Страж Кодекса. Книга III (СИ)
Ярик тоже удивил. Его дар Душелова начинает пробуждаться и это первый звонок. Скорлупа треснула, а значит, скоро в этом мире появится мальчишка, мощь которого сделает его одним из сильнейших. И когда настанет этот момент, нам предстоит непростой разговор. Проблема основная в том, что мне нужно будет ему объяснить нереальные вещи с его точки зрения. В моём прошлом мире с этим было проще. Люди знали об Ордене Охотников. Нас почитали, уважали и боялись. Молодые мальчишки горели желанием стать Охотниками, видя в нас героев легенд и мифов. Здесь же всё иначе, придётся подбирать слова и донести так, чтобы он понял и не решил, что я свихнулся. М-да, задачка… Хотя похер, сделаю же всё равно.
На центр арены вышел одетый в деловой костюм конферансье, держащий в руке микрофон, а на лице — улыбку.
— Дамы и господа! Сегодня, в этот знаменательный день, лучшие таланты учебных заведений со всей империи прибыли, чтобы показать себя! Их сердца пылают, а юная кровь требует сражений в желании доказать своё превосходство! С благословения Его Императорского Величества, я объявляю начало ежегодных Осенних Университетских Игр!
Народ подорвался со своих мест. Зазвучали крики и свист, раздались хлопки. Люди чествовали участников, что поднимались на арену и выстраивались в шеренгу. Каждый из них был Одарённым в ранге Воина.
Заметив, как сквозь толпу к нам пробирался опоздавший, я позвал сестру и кивнул.
— Извините, припозднился! — улыбнулся Шереметьев и сел рядом с Кристиной, когда Анна отодвинулась. — Всем привет!
Они с Тимофеем были не знакомы, а потому пришлось их представить друг другу после рукопожатия и приветствия. Раз такое дело, то я ещё и просканировал парня, убедившись, что его тёмный дар остался в том же состоянии, что и раньше.
Когда народ вернулся на места и уселся, Шереметьев собирался приобнять Кристину, но, столкнувшись со мной взглядом, остановился. Я кивнул, дав ему разрешение. Пусть воркуют, голубки, но держаться в рамках приличия.
— Помни о третьем правиле, Александрович, — улыбнулся ему.
— Я помню, Дмитрий. И не забывал о нём.
— Вот и славно!
Началась жеребьёвка, где каждый из участников вытягивал из песочного «короба», который поддерживал судья, свой номер. Интересная система распределения бойцов, уберегающая от подставных схваток. К сетке, которую знаешь, можно подготовиться, а здесь полная неизвестность.
Через минут пять на арену вызвали первую двойку. Маленького роста девушку в белоснежном комбинезоне и парня в жёлтых спортивках. Даже сидя на трибунах, я мог с уверенностью сказать, что деваха его раздавит. Пусть она и Воин, но вот-вот готова перейти в ранг Ветерана. Похоже, решила участвовать в Играх, пока есть возможность.
— Ох, не повезло Митяю, — покачал головой Неврозов. — Екатерина его победит и не почешется.
— Нашумевшая особа? — хмыкнул я.
— Скорее, зазнавшаяся сучка, — фыркнула принцесса.
— А как по мне, она хорошая девушка, — добавила сестра, поглаживая ладонь Шереметьва.
— Да какая разница, кто она⁈ — копировал Ярик модель поведения Ефрема. — Набей ему морду!
— Кого-то Ярослав мне напоминает, — засмеялся Александрович, тоже заметив данный факт.
— Ярик, хватит кричать, — сестра отдёрнула малого, который ерзал на месте в ожидании боя. — Ты же воспитанный мальчик!
— Меня воспитала улица, — отмахнулся Гром и добавил: — Пацаны мне всё, и я всё пацанам. Кто меня знает, тот в курсе!
— Слышь, гангстер малолетний, — хохотнул я. — Ты где таких слов набрался?
— Сначала на улице, а потом в школе, — ответил он и ухмыльнулся. — Благодаря дяде Ефрему я теперь босс в своём классе.
Я покачал головой. Похоже, что нужно будет побеседовать со стариком и донести, где он не прав. Хотя… Это же Ефрем, ему проще бутылку поставить и по факту задачу дать.
Пока мы переговаривались и смеялись над фразами Ярика, бой начался. Екатерина сразу же взяла инициативу и вдарила со всей мощью стихией льда. Пол арены заморозило, и Митяю, её противнику, прилетело будь здоров от ледяной волны, что достала аж до границы защитного купола.
