Сам себе властелин 2 (СИ)

— Все здесь? Тогда начинаем.
Бу-у-у-ум! — тяжело бухнул гонг.
— Сегодня мы награждаем защитников Калькуары.
— Ура! — орки заорали разом и принялись лупить друг друга по плечам.
Я дождался, пока стихнет радостный шум и продолжил.
— Каждый получит подарок и грамоту.
Зеленокожие непонимающе хлопали глазами.
— Владыка, — решился спросить Уру-Бука, — а грамота это что?
— Документ такой. Говорит, что получивший молодец, умница и красавчик. Может бесплатно ездить в трамвае и получать повышенную пенсию.
— Владыка, у нас нет “трамваев”! — выкрикнул кто-то из толпы.
— Будет. Обязательно сделаем в городе трамвай.
— А пенсия? Это что такое?
Кажется, зря я сказал про пенсию. Как им теперь объяснить, что это? Орки даже читать не умеют, а я им про такую сложную концепцию. Но отмотать назад не выйдет, будем выкручиваться.
— Сейчас объясню. Вот скажем воин, — я указал на старого орка с колотушкой для гонга, — хорошо воевал, был молодец, весь в шрамах, после боёв за Калькуару. Когда он станет совсем старый и не сможет воевать, ему будет положена пенсия. Каждый месяц ему будут выдавать деньги на достойную жизнь.
Орки непонимающе переглядывались, чесали затылки и морщили лбы.
— Зачем? — спросил кто-то из задних рядов.
— Чтобы у него была достойная старость.
Понятнее зеленокожим не стало. И тут кто-то выкрикнул:
— А можно не деньги давать, а кормить?
Разом загалдели все орки.
— Кормить!
— Правильно!
— Воевал за Владыку, а потом еду дают!
— Три раза в день!
— Когда можно на эту пенсию? Я уже хочу!
— Слава Владыке! Даёшь пенсию!
Всё ясно с моими суровыми орками. Дикие люди же. Что им деньги? Невнятная фигня, которая нужна в городе. А вот еда — ясное и понятное дело. Я дождался, чтобы стихли крики и добавил:
— Пенсия будет три раза в день. Первое, второе и компот. Вечером — кружка пива.
Толпа взорвалась криками, так что задрожали стёкла в окнах дворца.
— Владыка!
— Отец наш!
— Святой!
— Качать Владыку!
Орки кинулись ко мне и подхватили на руки. Вытащили на середину двора и стали подкидывать вверх. А-а-а-а! Я старался не орать, но сложно было молчать, когда взлетаешь на высоту чуть ли не третьего этажа.
— Слава Владыке!
— Владыка наш рулевой!
— Вся власть Владыке!
Меня стало укачивать, но тут вмешался мумий.
— А ну, быстро, поймали Владыку и поставили на землю. Он вам не гимнаст!
Наконец я оказался на ногах, слегка пошатываясь, но всё же целый.
— Всё, хватит, — я выдохнул, — давайте вернёмся к награждению.
Мы начали с конца списка. Первым оказался невысокий орк, почти мальчик. На его счету была сиротливая единичка, но заслуженная справедливо. Ему я вручил кинжал, а мумий выписал грамоту.
— Поздравляю с началом боевого пути!
Я пожал ему руку, и орк убежал к своим, счастливый и радостный.
Так и шла раздача слонов до самого вечера. На подарки пошли мечи, отнятые у светлых, доспехи, драгоценности, золотая чалма, снятая с колдуна и доставшаяся Уру-Буке, секиры и другие полезности. Мумию, бабушке и Дитю Тьмы тоже нашлось по награде. Дедушке — золотой венец, его супруге — шаль, расшитая серебром, а девочке — маленький трезубец, похожий на вилку, инкрустированный драгоценными камнями.
— А теперь, прошу всех на торжественный ужин!
— Владыка, — вмешался Уру-Бука, — вы забыли кое-кого наградить.
— Кого?
Я обернулся к доске со счётом и пробежал глазами.
— Все по списку.
— А себя?!
Орки залопотали, яростно кивая.
— Ну уж нет. Самого себя это извращение.
— Тогда мы вас!
Три орка вынесли подушечку, накрытую платком.
— Мы сделали специально для вас, — объявил Уру-Бука.
Он сдёрнул платок и вручил мне костяную корону, украшенную клыками какого-то огромного зверя.
— Наденьте, Владыка!
Я покосился на мумия. Старик кивнул, хитро щурясь — видно без него тут не обошлось. Осторожно взяв корону, я водрузил себе на голову. Она подошла мне идеально.
— Владыка…
Орки разом вздохнули и опустились на одно колено.
— Мы будем служить вам всегда!
 
