Вор из шкатулки архимага

Стоило научиться летать, и я уже не представляла, как раньше жила без крыльев? Как же трудно было Антанариосу, когда он остался без них...
Кстати, он по-прежнему иногда летал на тросах. Предлагал меня научить, но я отказалась. Крылья за спиной как-то надежнее!
— Танар, подожди! — окликнула я мужа, спешно взбивая горячий воздух крыльями. Не сразу привыкла к тому, что имя Туман мой дракон решил оставить в прошлом, но, с другой стороны, рада, что родное имя теперь для него больше не чужое.
Антанариос замедлился, и я его наконец-то догнала, мягко коснулась его крыла.
— Где ратрхи?
— Вон там, — кивнул шипастой головой в сторону округлых холмов, склоны которых терялись в сгустках тумана.
Кажется, это были последние твари. Мы благополучно их усыпили Ратрхоборами и сами отнесли в воду за несколько полетов. На всякий случай еще раз облетели материк, расспросили других драконов и с чувством выполненного долга завалились уставшие в пещеру. Тут нас ждала рыбка, которую Антанариос поймал еще на рассвете. Я села разделывать наш ужин, а дракон принялся разводить костер.
В замке лучшие повара, отличные слуги, удобная мебель и много всего для нашего комфорта, но иногда, как сегодня, мы просто отдыхали в пещере на свежем воздухе, сидели у костра, жарили рыбу, наслаждались лишь обществом друг друга… и что-то было волшебное в том, чтобы заниматься любовью под яркими звездами и под шум волн.
Предвкушая жаркую ночь, я разделывала рыбу и поглядывала на Антанариоса. Он, голый по пояс, сооружал из веток пирамиду и строил вертел. Единственное, с чем он не смирился — это волосы. Не отпустил их, чтобы завязывать в хвост, но я время от времени подстригала его, делая бардак на голове управляемым. Сейчас несколько непослушных иссиня-черных прядей падали на глаза, дракон откидывал их назад пятерней, и каждый раз бугристые мышцы руки соблазнительно округлялись.
— Пойдем с утра на речку, я тебя постригу?
Он одарил меня довольной улыбкой, отчего сладко затрепетало в груди.
— А вечером попремся во дворец? Ее величеству наверняка донесли, что с ратрхами покончено, и она закатит пир на весь мир. Мы виновники торжества — придется идти. — Антанариос поджал губы. Тоже терпеть не мог пышные праздники с кучей народа, к тому же все на нас смотрели, как на божества, и били поклоны.
— Побудем немного, потерпим официальную часть и свалим, — подмигнула я.
— Так и сделаем. А потом возьмем малых и слетаем к тому водопаду?
— Да, думаю, они будут очень рады!
Я закончила с рыбой и понесла ее к пирамиде из веток, которую Антанариос поджег ловким взмахом огненного меча.
Из-за спины вылетела серебристая стрела с тихим свистом, мелькнула перед нашими носами шикарным оперением, впилась в каменную стену и растаяла. Антанариос мгновенно прикрыл меня собой, поворачиваясь лицом в ту сторону, откуда исходила угроза, и заслонил нас обоих магическим щитом.
Страх лишь на миг сковал тело ледяным напряжением — и развеялся, сменяясь приливом тепла. Женский смех родился где-то из воздуха, ближе к краю пещеры, где открывался прекрасный вид на спящее море под ночным небом. В смехе звенели знакомые нотки, но другие — непривычные — путали.
Гостья обрела очертания. И я не глядя поставила чашу с рыбой, бросилась обниматься к рыжеволосой девушке. К счастью, она пришла вполне материальной. Одета в коричневый костюм лучницы, пахла травами и обнимала меня в ответ так же крепко, как и я ее.
Слезы невольно скатились, я шмыгнула носом, вытерла щеки рукавом и заглянула в лиловые глаза. Они тоже были на мокром месте, но сверкали ярче, чем прежде. Кажется, из них ушел мрак отчаяния.
— Нам разрешили обретать материальную форму и наведываться к вам в гости, если Фрелорат придет к балансу, — улыбнулась Рюи. — Поздравляю вас! Вы молодцы!
— Балансу? — пробормотала я, нахмурившись, и обернулась. У костра Деян коротко приобнял Антанариоса и похлопал по спине.
— Простите, что помешали вашему романтическому ужину.
— Ничего страшного! — дракон подступил к Рюи и с благоговением осведомился: — Это вы нам сделали подарок?
Она загадочно усмехнулась и в смущении подняла плечи, складывая руки в замок.
— Какой подарок? — Деян подступил ближе и каждому заглянул в глаза, ища ответ.
Антанариос глубоко поклонился, нежно приобнял меня и сказал:
— Благодарю вас за бесценное чудо. Вы нам подарили много счастья.
— Да, спасибо тебе! — подхватила я.
Рюи просияла и закивала, а Деян, наоборот, мрачнел. Она выждала лишь несколько мгновений и взяла его под руку, притулилась, провела подушечками пальцев по волевому подбородку, обращая его внимание к себе.
— Я на них Вечное желание потратила. Добавила в их жизнь немного чуда. А ты что? До сих пор не верил, что я использовала Вечное желание и мечтал от него отхватить себе кусок?
Деян хмыкнул и приобнял ее за талию.
— Ты столько времени таила, куда его дела… — он поднял брови. — Из вредности?
— Сначала боялась, что ты осудишь. А потом решила, что лучше дождаться, когда нас пустят во Фрелорат, и все показать вживую.
Мы переглянулись с Антанариосом, поняли друг друга без слов и кинулись с разбегу к краю пещеры — в полете превратились в драконов, выписали головокружительный парный пируэт, купаясь в теплом воздухе, и вернулись в пещеру. Деян стоял ошарашенный, а Рюи светилась восторгом.
— Вы бы видели, как мы перепугались, когда впервые обернулись, — посмеивался Антанариос, прижимая меня к себе. Деян по-доброму улыбнулся и склонился к уху Рюи. Говорил он тихо, но чуткий драконий слух уловил все слова.
— Вечное желание — это всего лишь сильная магия. Главное чудо из чудес — это ты.
Конец