Эпицентр

Капитан Городец задумчиво хмыкнул.
– Что ж, давай порассуждаем. – Он сцепил пальцы и хрустнул костяшками. – Либо Петра не раскрыли и выбор на него пал случайно, либо убийце требовалась фора в день, самое большее – в два.
Альберт Павлович принялся вышагивать от стены к стене, затем резко глянул на капитана.
– Где сейчас объект?
– В лаборатории под усиленной охраной, завтра его вывезут в Новинск, – сказал Городец и вновь вернулся к обсуждению моей персоны. – Допустим, Петра не раскрыли, а выбор пал на него из-за подозрений в убийстве сослуживца. Где одно убийство, там и второе.
– Никто об этом не знал! – запротестовал я и тут же осёкся.
Кто-то знал. Как минимум, Федя с Борей, которых по странному стечению обстоятельств сейчас перевели на Кордон. И о заточке они тоже были прекрасно осведомлены…
Но заколебался и высказать это предположение не успел. Альберт Павлович заложил руки за спину и многозначительно произнёс:
– А ещё убийца мог знать о противопоказаниях к допросу под медикаментозным воздействием.
– Скорее, и о том, и другом, – предположил Городец. – Это крайне сужает круг подозреваемых. – Он вздохнул и поморщился. – Ну что ты за человек такой, Альберт? Всё из тебя клещами тянуть приходится! К нужному выводу ты меня подвёл, озвучивай уже свои подозрения! Организатор ведь кто-то из наших, так? Отследил связи Касатика, избавился от него и подмял под себя преступников, ещё и о Петиных грешках, получается, знал…
И тут мне стало не по себе. Очень уж ощутимо сгустилась в комнате атмосфера.
«Даже капитану Городцу не говори. Это наши с тобой дела, его они не касаются», – припомнились слова Альберта Павловича, и я судорожно сглотнул, а потом будто невзначай отступил и прижался спиной к обтянутой войлоком стене.
А что если этот «кто-то из наших» и есть Георгий Иванович? Что если за всем стоит именно он?
Дверь закрыта, так сразу из палаты не выскочить. Да и кто знает, какой на самом деле приказ он отдал, когда выходил якобы распорядиться об охране двадцать второго кабинета?
Альберт Павлович взял долгую паузу, по спине у меня побежала тонкая струйка пота, и фраза:
– У меня нет доказательств, одни только логические выкладки, – обстановку ничуть не разрядила. Как бы ещё не хуже стало.
– Имя! – потребовал набычившийся Городец. – Назови имя!
И тогда Альберт Павлович как-то очень уж неохотно произнёс:
– Олег Друза.
На меня волной накатило чувство облегчения, а вот жёсткое скуластое лицо капитана враз покрылось красными пятнами.
– Да ты издеваешься! – взорвался Георгий Иванович.
Консультант выставил перед собой открытые ладони.
– Подумай сам, всё сходится!
– Сходится?! – прошипел взбешённый Городец. – Да ты всё только из-за него и затеял! Сам одно к одному подобрал и подтасовал! Проклятье! Мало тебе, что из института его выжил, теперь посадить хочешь?
Альберт Павлович вздохнул.
– Признаю, в своё время я совершил большую ошибку. Нужно было посадить его… ещё тогда. А сейчас всем известно о нашем конфликте – любой мой шаг будет рассматриваться через призму сведения счётов. Ещё и предупредят по доброте душевной! Да что там далеко ходить: ты и сам бы меня слушать не стал, так? Но признай: под озвученные тобой критерии один только Олежа и подходит!
Началась игра в гляделки, а я вдруг осознал, что в рассуждениях Альберта Павловича имеется одно слабое место.
– Ну… – неуверенно протянул я, чувствуя, как щёки заливает румянец. – Не только Друза обо всём знал. Он медсестру привлекал для ведения допроса. И я ещё сболтнул ей лишнего на днях…
Не то что бы забыл о своей опрометчивой откровенности с Валей, просто надеялся отмолчаться, а теперь пришлось выложить всё как на духу. Стыдно было ужасно.
Выслушав меня, Георгий Иванович задумчиво хмыкнул.
– Не возьмусь утверждать, будто имел место допрос с применением спецпрепарата, но и такой возможности исключить нельзя. В этом случае вопросы готовил кто-то другой, иначе Петю выпотрошили бы, словно рыбу. – Он вновь хмыкнул и обратил своё внимание на консультанта. – Погоди! Альберт Павлович, твою девочку ведь неспроста заселили в соседнюю комнату? Объектом разработки была именно медсестра?
– Медсестра! – фыркнул консультант. – Валентина Васильевна Паль – специалист с высшим медицинским образованием. В ординатуре она оказалась впутана в одну очень некрасивую историю, но незадолго до того, как её тогдашний круг общения взял в разработку следственный дивизион, перевелась на Кордон обычной медсестрой. Стремление вернуться к нормальной жизни было сочтено похвальным, уголовное дело в её отношении было выделено в отдельное производство и впоследствии закрыто.
Капитан Городец пригладил усы и понимающе кивнул.
– Очередное совпадение, в которое ты не веришь?
– Именно, – подтвердил Альберт Павлович. – К слову, случилось это примерно через месяц после убийства Касатика, а здесь Валентина Васильевна свела близкое знакомство с ассистентом доцента Звонаря, который имеет доступ ко всей линейке спецпрепаратов. В итоге есть нужные медикаменты и квалифицированный специалист, что гарантирует беспроблемную подстройку к Эпицентру любого иностранного оператора.
– И предупредил её о нависшей опасности, конечно же, наш дорогой Олег Семёнович, – с отвращением произнёс Городец, поморщился и махнул рукой. – Ладно, чёрт с тобой! Раз уж мы всё равно здесь, давай побеседуем с этой медсестрой. Выдумывать ничего не станем, просто устроим очную ставку с Петей на предмет убийства соседки и попутно прощупаем ситуацию.
– А Друза?
– Ну уж нет! – неприятно улыбнулся Георгий Иванович. – Меня в свою вендетту не впутывай. Мне со следственным дивизионом проблемы не нужны. Но если вдруг раздобудешь железные доказательства – обращайся.
Округлое лицо консультанта приняло какое-то непонятное выражение – вроде бы насмешливое и одновременно разочарованно-огорчённое, и Городец закатил глаза.
– Ладно! Ладно! Гляну потом твои выкладки. А пока будем действовать по протоколу. На Друзу у тебя что-то есть? Нет. Санкцию на его задержание нам дадут? Не дадут. Вот и забудь о нём. Всё, выпал Олег Семёнович из уравнения, держи в уме, а по бумагам не проводи. Попробуем медсестру расколоть – если ты прав, непременно что-нибудь интересное всплывёт. Ну а нет – не взыщи, дальше без меня.
Альберт Павлович пожал плечами, поправил шляпу и указал на дверь.
– Петя, на выход!
Я неуверенно поёжился, и эту нерешительность расценили неверно.
– Одежду сейчас вернут, – уверил меня капитан Городец. – А мы пока сохранность медикаментов проверим.
– Да, – кивнул консультант. – Ольгу неспроста журналы учёта заинтересовали.