Война солнца

– Сто было бы лучше.
– У нас еще есть несколько лагерей, которые нужно исследовать, – говорит Фаулер. – Принтеры могли бы быть у Каспийцев, Тихоокеанского Альянса и новых колониальных городов.
Артур закатывает глаза.
– Не будем испытывать по этому поводу оптимизма.
– Что это значит? – спрашивает Шарлотта, беспокойство сквозит в ее голосе.
– Подумайте вот о чем. Атлантический Союз включает в себя шестнадцать лагерей. Тихоокеанский Альянс, Каспийцы и новые города колоний расположены более сконцентрированно. Большие мишени.
– А это значит? – уточняет Мин.
– Большие астероиды.
Щеки Шарлотты вспыхивают. Мин никогда не был особо эмоциональным, но я могу сказать, что он кипит изнутри. У них обоих есть друзья и родственники в Тихоокеанском Альянсе, и они хотят узнать, что с ними случилось. Легкомысленное отношение Артура – соль на очень глубокую рану.
– Ты можешь помочь нам осмотреть другие человеческие поселения? – спрашиваю я ровным голосом.
Артур пожимает плечами, как будто разговаривая с капризным ребенком.
– Если это то, на что вы хотите направить ресурсы, то конечно.
– Как?
– Я буду использовать принтер для создания дрона. Верх будет облицован солнечными батареями, гораздо более эффективными, чем все, что вы когда-либо создавали. Внизу разместятся камеры и радио. Мы можем сбрасывать с него листовки, если хотите. – Он ухмыляется и саркастически добавляет: – Может быть, даже конфеты.
– Данные – это все, что мы хотим. И детали, – добавляю я.
– Отлично. Корабли будут запускаться на рассвете и под солнцем, вращаясь вокруг земного шара, используя ветровые потоки и солнечную энергию. Дронам нужно будет сделать несколько остановок, но результаты обзора у нас будут через несколько дней.
– Отлично. Это наш приоритет, – говорит Фаулер.
– Значит ли это, что вы выпускаете меня из клетки? – спрашивает Артур.
– Для работы выпустим, – говорит Фаулер. – Все зависит от твоего сотрудничества и производительности.
Артур театрально улыбается мне.
– Так же, как и Джеймс, вернулся в тот день. Миссия в стиле первого контакта.
– Не так, как Джеймс, – огрызается Фаулер. – Мы никогда не хотели его застрелить.
– Это был тонкий намек на то, что вы готовы убить меня при первом признаке обмана?
– Давайте двигаться дальше, – говорит Фаулер, снова игнорируя насмешку. – Расскажи нам о мире для колонизации.
– Не так много данных, чтобы рассказать. Его масса составляет девяносто два процента от массы Земли. Гравитация примерно такая же. – Он поднимает брови. – У тебя, вероятно, будут высокие внуки.
Я задаю, пожалуй, единственный вопрос, который действительно имеет значение:
– Расскажи нам о звезде, вокруг которой планета вращается.
– Если описать одним словом, которое вы, люди, предпочитаете, – отстой.
Фаулер выдыхает, явно раздраженный.
– Нам понадобится нечто более научное.
– Хорошо, Ларри, но ты такой кайфолом. – Глаза Фаулера вспыхивают, но Артур продолжает, как будто ничего не происходит. – Это красный карлик.
Фаулер откидывается на спинку стула, выглядя потрясенным. Я робототехник, а не астроном, поэтому я не в курсе, почему звезда – красный карлик плохая для нас. Однако я могу сказать, что Фаулеру это не нравится.
Рядом с ним хмурится Шарлотта.
– Что за красный карлик?
– Это маленькая тусклая звезда, – отвечает Эмма, опередив Артура.
– А планета не окажется ледяным шаром? – спрашивает Шарлотта.
Артур демонстративно закатывает глаза.
– Так и было бы – на орбите, где Земля вращается вокруг вашего Солнца. Ваш новый рай, однако, ближе к этой звезде, чем Меркурий к вашей. Он совершает вращение вокруг своей звезды каждые двадцать дней.
– На ней есть приливы? – быстро спрашивает Мин.
– Да.
Шарлотта смотрит на Эмму, молча спрашивая, что это значит.
– Планета похожа на нашу Луну, – тихо говорит она. – Она вращается вокруг звезды, всегда обращенная к ней одной стороной. – Её взгляд снова возвращается к Артуру. – Что порождает ряд вопросов. Одна сторона планеты может кипеть, другая – замерзать. Не идеально подходит для поддержания стабильной атмосферы и жизни на поверхности.
Артур корчит гримасу.
– Ребята, вы слишком переживаете. Атмосфера там нормальная.
– Нам нужны детали, – настаивает Эмма.
– Хорошо, – бормочет он. – Она плотнее земной атмосферы, но так и должно быть. В воздухе немного больше азота, но дышать им можно. Тебе понравится.
– Климат? – спрашивает Шарлотта.
– Приятный. – Артур наклоняет голову, словно вспоминая что-то. – В некоторых местах.
– Насколько стабильна звезда? Как часто бывают вспышки? – спрашивает Фаулер.
Артур невинно пожимает плечами.
– Мы не видели такого, когда были там.
– Когда ты там был? – спрашивает Гарри.
– Во время нашего обзора.
– Вы видели ее только один раз? – обеспокоенно спрашивает Фаулер. – Вы не ведете активное наблюдение?
– Конечно, нет. Так много звезд, так мало времени.
– Когда был ваш обзор? – уточняет Мин.
– Двадцать четыре сотни лет назад, грубо говоря.
Фаулер вскидывает руки.
– Ты меня разыгрываешь.
– Расслабься, – говорит Артур. – Что касается Вселенной, то это было как будто две минуты назад.
Фаулер качает головой и смотрит на стол переговоров.
– Она обитаема? Или была обитаема?
– Не тем, что могло бы иметь значение.
– Значит, на поверхности есть жизнь, – говорит Шарлотта.
– Да, и я уверен, что вы, варвары, сочтете ее вкусной.
– Насколько опасны местные виды? – спрашиваю я, игнорируя его выпад.
Артур смотрит уклончиво.
– Там нет ничего, с чем вы не сможете справиться.
– Какие-нибудь из этих видов разумны? – спрашиваю я.
– Ответ отрицательный, Джим. Они тупы, как динозавры.
Динозавры. Странный выбор слова.
Мин вытаскивает свой планшет, держа его так, чтобы Артур не увидел изображения.
– Наши телескопы когда-нибудь получали изображение этой звезды?
– Да, – нетерпеливо отвечает Артур. – Ваш телескоп Кеплера открыл ее.