— Будете, — я смутился под восторженными взглядами, — а теперь все на ужин.
  
Глава 30
 
Праздничный пир затянулся допоздна. Было съедено невообразимое количество всяческой еды, а выпито ещё больше. Сидели шумно, весело и душевно.
Всё-таки орки у меня дикие — даже не знали, что такое тосты. Пришлось объяснять, а потом вставать и показывать пример. Зеленокожим идея тоста понравилась. Но сами они были не мастера говорить и каждый раз просили сказать меня или мумия.
— Владыка, а научите меня потом? — шёпотом спросил Уру-Бука, — я тоже так хочу говорить. Вы мне только шкажите один раж, я жапомню.
— Научу, — улыбнулся я, — только зубрить не надо, а с фантазией говорить от души.
Бука наморщил лоб и задумался. Надо будет потренировать ему воображение, да и читать научить. А то генерал, но совершенно безграмотный.
На другом конце стола, посреди орков, сидел Сеня. Монстр получил в награду здоровенный позолоченный шлем, и теперь не желал с ним расставаться. Так и сидел, с железякой на голове. Но даже шлем не мешал ему есть за четверых. Орки, сидевшие рядом, смотрели на Сеню с восхищением. Очень им нравился молчаливый воин, сильный, огромный, да ещё и кушающий больше них самих.
— Хороший день, — вздохнул Уру-Бука, — жаль что закончитшя.
— Что делать, праздники не могут быть постоянно.
— Теперь придетшя ждать шледующую ошаду, чтобы повешелитьшя.
— Не надо осаду. Я собираюсь их вообще прекратить.
Бука разочарованно вздохнул.
— Тогда праждников не будет.
— Почему не будет? Вот возьму и сделаю этот день праздничным. И назовём его… День защитника Калькуары!
Орк счастливо зажмурился.
— Это будет мой любимый день.
Дитя Тьмы мужественно сидела со взрослыми, слушала разговоры, хихикала и пыталась тоже вставить своё слово в беседу. В какой-то момент я заметил, что глаза у девочки осоловели и закрываются. Она прислонилась к Уру-Буке и сонно засопела. Я хотел встать и отнести ребёнка в постель, но меня опередила Шагра. Орка махнула мне, призывая не беспокоиться, и взяла Дитя на руки. Девочка свернулась поудобнее, но так и не выпустила из рук наградной трезубец.
Пир дошёл до следующей стадии — застольных песен. Пять орков хорошо поставленными голосами исполнили “Ой жара, жара, не жари меня”. Троица зеленокожих с другого края стола в ответ спела “С нашим Владыкой не приходится тужить”. Кто-то притащил балалайку и сыграл, подпевая хриплым голосом, “Балладу об орках”.
Неожиданно следующую песню спела бабушка Матильда. “Доспехи, доспехи, не залатаны, стареньки”. Орки чуть не оглушили меня, хлопая старушке.
— Да ладно, — смутилась она, — ничего особенного.
В ответ Шагра спела печальную “Тёмный Властелин, мальчик молодой”. А следом в музыкальную часть влез Сеня. Он отобрал у орков балалайку и сыграл бодрую мелодию, напоминающую Имперский марш…
Разошлись мы далеко за полночь. Уставший, но ужасно довольный, я поднялся к себе в башню. Никогда бы не подумал, что у меня в замке столько музыкальных талантов. Может песенный конкурс организовать? Тёмных пригласим из Кемнаро, призы будем выдавать. Светлым тоже приглашение отправим, пусть тоже немножко офигеют, им полезно.
— А мы вас ждём.
— Давно сидим.
— Грустно очень.
Я резко обернулся на голос. Кто это в моей спальне? Враги?!
На столе сидел трёхголовый крыс и печально смотрел на меня глазами-бусинками.
— Добрый вечер, Владыка.
Выдохнув, я убрал руку с кинжала на поясе.
— Доброго. Что случилось?
 
Крыс вздохнул на три голоса.
— Мы тоже хотим награду.
— Очень хотим.
— Наши ребята тоже вклад в победу сделали.
— Почему на официальное награждение не пришли?