Братья Карилло. Когда мы упали

– Доделывай задачи три и четыре, а я проверю, все ли правильно. Я вернусь через минуту.
Лекси встала и направилась ко мне. Взглянув на мое понимающее выражение лица, Леви густо покраснел и уткнулся в учебник алгебры.
Взяв Лекси за руку, я утащил ее в кухню, подальше от лишних глаз. И прежде чем она успела о чем-то спросить, коснулся лица ладонями, притянул поближе и прижался губами к ее губам.
Она хрипло всхлипнула и вцепилась крошечными ручками в мою футболку. А потом просунула язычок мне в рот. И я потерял себя. Развернув Лекси, я прижал ее к кухонной столешнице и застонал, когда она провела руками по моей спине, вынуждая притиснуться к ней всей промежностью. Я почувствовал, как затвердел член. Ощущал, как от тела Лекси расходились волны тепла.
Постепенно неопытное тело Лекси начало расслабляться, все больше откликаясь на мои прикосновения. Она подняла руки, позволив им запутаться в моих волосах, и я не стал больше медлить. Я обнял ее за спину, притянув к груди напряженное тело.
Когда основание трейлера сотряс яростный раскат грома, Лекси замерла, словно бы в нее выстрелили. А потом убрала руки с моих волос. Теперь она касалась моих губ неподвижными губами. Но всхлипы ее стали громче. Сквозь туман сексуального безумия, затмивший все разумные мысли, я решил, что это – от удовольствия. Но внезапно ощутил влагу на ее щеках.
Отстранившись, я понял, что по лицу Лекси катились тихие слезы. В бледно-зеленых глазах отражалась лишь пустота. Я ощутил, как у меня кровь застыла в жилах.
Она вновь погрузилась в свою темноту, снова ускользала от меня.
Когда я попытался разорвать наши объятия, то почти сразу понял, что руки мои прижимались к спине Лекси; большим пальцем я неосознанно поглаживал ей позвоночник.
«Черт!»
Я отвел руки и, держа их в воздухе, прошептал:
– Эльфенок? Эльфенок, вернись ко мне! Я тебя не трогаю. Просто вернись.
Голос у меня дрогнул. Но я вдруг заметил, что дыхание ее участилось. Ресницы затрепетали, девушка начала выходить из транса. Отстраняться от проклятого голоса, который, по словам Лекси, постоянно искушал и мучил ее.
– Эльфенок… – начал я, но она спрятала ладони в черных рукавах свитера и заслонила ими рот.
– Ты дотронулся до моей спины, – прошептала она. – Мне нельзя трогать спину. Зачем ты ее коснулся? Их должно быть десять, но осталось лишь семь. Но этого мало. Он прав. Пока еще недостаточно… – Лекси сама себе говорила гадости, и в голосе ее, ставшем почти пронзительным, звучало безумие.
Попятившись назад, девушка наткнулась на столешницу. Но так и продолжала непрерывно бормотать.
Бросив взгляд на дверь, я услышал, что голоса снаружи зазвучали ближе. Мне вовсе не хотелось, чтобы Аксель узнал о присутствии эльфенка… И особенно о том, что она может вести себя подобным образом. Он ведь все равно не поймет. И не одобрит наши отношения.
Осторожно подавшись вперед, я заключил Лекси в объятия и прижался лбом к ее лбу.
– Эльфенок, дыши. Один… два… три… четыре… – Я продолжил дальше и заметил, как в какой-то миг Лекси вернулась; она изо всех сил пыталась дышать, следуя ритму моего счета. – Пять… шесть… семь… восемь…
– Акс, забирай пацана. Нам нужно сделать свой ход.
В мой счет ворвался голос Джио. Я посмотрел на дверь, терпеливо ожидая, когда она откроется, и пытался придумать, куда бы спрятать эльфенка.
– Я спокойна. Спокойна… – Услышав тихий голос Лекси, я вновь переключил внимание на нее.
– Черт, эльфенок, прости меня, – прошептал я и, уткнувшись головой в изгиб между шеей и плечом, просто вдыхал ее запах.
Я заметил, что Лекси подняла дрожащую руку и завела ее куда-то мне за спину. И несказанно изумился, ощутив прикосновение к затылку. Я резко выдохнул, даже не осознавая, что сдерживал дыхание.
– Все в порядке. Все хорошо. Я просто запаниковала, – медленно проговорила Лекси, и я понял, что она пыталась убедить не только меня, но и саму себя.
Подняв голову, я осторожно прижался поцелуем к ее губам и прошептал возле самого ее рта:
– Я забыл, эльфенок. Знаю, это чертовски ужасное оправдание. Но я просто забыл.
Лекси закрыла глаза, глубоко вдохнула через нос, а когда снова распахнула их, кажется, ей стало немного лучше.
– Остин? – донесся из комнаты слабый голос мамы.
Снаружи завыл ветер, и ветви деревьев принялись царапать окна. Начиналась буря.
Если погода когда-либо и отражала настроение ситуации, сейчас она подходила как нельзя лучше.
– Si, Mamma? [44] – ответил я, но так и не отвел взгляда от эльфенка. Лекси тоже не сводила с меня глаз.
– Лекси… Я хочу… чтобы она пришла сюда, – прокричала она и натужно закашлялась.
Я заметил, как Лекси нахмурилась, но, склонив голову, обошла вокруг меня. Я потянулся, чтобы схватить ее за руку.
Лекси дотронулась все еще дрожащей ладонью до моей щеки и кивнула, показывая, что с ней все в порядке.
«Черт возьми», – подумал я, проглотив чувство вины.
Как только Лекси, обхватив себя руками, осторожно вошла в мамину комнату, ручка на входной двери начала медленно поворачиваться.
Бросившись к двери, я надавил на ручку. От сильного порыва ветра дверь распахнулась. На меня изумленно смотрели Аксель, Карло и Джио. Карло крепко сжимал плечо. Я вспомнил, как Леви сказал, что его подстрелили. Похоже, всего лишь царапина. Очередная стычка со смертью ради Холмчих.
– Остин! – мгновенно обрадовавшись, воскликнул Аксель.
Выйдя из трейлера на посыпанный гравием участок двора, я закрыл за собой дверь и оказался на пути мрачной разбушевавшейся стихии. И, как ни странно, в компании жесткой и буйной банды.
– Акс. Джио. Карло, – поздоровался я и, убедившись, что дверь трейлера закрыта, сунул руки в карманы. Ветер бушевал вокруг нас, словно ураган.
Аксель важно подошел ко мне и обнял за плечи.
– Малыш, ты привез маме лекарства?
– Да. Она их только что приняла.
Я заметил, как Джио, ухмыльнувшись, указал на «Приус»:
– Угнал машину у студента-богатея?
Пожав плечами, я поборол желание приложить его задницей о землю.
– Просто одолжил у знакомого.
Аксель отодвинулся и странно взглянул на меня.
– И кто же из твоих знакомых ездит на гребаном «Приусе»?
– Поклонница «Тайда», с которой ты трахаешься? – широко улыбаясь, предположил Карло.
– Конечно, – уклончиво ответил я и вновь посмотрел на Акселя. – Себ в порядке? Лев сказал, что ему попали в грудь.