Откровение преподобного Жерара (СИ)
Обнаружив столь серьёзный недочёт, Филипп вначале опешил. Но поразмыслив, решил обратиться за помощью к Сергею Кузьмичу. Пожилой полисмен отозвался моментально:
— Помочь с учебным материалом? Охохо… — горестно протянул глава департамента, — Филипп, ты же понимаешь, что наше подразделение не работает в этой области? Мы технари, причём только по темпоральной части. И я не могу обратиться к коллегам с такой просьбой.
— Я понимаю, — в отчаянии простонал Филипп, — Но я вообще ничего в этом не смыслю!
— Можно было бы настроить наблюдение за любой диверсионной школой прошлого. Увы, это займёт уйму времени, а его нет. Хотя постой! Ян с Эллой
сейчас занимаются с одним достойным виртуозом кровавого дела. Это просто гений двадцать первого века в области душегубства. У меня есть записи их тренировок и кое-что из прошлых свершений этого учителя. Тебе это поможет?
— Конечно! — радостно завопил Филипп, — Отправляйте!
***
Инквизитор восседал на обломке скалы и безучастно смотрел на труп только что сражённого противника. Уродливый четырёхногий монстр хоть и обладал поистине броневой шкурой, но всё же пал от меча Жерара. Он лежал, нелепо вывернув голову, и смотрел стекленеющими глазами в сторону заката. Его густая красно-синяя кровь, обильно залившая поле боя, уже давно впиталась в каменистую почву. Сейчас за ней последует и труп.
Впервые увидев, как павшие чудовища погружаются в землю, Жерар был потрясён. Это было вовсе не стремительное разложение, к которому привык много повидавший инквизитор. Тела просачивались в землю целиком, с костями, зубами и даже доспехами. Они исчезали, как дождевая вода сквозь сито. Это происходило и на мягком чернозёме, и на монолитных скальных плитах. Понять природу этого явления Жерар был не в силах.
Но время шло, и постепенно странное зрелище стало для инквизитора обыденностью. А разум успокоился мыслью, что порождённые преисподней монстры после смерти туда же и возвращаются. Но каково же было удивление, когда убитый на его глазах крестьянин также беззвучно просочился под землю.
— Пресвятая дева! Неужели так происходит со всеми?
Жерар с ужасом представил, что и ему когда-нибудь придётся вот так же уйти в грунт этого странного мира.
Но жуткие чудовища и неестественность смерти были далеко не самыми непонятными явлениями. Куда сильнее инквизитора удивляли местные жители. С первого взгляда они казались весьма заурядными обывателями, погружёнными в свои незамысловатые проблемы. Стоило поговорить с кем-либо хотя бы минуту, как в душу начинало закрадываться подозрение о явной ненормальности аборигенов. Что бы местные ни делали, они были погружены в какие-то отвлечённые размышления, которыми никак не желали делиться с прибывшим для их же защиты Жераром.
Отлично зная человеческую природу, инквизитор готов был дать голову на отсечение, что местные совершенно не боятся набегов кровожадных монстров. А любые душераздирающие крики были ни чем иным, как вялой мистификацией, направленной лишь на побуждение Жерара к действию. Он вспомнил свой первый приход в деревню. Никто тогда не удивился появлению чужака. В его мире всё было по-другому… А здесь даже скорбь и боль были настолько карикатурными, что Жерара с каждым днём воротило от этого всё сильнее и сильнее. Немудрено, что он постепенно начал избегать странных жителей, ограничиваясь получением от них продуктов.
На его счастье питание было здесь в высшей степени прекрасным. Хотя и оно вызывало немало вопросов. Снабжавшая парным молоком старуха не только совершенно не имела запасов корма, она даже не удосуживалась хоть иногда выгонять скотину из стойла. Улыбчивый кузнец с утра до ночи стучал по наковальне, видимо, абсолютно не нуждаясь в отдыхе, а его чудный горн необъяснимым образом полыхал безо всякого топлива…
Жерар посмотрел на то место, где только что лежало чудище. Каменное крошево выглядело совершенно нетронутым, будто и не было тут никакого сражения. Инквизитор вздохнул. Сколько он уже здесь? Счёт ничем не отличающихся друг от друга дней был давно потерян.
