Император Павел I и Орден святого Иоанна Иерусалимского
В 1756 г. появляется новый капитул «кавалеров Востока», а в 1758 г. была сформирована еще более пышная система — «императоры Востока и Запада». Эти ложи были насквозь пропитаны духом дворянской исключительности. Ее члены стали называть себя Верховными князьями-масонами, главными наместниками королевского искусства, великими наблюдателями и офицерами Великой и Верховной ложи Св. Иоанна Иерусалимского, которая состояла из 25 степеней, разделенных на 7 классов [332].
Масонские ложи, возникавшие в Германии, и их стремление выделить себя из среды простых смертных, подняться на недосягаемую высоту посвященных, обладающих некими тайными, «сокровенными» знаниями, стало выражаться на первых порах в желании окутать прошлое масонства покровом тайны. Вскоре стали придумывать всевозможные истории о его возникновении, при этом, как правило, временные рамки сдвигали тоже ко времени первых крестовых походов, а затем в еще более раннее время, пока не дошли до Древнего Египта. Как заметил В. Н. Перцев, «началось настоящее мифотворчество, создание самых причудливых легенд и фантазий, как о возникновении масонства, так и о существовании его в некоторых местах в подлинном виде» [333].
В 40–50 гг. XVIII в. в Германии появилось немало масонских лож, которые пустили в ход легенду, придуманную в начале XVIII в. англичанином Рамсеем. Ее смысл заключался в том, что масонский орден возник якобы еще во время крестовых походов, «когда некоторые благородные князья, рыцари и горожане дали священный обет восстановить христианские церкви в Святой Земле и соединились для этой цели с рыцарским орденом иоаннитов» [334]. Себя же они выдавали за прямых преемников этих средневековых масонов, получивших якобы посвящение от современных им иоаннитов.
Во время Семилетней войны в прусский плен попал французский масон маркиз де Лерней. Вскоре он вступает в дружбу с бароном фон Принценом, мастером Берлинской Великой ложи, и с разрешения графа Клермонта, основывает новую масонскую организацию «Капитул избранных братьев Иерусалимского рыцарского ордена» [335]. По уставу этого капитула в нем над тремя обыкновенными степенями поднимались еще четыре. У них были весьма претенциозные наименования. Так пятая степень называлась — «Chevalier de l'aigle» (Рыцарь Орла), шестая — «Chevalier illustre or Templier» (Рыцарь просветленный Тапмлиер), седьмая — «Sublime chevalier illustre» (Особо просветленный Рыцарь) [336].
Члены этой ложи не только приняли англо-французскую легенду о своем происхождении от средневековых тамплиеров, но считали себя настоящими наследниками таинственного знания, которым якобы обладали рыцари Храма.
Все это послужило поводом к дальнейшем, и особенно в ХХ веке к появлению легенд о том, что Мальтийский Орден представляет собой тайную масонскую структуру, что на самом деле совершенно не соответствует истине.
Однако сам Мальтийский орден и тайная масонская ложа с членством в ней рыцарей ордена, вскоре так же появившаяся на Мальте, ничего общего в своих действиях между собой не имели. И если мы говорим о современном Суверенном Мальтийском Ордене, то вполне можно допустить, что среди нынешних его членов, как, впрочем, и среди членов любой организованной европейской структуры, существуют масоны. Но выявить их имена вряд ли удастся в ближайшее время. Но то, что Суверенный Мальтийский Орден не являлся и не является масонской структурой, вполне очевидно. Как бы то ни было, но это прежде всего структура католической церкви, церковный католический орден.
Именно тот факт, что Мальтийский Орден не принадлежал к масонской структуре, и привлек императора Павла I, желавшего создать международную организацию для борьбы с масонством. О чем мы расскажем ниже более подробно.
Уже к середине XVIII в. многие идеи французских масонов проникли и на Мальту. Дело в том, что связи Ордена с Францией в это время становятся весьма тесными, а французские короли были негласными протекторами ордена. Объясняется это весьма прозаически. Франция благоволила к ордену. Людовик XV не только разрешил рыцарям служить во французской армии и на флоте, но дал им ряд прав: свободное проживание во Франции, освобождение от налогов. Французский язык имел 272 Командорства во Франции. Все это лишь вело к умножению богатств Ордена. И Великий Магистр в знак благодарности ежегодно направлял специальную делегацию в Париж. Мальтийский рыцарь вез двух соколов французскому королю, как когда-то отправляли сокола Карлу V [337]. А надо отметить, что только на Мальте водились соколы особой породы и были необычайно красивыми птицами. Этим пользовались многие Великие Магистры, назначив даже специальных лиц для отлова соколов.
В 1750 г. на Мальте появилась и первая масонская ложа, которую возглавил бальи де Коловрат, о чем мы уже писали в предыдущей главе. Ее члены собирались у шевалье де Шемезона. Но как считает П. В. Перминов, «глубоких корней идеи масонства пустить не смогли» [338]. Хотя среди масонов был и весьма влиятельный человек — бывший секретарь Великого Магистра де Рогана кавалер де Лорас, ставший в 1787 г. послом ордена в Риме.
Здесь мы не можем согласиться с П. В. Перминовым. Новые факты свидетельствуют об ином. Именно масоны оказали главную помощь французам в свержении власти ордена на Мальте.
Уже в середине XVIII в. масонство проникло и в Россию. Мы не будем о нем говорить подробно. Но на русской почве оно существовало весьма скромно, хотя и стали появляться масонские книги, которые издавали «вольные» типографии, одна из которых всем хорошо известна. Она принадлежала известному просветителю Н. И. Новикову. Но в той же типографии выходило и немало книг, которые были посвящены христианскому аскетизму. В России XVIII века Святейший Синод не очень-то санкционировал подобные издания, существовало предубеждение против монашества и «просвещенческих» настроений, ведь именно среди французского духовенства идеи равенства и братства возникли и были особенно популярны. Новиков и ему подобные, издавали такие вольные издания, которые оказались востребованы. Но, повторимся, в их числе было немало творений Отцов Церкви и современных Павлу I православных богословов [339].
И здесь вновь необходимо вернуться к волнующей всех теме: «Павел I и масонство». Очень хорошо и документированно сделал это в свое время Борис Башилов. Да, он использовал работы своих предшественников, которые были разбросаны в статьях и заметках в разных журналах как в России, так и на Западе. То, что Павел с юных лет был окружен масонами, ни для кого не секрет. Но как наследник относился к этому? Что воспринял он от своих учителей? Вот, что собрал Башилов в своей книге на эту интригующую тему.