнул Олег. — Все будет в лучшем виде, госпожа старпом.
— Надеюсь, дед, — улыбнулась девушка. — А то знаю я таких умельцев… Напоминаю, водолазов у нас нет, и винт починить мы сами не сможем, надо его беречь.
— Гарпунной пушки у нас все равно нет, — задумчиво сказал Макарыч. — Можно стрелять по твари из ручного оружия, главное пробить мозг. Каких бы размеров зверюга не была, она сдохнет. У мосинки проникающее действие очень неплохое. Ну, и в крайнем случае — палить из пушки. Чукчи в свое время китов стрельбой из противотанковых ружей добывали, если я не ошибаюсь. Потом туша утонет… но не сразу, с полчаса у нас будет. Можно загарпунить ее вручную, подтянуть к берегу и разделать.
— Послезавтра поговорим подробнее, — кивнул я. — Олег, Алексей, и в самом деле, надо подумать насчет гарпунов, посмотрите, что можно сделать. А сейчас предлагаю обсуждения прекратить. Моряки пусть остаются на судне, а мы с Петей и Игнатом пойдем продавать трофеи. Подведем, так сказать, итоги дня.
Когда мы вернулись из пещеры, новенький квадроцикл с полным баком бензина уже ждал нас на причале, вытащенный моряками со склада. И это было здорово! Машина с прицепом в аккурат вписалась по своим габаритам в торговую площадку на складе, обойдясь нам в девяносто кандел. Еще пятьдесят кандел ушло на четыре ручные рации с запасными аккумуляторами и пяток снарядов к пушке — я решил по возможности пополнять истраченный боезапас, а так же на пять мешков с макаронами, крупами и рисом про запас, которые приехали в этот мир в заказанном прицепе к квадроциклу. Вся эта роскошь стала возможной потому, что за головы дракончиков нам отвалили аж по шестьдесят кандел и еще сорок две канделы — за трофеи с корабля магов. Плюс шесть кандел за собранную флору и пять кандел пассивного дохода — в итоге за сегодняшние сутки мы пополнили счет на сто семьдесят три единицы. Расход — сто сорок пять, включая затраты на письмо, двадцать пять — отдали в счет погашения кредита, три канделы — про запас. И это всего лишь за сутки! Так можно жить. Правда, потом не будет трофеев от дракончиков, но зато можно добрать свое рыбалкой и собирательством. Есть повод для умеренного оптимизма, определенно есть…
Ночь прошла спокойно, в этот раз нас никто не беспокоил. В шесть часов утра по бортовому времени мы сыграли в каютах подьем по судовому радио «Бойкого», а еще через полчаса подняли народ в бараке. Без десяти семь, еще до завтрака, всех построили на пристани на утренний развод, окончательно вводя армейско–казарменные порядки. Народ с утра зевал, ежился по холодку, втягивал головы в плечи и смотрел из строя по большей части хмуро, волчком. Никакого особого энтузиазма и желания поработать на лицах «имущества» я не видел. Ну что же господа алкоголики–тунеядцы… хотите — не хотите, а придется. Земля сама себя не вспашет и не засеет, камень и дерево для стройки не появятся, крокодил не поймается, кокос не вырастет и далее по списку…
Однако же, мою речь, в которой я кратко подвел итоги вчерашнего дня и озвучил сегодняшние цели и планы все выслушали спокойно. Шутить и пререкаться народу не захотелось — рядом со мной стоял, заложив большие пальцы рук за ремень, с видом скучающего упыря–особиста Макарыч, вместе с Алексеем и Игнатом. А на палубе корабля за разводом наблюдали наши моряки с Юлей и Петей и присоединившиеся к ним бывшие «парализованные» Дмитрий с Сергеем — все как один вооруженные, понятное дело. Шум в строю поднялся, лишь когда язавел речь о наказании за вчерашнее безделье. Егор под злыми взглядами лишенных еды женщин из провинившихся артелей стоял как оплеванный, а на предложение выйти из строя и сказать мне в лицо, если он чем–то недоволен, лишь буркнул себе что–то невразумительное под нос и остался на месте. Ну и хрен с ним, вряд ли он после этого сохранит авторитет. Впрочем, увидим. Начинался пятый день нашего пребывания на Авалоне, а сколько их еще таких впереди?
Глава 12. Большая рыбалка.— Мостик — корме: отдать все концы! — прозвучал в динамике приказ Матвея.
— Корма — мостику: есть отдать все концы! Под кормой чисто! — спустя небольшое время пробормотала висящая на поясе рация голосом Юли. Наша блондинка–старпом с энтузиазмом обучала швартовочным операциям Диму с Сергеем, как когда–то нас с Макарычем. А сегодня утром дело дошло и до практики — «Бойкий» выходил на свою первую морскую рыбалку.
Я стоял на огражденной крыше рубки, слушая переговоры моряков и глядя сверху, как отходит от причала наш корабль. Кормовые концы были отданы, заработала машина, потихоньку отбрасывая корму от причала. Китобоец, благодаря своим малым размерам легко мог маневрировать самостоятельно.
— На баке, отдать шпринг!
— Бак — мостику: есть отдать шпринг!… Шпринг на борту, на баке чисто!
Доклад Юли, командующей на палубе своими «учениками», завершил швартовные операции. И пока «палубная команда» во главе со старпомом укладывала швартовные концы по–походному, капитан развернул «Бойкий» носом на выход из бухты и направил его в пролив.
Погода с рассветом не то чтобы совсем испортилась, но прежняя идиллия с безмятежным спокойным морем под ярко–голубым небом неожиданно закончилась. С утра слегка похолодало, задул ветер, небо затянула легкая белесая дымка, а водная гладь за пределами бухты покрылась заметными, высотой до метра волнами, с крохотными барашками пены наверху. Однако Матвей, озабоченно посмотрев в рубке на барометр и показания анемометра, решил не отступать от намеченного плана и все же выйти в море.