Вечерело. Жерар уже собрался возвращаться к своему шалашу, когда всего в нескольких шагах вдруг вспыхнуло мягкое золотистое сияние. Оно не было похоже ни на огонь, ни на явление ангела, что переместил его в этот мир. Но из него тем не менее шагнул представитель высших сил. Хотя инквизитор и испытал свойственный верующим душевный трепет, но уже немало повидавший, он сразу понял, что этот крылатый посланник не имеет ничего общего с предыдущим.
Воспитанный с младых ногтей в христианской вере, Жерар тут же опустился на колени. Но разум не тонул в привычном восторженном безумстве, и потому стоявший на коленях инквизитор внимательно и настороженно смотрел на
ангела. А тот вышел из своего огненного круга и, вполне по-житейски оглядевшись, устроился на большом валуне. Его голос тоже не сочился пафосом и снисхождением. Он спокойно и в то же время невероятно искренне поинтересовался:
— Привет, Жерар! Не скучаешь здесь?
Эти простые слова были наполнены такой реальной человечностью, что готовый, казалось бы, ко всему инквизитор от умиления пустил слезу. Ангел же понял это по-своему:
— Ну, что ты! Разве ты впервые видишь ангелов?
— Не впервые, — неожиданно спокойно пояснил Жерар, — Просто соскучился по душевному общению.
— Даже так? — удивился посланник всевышнего, но тут же вернул себе прежнее самообладание, — Жерар, твоя миссия здесь завершена. Принято решение переместить тебя в новый мир. Но прежде ты должен пройти подготовку. Согласен?
— Что? — инквизитор был по-настоящему поражён услышанным, — Вы спрашиваете моего согласия?!
— Конечно! Божий промысел — это ведь не жёсткий план, который все должны неукоснительно выполнять во что бы то ни стало. Это лишь способ развития мироздания, который сам по себе непрерывно корректируется и совершенствуется.
— Э… — только и смог прохрипеть удивлённый Жерар.
— Да. Именно так всё и обстоит. А потому тебе предлагается покинуть этот опостылевший мирок. К сожалению, место, где будет проходить твоя подготовка, не намного веселее, но могу обещать, что скучать ты не будешь.
— Я согласен! — уверенно рубанул инквизитор, и тут же, осмелев, поинтересовался: — А после?
— А после ты получишь задание, выполнение которого будет происходить уже в более одухотворённым мире…
Сказав это, ангел хлопнул в ладоши, и Жерар тут же свалился в черноту бездны. Он не успел издать и звука, как мягко шлёпнулся в снег. Привыкший к неожиданным появлениям кровожадных страшилищ, опытный воин тут же вскочил и осмотрелся.
Новый мир встретил его холодом зимней ночи. Жерар стоял посреди единственной улицы нищей деревеньки. Сгнившие срубы, развалившиеся пристройки, растащенные на дрова заборы… Более-менее целыми выглядели лишь несколько почерневших изб, в которых, по всей видимости, ютились местные.
Составив первое представление о новом месте, инквизитор обратил внимание на себя. Он был одет в добротный суконный кафтан, поверх которого был накинут потёртый кожаный плащ. На поясе слева висел длинный меч, справа же обнаружились два кинжала. Через плечо была перекинута довольно жиденькая сумка. Заглянуть в неё Жерар не успел. Из ближайшей развалюхи выбежал колченогий старик в лохмотьях и хрипло заверещал:
— Радость-то какая! Прибыла наконец-то подмога!
Но уточнить, о какой подмоге идёт речь, Жерар не успел. Истошный бабий вопль врезал по барабанным перепонкам:
— Идуть ироды!
Инквизитор обернулся и увидел пару десятков бегущих со стороны леса фигур. Вооружены они были кое-как, и это совершенно не пугало, а вот перекошенные кровожадностью лица не сулили ничего хорошего. Жерар тут же выхватил меч и приготовился к бою. Но никакого сражения не произошло. Тяжёлый удар палицы моментально лишил его сознания.
Очнулся он в довольно странном месте, больше всего напоминавшем огромный погреб. В свете чадящих факелов Жерар рассмотрел давешнего колченогого старца и нескольких незнакомцев, в которых по одеянию узнал налётчиков. На привязанного к столбу и раздетого до исподнего Жерара никому не было дела. Шёл оживлённый торг.