Война жреца. Том III. Финал
На размышления времени не осталось. Говорун, который изо всех сил отвлекал мое внимание от возни за спиной, был уже почти рядом, протягивая руку к посоху, который я сейчас держал в левой руке, стремясь отобрать у меня оружие.
Прятаться дальше не имело смысла. Я ударил концом посоха о землю, сбрасывая маскировку и одновременно наполняя артефакт ментальным конструктом. Во тьме улочки полыхнуло фиолетовым пламенем, которое растеклось по вязи вдоль всего посоха, поочередно зажигая руны моих покровителей. Откликнулись не все — руна Пала и Калиты остались мертвы, но вот Соф и Сидир были на моей стороне. От неожиданности стражник отступил на несколько шагов, закрывая лицо ладонью от яркого света, а мне только это и было нужно. Я перехватил оружие двумя руками и коротким, но хлестким ударом нижним концом отправил первого противника в глубокий нокаут.
Убивать не стал, пока в этом не было нужды.
— Вали его! Быстрее! Он магик! — взвыл один из стражников и бросился вперед, опустив на меня свою алебарду.
Я отразил несколько выпадов посохом, стараясь не насадиться на острую пику на конце оружия, но времени на подобные изыски у меня не оставалось. Четверо за моей спиной были уже совсем рядом. Двое — готовили сети, еще двое — достали короткие крепкие дубинки, которые отлично вырубают человека ударом по затылку. Нужно как-то их отвлечь. Ради этого я закачал в посох столько ментальной энергии, сколько смог, от чего вязь на артефакте вспыхнула почти белым огнем, после чего сделал то, чего еще минуту назад не планировал: направил один из концов посоха на ближайшего стражника и высвободил волну магии. Эффект оказался даже большим, чем я ожидал. Сначала полыхнуло так, что все вокруг на секунду ослепли, ну а душа нападавшего оказалась разорванной в клочья и растворилась в бездне.
За полученные мгновения передышки я вновь наполнил посох силой и начал делать то, чему меня упорно учила Лу, но чем я долгие годы не пользовался, ведь под рукой всегда была заемная сила бога Войны. Я создал свои иллюзии. Для стражников это выглядело как вспышка фиолетового света и вот, вместо одного Антона перед ними стоит уже троица, с серебристыми посохами и горящими фиолетовым огнем глазами. И пойди пойми, какой из них настоящий.
В отличие от многих других народов Таллерии, шаринцы слишком хорошо знали, на что способны колдуны. Так что после того, как я отправил еще троих нападавших в чертоги Фора, не встретив почти никакого сопротивления, двое других попытались сбежать.
Нельзя! Нельзя отпускать!
Я перехватил посох правой рукой как метательное копье и отправил артефакт в полет. Тупоконечная железка, наполненная сейчас магической энергией, вошла одному из стражников прямо промеж лопаток и пробила его почти навылет, встопорщив кольчугу на груди. Неправильно оценив ситуацию, последний атакующий увидев, какая участь постигла его товарища, попробовал накинуть на меня сеть, но я легко увернулся от этого коварного снаряда, подойдя к противнику вплотную. Он-то думал, что я теперь безоружен, а ведь у него в руках осталась короткая, обитая железными полосами дубина.
Я поймал нацеленный мне в голову удар правой рукой и крепко сжал оружие. Перчатка на моей руке вспыхнула от избытка силы, пропускаемой через нее, а еще спустя мгновение крепкое дерево и железо под моими пальцами стало крошиться, будто соломинка. Глаза стражника округлились, а по его мыслям я понял, что он в панике.
— Нет! Нет! Господин магик! Подож…
Я не дал ему закончить. Отбросив в сторону то, что осталось от дубины, я вогнал железный кулак прямо в грудь стражника, обрывая его жизнь с той же легкостью, будто у меня в руках был тяжелый меч или копье.
Все сражение длилось не дольше пары минут. Его результатом стало семь трупов, а я был покрыт брызгами чужой крови с ног до головы. Правая рука вообще была по локоть алая, а от перчатки, что скрывала металл от любопытных глаз, не осталось и следа.
Из окон ближайших домов стали появляться любопытные головы, так что я поспешил выдернуть свой посох из убитого броском стражника и поскорее ретироваться с места бойни.
Нужно бежать! Сейчас же нужно убираться из этого проклятого города! Мне пришлось перебить кучу служивых, чтобы опять не попасть в чей-то плен, но так просто мне этого не простят. Я уверен, облеченные властью люди знают, на кого сегодня охотились и просто рассчитывали на эффект неожиданности, или на то, что я буду слишком слаб, чтобы сопротивляться. И эти проклятые сети! В прошлый раз меня взяли в плен именно благодаря сетям, которые мне не удалось разорвать. Эта же история повторилась и тут, в Альсефорде, за полмира от порта Миллер. Но кто? Брат Итан сказал, что отпускает меня, да и не стал бы лысый жрец мараться о городскую стражу. Просто пригнал бы два десятка своих братьев по вере и они замолили бы меня до состояния овоща, даже бить не нужно. Тогда кто?
«Вилс», — подсказал мне внутренний голос.
Беглый герцог, который так и не смирился с тем, что его планы на величие и богатство были разрушены простым счетоводом, который когда-то появился, как из-под земли, да резко стал королевским фаворитом? Отличная версия, а главное — правдоподобная.
В этих размышлениях я легкой трусцой добрался до дома, где снимал комнату. Конечно, можно было бы прямо сейчас рвануть к городской стене и попробовать выбраться за пределы Альсефорда, пока не подняли на уши всех, кого можно, но в таком виде появляться на улицах нельзя. Нужно натянуть новую перчатку, смыть кровь хотя бы с лица и забрать свои вещи, раз уж я здесь. Но главное — сменная перчатка! Железная рука — слишком яркая примета. И если с посохами нет-нет, да и попадались на улицах крестьянские мужики или барды, то вот с такими протезами я что-то больше никого не встречал.
Я тихо подошел к мастеровому дому, убедился, что меня никто не видел и внутри нет засады — магия разума подсказала мне, что внутри только хозяева — так что я скользнул на задний двор к бочке с водой, в которой умывался по утрам после колки дров. Там я кое-как смыл с рук и лица чужую кровь, попробовал почистить и одежду, но быстро понял, что это гиблая затея. Проще будет вымазаться в пыли и грязи, будто давно в дороге, а потом купить что-нибудь новое. Я уже почти закончил со своими водными процедурами, как из-за угла вынырнула тень и направилась прямиком ко мне.
Почти на рефлексе я опять начал накачивать руку собственной силой, пусть и изрядно уже потратился. Латная перчатка разгорелась бело-желтым свечением, и я увидел, что ко мне, прижимаясь спиной к стене и постоянно оглядываясь, тихо крадется Энжи.
— Антон! — прошипела Седьмая. — Это я!
Опять она меня нашла! Следила, не иначе! Я широкими шагами рванул навстречу Барду, и пока Энжи не поняла, что происходит, схватил левой рукой лживую богиню за горло и припер к стене, почти оторвав от земли. Правую руку, все еще перекаченную жреческой силой, я поднял на уровень глаз, готовясь проломить голову Барда.
— Я говорил тебе не шпионить за мной! Я предупреждал! — прорычал я в лицо Энжи. — Зачем ты здесь?!
— На это нет времени!.. — прохрипела девушка, цепляясь пальцами за мою кисть и пытаясь хоть как-то ослабить мою хватку.