Ветер миров

– Участвуют только ученики?
– Ещё и мастера. Но у них нет отборочных.
– Как у Черна дела, случаем не знаешь?
– Знаю. Сегодня он бился против наследника одной семьи, с которой у них конфликт вышел. Твой друг тоже сделал большие успехи на поприще бизнеса. Он теперь печатает книги для десятка школ. Обеспеченный и подающий надежды юноша, – снова Алая кого-то передразнила.
– Сильно его прессуют?
– Не так сильно, чтобы дошло до убийства. Тень мастера прикрывает.
– Но не так сильно прикрывает, чтобы вообще не трогали?
– Трудности закаляют мага.
И снова было понятно, что это слова не Алой, а мастера или мастеров. Не думаю, что только у Го такая философия.
– А что это за тип вон там стоит и делает вид, что не смотрит на нас, но при этом так и пышет вниманием?
Где-то секунд через двадцать после того, как я подсел к Алой, этот мужчина лет тридцати на вид так и полыхает, так и полыхает.
– Это мой жених, – призналась Алая.
– Ого. Рад за тебя.
– Ты серьезно?
– В смысле? Аа… – протянул я, – Вот оно что… Хочешь, убью его? По старой дружбе.
– Нет! – вцепилась она в мой локоть, что не укрылось о пылкого жениха. – Пожалуйста.
– Так у вас с ним всё серьезно? Никаких навязываний и проблем?
– Никаких.
– Тогда выдохни. Не собираюсь я никого убивать. Если, конечно, он не такой дурак, чтобы самому на меня нападать.
– Если не будешь провоцировать его, то не нападет. Наверное, – сказала она неуверенно.
– Тогда не буду провоцировать твою большую любовь. Не знаю, как часто буду в школе мелькать, но может увидимся ещё.
Взлетев, я отправился искать Черна.
 
 
***
 
Если бы не моя чувствительность, я бы никогда не узнал парня в фигуре, закутанной в плащ. Шёл он неспеша, наклонив голову и никаким образом не походил на себя.
По началу было непонятно, чего он так скрывается. Никого вокруг нет… Подумал я и в тот же момент заметил, что кое-кто есть и он прячется среди небольшого клочка растительности, что встретился на пути к школе.
Черн засёк слежку метров за двадцать. Остановился, замер, его аура вспыхнула и в тот же момент в него выпустили стрелу. Которая врезалась в щит воздуха. На что парень не обратил внимания, ударив заклинанием по кустам. Раздался короткий вскрик и на одного убийцу в этом мире стало меньше.
– Развлекаешься? – обратил я на себя внимание, приземляясь.
Парень дернулся, развернулся, собирался призвать землю, но удержался.
– Эрнест? – выглянул он из под капюшона.
– Он самый. И часто тебя пытаются убить?
– На этой недели третий раз, – ответил он устало, – Достали.
Видимо тень мастера прикрывает не настолько хорошо или прикрывает только от элитных убийц.
– Кто такие?
– Аа… – махнул он рукой. – Так сразу и не расскажешь.
– Ты спешишь? Как насчёт посидеть, поболтать?
– Видят боги, я не откажусь выпить бокал вина, – вздохнул он.
Если мастер Го, как был молчаливым, так и остался, то Черн явно шагнул вперед в плане социализации. Как же его жизнь потрепала, что наш молчун научился говорить чаще, чем одно слово в минуту.
 
 
***
 
– Успокойся, – отодвинул я амулет.
– Но… – нахмурился он, – Это правильно.
Амулёт двинулся обратно.
– Да зачем мне местные деньги? То, что мне нужно, за них не купишь. Точнее купишь, но я другим путём лучше это получу.
– А вино, еду и ночлег ты этими же методами оплачивать будешь? – резонно парировал он.
– Да разберусь как-нибудь.
– Эрнест, – сказал он твердо, – Я настаиваю.
– Вот же упрямый, – нехотя я взял амулет.
Как сказал Черн, на нём была записана моя доля прибыли от продажи книг. Сам бизнес оказался, если и не очень, то вполне себе успешным. Большую часть денег, как рассказал парень, он вкладывал обратно, но кое-что откладывал, уверенный, что рано или поздно я вернусь.
– Ты лучше расскажи, – сказал я, – Как твои дела в семейной жизни? Женился ведь?
У парня на правой руке красовался свадебный браслет.
– Женился, – улыбнулся он.
– С удовольствием выслушаю эту историю.
– Жаль, что тебя там не было. Хорошая драка вышла.
Парень… Нет, уже мужчина. Заматеревший мужчина поведал, чем он тут занимался. Пытался не прогореть, не влипнуть в интриги аристократии, женился, разобрался с другими ухажерами невесты, прикончил пару десятков убийц, которых посылали желающие отобрать бизнес… И это всё на фоне учёбы, которая ужесточилась, хотя и до этого легкой не была.
– Мастер Го… Он сильно порядки в школе изменил.
Такая характеристика от Черна, который родился в суровом мире и привык выживать… Точнее то, как он это сказал, с какой интонацией… Говорило о многом.
– Сильно лютует?
– За последний год больше тридцати студентов были выгнаны. Ещё столько же ушли сами, не выдержав давления. На их место приняли двести новых. На текущий момент осталась половина.
– Сурово. Мои люди должны скоро в школу прийти. Тоже учиться будут. Но никому не говори. Пусть сами поступают.
– Если они хотя бы на треть такие же, как ты, то школа не устоит, – нервно усмехнулся Черн.
И это было ещё одним изменением. Старый знакомый научился гораздо лучше и обильнее выражать эмоции.
 
 
***
 
Пока сидел с Черном – отдохнул душой. Есть в этом что-то такое. Посидеть за вином вдали от дома и этих унылых обязательств по управлению государством.
Было в этом и кое-что другое, что доставило мне особое удовольствие и легкий мандраж. Я оттягивал момент, когда надо было отправляться в школу искусств. Чувствую, что там начнётся новый этап в моей жизни. Не самый лёгкий.
Жаль, что откладывать до бесконечно нельзя. Раз уж решил, то надо исполнять.
Школа искусств внешне никак не изменилась. Те же стены и здания. Также бегают и дерутся ученики.
Да и мастер Корте находился ровно на том же самом месте, на котором я и ожидал – на центральной площадке, где тренировал личных учеников.
Которых было столько же, как и в прошлый раз, только лица изменились.
Я приземлился рядом с площадкой и замер. Как захочет, так позовёт.
– Долго ты там стоять будешь? – обернулся мастер минуты через три. До этого он, как ни в чём не бывало, наблюдал за тренировкой воинов.