Парень ещё не проиграл и растопил лёд, в котором завяз, после чего начал сокращать дистанцию для ближнего боя. Его кулаки были объяты синим огнём, шары которого он кидал в свою противницу и не давал той возможности для удара.
Екатерина приняла несколько атак в поставленную ледяную преграду и выпустила в ответ пять ледяных копий. От соприкосновения Огня и Льда всю арену заволок пар, скрывая сражающихся. Видны были только вспышки энергии и снаряды, что вылетали за границу пара.
— Ну что там⁈ Кто победил-то⁈ — вытягивался Ярик, когда всё затихло. — Надеюсь, тот поц не продул! Мужик не может проиграть женщине!
— Молодой человек, да вы сексист, — посмеялась принцесса.
— Сексист? — не понял малой и повернулся к ней. — Не знаю, кто это, миледи, но я натурал.
Вот теперь порвало всех. Даже зрителей, что сидели рядом и аплодировали отнюдь не победительнице, вышедшей из пара, а Ярику.
Не понимая, почему все ржут, Гром достал телефон и пробил в поисковике, что означало слово, сказанное Анной. А когда понял, то почесал затылок и выдал:
— М-да, косяк, но да похер.
— А вот этих слов он уже от тебя набрался, похоже, — шепнул мне Тимофей.
Мне на это только плечами оставалось пожать и хмыкнуть. Чувствую, что наше с Ефремом воспитание влияет на Ярика сильнее, чем хотелось бы.
Медики утащили бессознательное тело Митяя, а целители начали работу прямо на ходу, стабилизируя его и убирая поражение льдом. Хорошо его девушка заморозила, ничего не скажешь. Вот только она и сама выложилась, прихрамывая на одну ногу.
— Дмитрий, я слышал, что у тебя будет бой с Покровским на этой арене. Это правда? — спросил Шереметьев, чем привлёк внимание нашей компании.
— Ага, — кивнул я с улыбкой, закинув в рот сухарик. — После выступления участников в ранге Ветерана.
Мне, и правда, пришло известие о том, когда состоится бой. Как я понял, его решили провести неофициально и как дополнение к Играм, сделав финальным. Зачем это ЦИУ — непонятно, но цель Покровского была ясна. Он явно хотел таким образом заработать больше баллов репутации и унизить мой род. Что ж, сам себе злобный Буратино.
— Дим, кто такие Покровские и с кем из них ты будешь махаться? — заинтересовался Ярик.
— Княжеский род из Севастополя, — дал я ответ. — А драться буду с Фёдором Николаевичем Покровским.
Образовалась тишина. Шереметьев задрал брови в удивлении, императорская дочка тоже оказалась впечатлена, а сестра улыбнулась. Некоторые зрители перед нами повернули головы, взглянули на меня с неимоверным интересом, и зазвучали шепотки.
— Дуэль с Архимагом…
— Да ладно? Этот парень будет драться с Фёдором Покровским⁈
— Почему я не слышал об этом⁈
Ярик смотрел на студентов и зрителей, слушая их шепот, а затем сказал:
— Дим, я чёт не понимаю, а чего эти люди так всполошились? Ты же этого Покровского размажешь. Подумаешь, Архимаг! — фыркнул он. — Будь он Грандом, то хоть какие-то шансы у него были бы.
Слова мелкого стали самой настоящей бомбой. Пусть большинство людей, что их слышали, отнеслись со скепсисом, но не Неврозов с Шереметьевым. Да и принцесса тоже как-то задумалась. Как там говорится? Один раз — случайность, два — совпадение, а три — закономерность. Это уже второй раз, когда Гром заговорил обо мне в подобном контексте.
— Ты слишком меня переоцениваешь, Ярик, — потрепал я его по волосам, смеясь. — Мне будет очень тяжело одолеть Архимага.
Тут-то до мелкого и дошло, что он из-за эмоций мог сболтнуть лишнего и быстро забегал глазами. Но брошенное слово назад не вернёшь, и он тихо сказал, чтобы слышал только я:
— Извини…
— Всё нормально, — дал я ему лёгкий щелбан. — Но впредь думай, что говоришь. И да, между нами… — наклонился к его уху, — … ты прав.
Глаза мальца загорелись, и он серьезно кивнул, взяв себя в руки.