Эпицентр

– Это откуда у тебя? – полюбопытствовала она.
Мне были приятны прикосновения девичьих пальчиков, поэтому я с загадочным видом промолчал.
– Ну, Петя! – возмутилась Нина. – Рассказывай! Мне же интересно!
Отделался полуправдой, а потом начали откупоривать бутылки с ситро, и настал мой звёздный час – я легко и непринуждённо охлаждал по запросам студентов до нужной температуры газировку, дыни и арбузы. В этом плане равных в компании мне не нашлось.
 
Просидели на берегу в итоге часов до шести, а потом поехали на танцы в городской сад, вот там-то Нина, когда мы окончательно запыхались и выбились из сил, и напомнила об опрометчивом обещании прокатить её на мотоцикле. В запасе оставалось ещё чуть больше двух часов, но тащить с собой девчонку на завод не хотелось, и я заколебался.
– Ну, Петя! Ну, пожалуйста!
И я сдался, махнул рукой.
– Буду через полчаса, – пообещал и поскольку в ближайшее время расходиться компания не планировала, оставил Нину болтать с подружками, но только отошёл от нашего стола, как меня окликнули.
– Петя!
Я обернулся и улыбнулся.
– Привет, Антон!
Подошёл рыжеволосый студент, с которым вместе ехали на инициацию, протянул руку для рукопожатия, представил симпатичную русоволосую девицу, нисколько не походившую на его прежнюю подружку.
– Слышал, что Инга учудила? – спросил он после этого.
У меня при упоминании одноклассницы даже в душе ничего не ворохнулось; отболело и прогорело всё давно. Опять же, поговорка «с глаз долой – из сердца вон» отнюдь не на пустом месте родилась. Всё так.
– А что такое? – удивился я.
– Она от Чекана на военную кафедру перевелась! Представляешь?
Я не удержался от усмешки. В этом вся Инга – с её активной жизненной позицией с пацифистами точно не по пути. Не стала, выходит, поступаться принципами ради перспектив в обучении.
– Ну а что тут такого, Антуан? – спросил подошедший к нам Карл. – На военной кафедре самая сильная практическая подготовка. Круче только у медиков, но у них своя специфика.
– От нас даже добровольцы на гражданскую войну в Доманию поехали! – поддакнул Николай, под глазами которого ещё темнели остатки синяков после пропущенного на прошлой неделе удара в переносицу.
Рыжеволосый Антон закатил глаза.
– Практика – это хорошо, но сначала нужно теоретическую базу достойную получить!
Принимать участие в споре я не стал – заметил Лию и её кавалера-старшекурсника, подошёл к ним, поздоровался и немного поболтал о всяких пустяках, затем передал согласие Льва на сотрудничество с профессором Палинским.
– Здорово! – обрадовалась Лия и от избытка чувств чмокнула меня в щёку. – Ой, как здорово!
Виктор недовольно поморщился, но никак больше раздражения не выказал и пообещал в скором времени передать для Льва программу заочной подготовки. На том и распрощались.
Срезать путь по тёмным аллеям я не рискнул и зашагал к центральным воротам, нервно поглядывая по сторонам. Дальше двинулся к ближайшей остановке, но до неё так и не добрался – появился попутный трамвай, нагнал его и прямо на ходу заскочил на заднюю площадку. Сначала забрал ключи у мастера, затем рванул на завод и вскоре прикатил в парк на мотоцикле. Ехал – чёрту не брат и кум королю, а от самых ворот следом бежали мальчишки, провожала взглядами местная публика, и симпатичные барышни тоже глазели, не без этого. Но, помимо них, присматривались ко мне и постовые, а поскольку объясняться со слугами закона на глазах у студентов никакого желания не было, особо покрасоваться Нине перед компанией я не дал, быстренько усадил её позади себя и увёз; та только и успела крикнуть подружкам, чтобы её не ждали.
И вот уж удивительное дело, но студентам я сейчас особо даже не завидовал. Да – было бы просто замечательно влиться в их коллектив, но и у меня самого всё уже далеко не так беспросветно, если только, конечно, не вспоминать о вполне реальном обвинении в убийстве и сомнительном поручении Альберта Павловича. Но так от этой напасти и перевод в институт не избавит. Чего уж теперь…
Несмотря на включенную фару и горящие тут и там уличные фонари, видимость оставляла желать лучшего, по городу я ехал медленно и осторожно, а на окраине прижался к обочине и остановился.
– Уже всё? – расстроилась Нина.
– Ну ты что? Нет, конечно! Платок есть? Повязывай на голову.
– А нужно?
– Нужно, – подтвердил я и стянул кожаную куртку, которую прихватил с собой одну из всей формы, благо никаких знаков различия на ней не было.
Думал, девчонка заупрямится, но куртка, пусть и оказалась слишком широка в плечах, привела ту в полнейший восторг.
– Петя! Откуда у тебя эта прелесть? – спросила Нина, застёгивая молнию.
– Поносить дали.
– Я серьёзно!
– Я тоже. Выделили, когда вызвался мотоциклы перегонять. Держись крепче!
Нина уселась на сиденье позади меня, подоткнула платье и прижалась всем телом, крепко-накрепко обхватила руками.
– Готова!
Я дотянулся до сверхсилы, запустил процесс её преобразования в электричество и запитал движок, мотоцикл плавно тронулся с места и побежал, быстро набирая скорость. Трасса в столь поздний час оказалась абсолютно пуста, меня изнутри будто что-то подтолкнуло, прибавил ещё и ещё.
В ушах засвистел ветер, Нина будто прилипла ко мне и визжала от восторга, мы неслись через густой сумрак позднего вечера, и амортизаторы скрадывали неровности, заставляли поверить, будто мчим по идеальному покрытию гоночного трека. Но нет, конечно же – нет! Когда в луче фары замаячил подъём на холм, колесо угодило в глубокую выбоину, и хоть контроля над мотоциклом не потерял, пьянящее воодушевление будто корова языком слизала.
Я начал сбрасывать скорость, затем развернулся и покатил к городу. На обратном пути уже не лихачил, но и так Нина осталась в полнейшем восторге. Когда остановились у проходной студенческого городка, она на глазах у прохожих расцеловала меня и прошептала на ухо:
– Знаешь, Петя, я почти готова тебе отдаться!
– Почти?
– Пока лишь почти, – с лукавой улыбкой подтвердила девчонка, стягивая куртку.
Дальше мы простояли в обнимку ещё какое-то время, а потом я покатил на завод. Мотоцикл оставил под присмотром вышедшего покурить охранника, быстро переоделся в полевую форму и в ожидании Макара даже успел восполнить потраченную за поездку с Ниной сверхэнергию.
Сослуживец появился с опозданием минут в пять, а когда выкатил за ворота на собственном мотоцикле, то напомнил:
– Ну что – кто последний, тот платит за пиво?
– Лады! – согласился я и не преминул выставить дополнительное условие: – Только от пропускного пункта до пропускного пункта, по городу не гоним!