Нотариус Его Высочества
— Я разберусь во всем, и ты больше не будешь страдать, мио Маэстро. Я не верю, что ты злодей.
Укрыла его пледом, взглянула на прощание на крохотную комнатушку, где на полках с учебниками попадались мои наивные подарки: гербарии, неуклюжие глиняные фигурки, потрепанные книги из букинистических лавок. Я всегда боялась оскорбить его дорогим подарком и постоянно придумывала что-то, а он все это бережно хранил.
Я точно не зря пришла сюда. Теперь я знаю, что Немо в беде, а ещё я уверена, что у него есть ко мне чувства.
Глава 16— Все в порядке? — Ами терпеливо ждала меня у дверей в аудиторию. — Не сильно я пришибла твоего Маэстро?
Я покачала головой. С ним все будет в порядке, и сегодня он хотя бы выспится и наберётся сил.
Подруга вызвалась проводить меня обратно до коттеджа, и всю дорогу разговаривала о нашем красавчике завхозе. Видимо, ей совсем не с кем было обсудить свои сердечные дела, а для меня это стало настоящей отдушиной. Жизнь не стоит на месте, люди влюбляются, строят планы. Это прекрасно и чуточку грустно.
— Что думаешь делать дальше? — она снова напомнила мне про случившееся с моим мастером.
— Не знаю, для начала мне нужно вернуться к учебе. Тогда я смогу приглядывать за ним лучше.
— Поторопись. Зелье неистовства — коварная штука. Оно делает людей беспечными. Многие считают, что стали бессмертными или неуязвимыми. Я видела, как сходили с ума мои друзья, как кураж толкал их на глупости.
— Ну Немо точно не неуязвимый. Ты его простым заклинанием сна свалила, — я неловко рассмеялась, стараясь разрядить тревожную атмосферу.
Ами попыталась меня поддержать, но у неё это тоже не очень хорошо получилось. Остаток пути до коттеджа разговор у нас уже не клеился, и каждый пребывал в своих мыслях.
Озеро Агренто сегодня было особенно красивым и печальным. Водная гладь напоминала огромное круглое зеркало, в котором повисли мириады звезд. Засмотрелась. В последние дни мне едва ли удавалось перевести дух и вспомнить, что в окрестностях Фероци такая удивительная природа.
— Юри, — шепотом позвала меня подруга и оттащила от дороги.
— Что?
— Там кто-то есть, — тихо-тихо сообщила Ами, указывая на силуэт, высматривавший что-то в окнах домика нотариуса.
Темная фигура вставала на цыпочки, подтягивалась, держась за карниз, заглядывала внутрь.
Да что ж такое! И где мои призраки-хранители, почему не охраняют?
Я закатала рукава и вышла из укрытия. Подруга схватила меня за запястье, пытаясь остановить.
— Нужно вызвать констеблей, Юри. Это может быть опасно.
Не слушала её. Мне надоело бояться. Надоело быть жертвой. Признаю, когда газеты окрестили меня жутким некромантом, я даже рада была. И теперь я была готова доказать этому ночному визитёру, что заголовки не врали. Я словно сама выпила зелье неистовства и теперь спешила к коттеджу.
Ами отчаялась взывать к голосу разума и просто шла за мной, бурча под нос защитные заклинания.
— Нон мовере! — прокричала я, когда темная фигура взобралась на подоконник и явно намеревалась разбить окно куском кирпича.
С тихим вскриком она сорвалась вниз и упала прямо в колючие кусты.
— Попалась! — я подбежала к несостоявшемуся преступнику.
Больше всего я хотела, чтобы это оказалась та самая мерзавка с биологического, но на меня смотрела незнакомка с расцарапанным лицом и влажными от слёз глазами. Мне мгновенно стало совестно, я развеяла чары и протянула ей руку. Ами подбежала и помогла мне вытащить девушку из кустов.
— Простите, сеньора Ритци, — первой начала она, словно не обращая внимания на свои ссадины и испорченное платье. — Простите меня.
— За что? Это я напала на вас.
— Простите, — повторяла она как заведённая, растирая слезы и грязь по щекам.
— Юри, ей бы в дом, — подсказывала Ами, намекая что у гостьи сильный шок.
Даже мне было ясно, что с незнакомкой далеко не всё в порядке. Она дрожала и плакала, глядя куда-то в пустоту. Неужели, это я её так?
Мы осторожно вели девушку перед собой, и от каждого её всхлипа у меня в груди что-то трескалось.
Я быстро отперла дверь, включила свет и усадила пострадавшую на диван.
— Анастезе. Санацио. Кьюро.
У меня был отличный учитель. Я запомнилавсё с первого раза. Раны у девушки затянулись, но плакать она всё равно не перестала.
Ами побежала на кухню нагреть воды для чая.
— Как тебя зовут? — спросила незнакомку, крепко сжав её дрожащие руки.
— Фабиана. Фаби… — одними губами прошелестела она.
— Что тебя так напугало. Мои призраки?
— Напугало? — переспросила она, а затем замотала головой. — Духи нотариуса были учтивы и не тронули меня.
Вот оно что. Видимо, они чувствуют намерения людей, и эта Фаби пришла сюда по какой-то иной причине, а не чтобы навредить мне или конторе.
— Ты пришла в такое позднее время. Зачем?
Глаза у моей гостьи снова наполнились слезами, и болезненный вздох вырвался из груди.
— Мой муж безнадежно болен…
Потребовалось немало времени и чашка чая, чтобы дрожащая девушка пришла в себя и поведала свою историю. Она из бедной семьи, без гроша за душой. Несколько лет назад влюбилась в подающего надежды художника с юга. К сожалению, влиятельные родители парня сделали все, чтобы молодые не смогли узаконить брак, и даже появление на свет внучки их не переубедило. Ребенка отказались внести в свидетельство о рождении во всех регистрирующих органах города Фероци и окрестностей.
— Мы отнеслись к этому как к очередному испытанию. Решили не торопиться и, когда все поутихнет, оформить документы, но Энцо…
Она понизила голос, и её руки вновь затряслись.
Ами осторожно забрала у неё чашку.
— Ваш муж заболел, — закончила за неё.
— Верно. Боюсь, он может не дожить до утра. Я должна быть с ним, но вместо этого я обиваю пороги с отвратительной меркантильной просьбой… Если бы не дочь, если бы не она, я бы не стала…
— Энцо хочет удостоверить завещание? — пришла я на помощь Фаби, понимая к чему она клонит. Девушка сильно смутилась и не сразу кивнула.
— Иначе мы останемся на улице. Ни я, ни Джемма не наследники моего Энцо. Я бы в жизни ничего ни у кого не просила. Я всегда работала, и эту квартирку мы тоже покупали вместе.
Больно было видеть, как девушка оправдывается и заламывает руки от безвыходности ситуации. Уверена, откажи я ей, она бы даже не стала упрашивать меня, а просто молча ушла. Она уже давно привыкла получать отказы.
Зато затылком я чувствовала умоляющий и прожигающий взгляд Ами, если Фаби не будет просить за себя, то это сделает моя подруга.