Одинокий медведь желает, или партия для баса

И не только Лаура. Он уже почти уезжал, как к нему принеслась мама Карины. Да такая заполошная, что он на миг испугался: не случилось ли чего.
Оказывается, случилось! Гость отбывал с чужой едой. А она, хозяйка, синенькие делает лучше. И шашлык у ее мужа лучше. И… вот.
Ему протянули еще одну сумку.
— А…
— Ну, на работе покормите товарищей. И чача у нас лучше.
Теперь же его товарищи: раздраженный Лев, пофигистически настроенный ко всему Артур (ну еще бы, к нему Аня приехала, теперь до тенора никому не достучатся) и сияющая Олеся — смотрели на него удивленно.
— Это, видимо, доставка еды, — не удержался Лева. — Артур, ты заказывал?
Тот просто улыбался, не реагируя ни на что. Сергей на него посмотрел — и тоже широко улыбнулся. У него завтра свидание. Водопады. И внутри что-то потряхивает от искушения. Пробраться к ней, только приехав с концерта, пока все кипит внутри. И…
— Привет, Сереж, как устроился?
— Может, ты еще и расскажешь, где?
Лева шипел, оркестранты настраивались. Вот-вот они начнут репетицию. Жизнь то вообще — прекрасна! Главное, не проговориться, где именно он обитает. Еще припрутся всем честным собранием. И мало ли кого из них опознают. А палиться перед Кариной он совершенно не собирался. Хотя вот странно. Вся страна любит певцов. И эстраду. А вот девушка-мечта — нет. Может, обидел ее кто? Надо будет выведать осторожно.
— О-о-о! — послышалось сладострастное. Это Олеся уже поднялась и тут же засунула любопытный нос в сумки: — Сережа, откуда такое чудо?
Артур тоже оказался около еды. Разом и незаметно глазу. Не иначе, телепортировался на запах.
— Вы что делаете? — поинтересовался Лева. Но тоже как-то неуверенно.
А через минуту уже все вкушали поистине райскую пищу.
— Вас ни на день оставить нельзя! — раздалось от двери гневное. — Вы что? Едите?!
Застигнутые врасплох Артур и Лева замерли, как были. В одной руке люля-кебаб, в другой — лаваш. В третьей… если бы она была — баклажаны… В глазах паника — и неверие: неужели это они? Вот попали…
Сергей рассмеялся. Потому что есть он пока просто не мог, не лезло. Но…
— А ты чего гогочешь? — накинулся Ванька и на него. — Да ты за эти несколько дней килограмма три наел. Как минимум.
— Это он за последние сутки, — тут же наябедничал Артур, для убедительности демонстрируя люля-кебаб. — Он от нас сбежал. Чтобы развратом заниматься. С едо-ой.
Слово «еда» прозвучало примерно как «съемки в порно с невинными котиками». Или что там заслуживает расстрела на месте.
— Оргией практически, — проворчал Сергей. Перевел взгляд на злющего Ваньку и спросил: — Ты чего рычишь? Случилось что?
— Лев случился! — Самого Льва Ванька принципиально не замечал. — Со своим ме-енеджментом!
О, вот это было даже круче, чем «еда» в интерпретации Артура. То есть тянуло на четвертование и сожжение.
— О, у нас что-то новое, а я не знаю? — резко захотелось присоединиться к команде четвертующих и сжигающих Зло на костре. Потому что Лева и менеджмент — суть Зло в чистом виде. — И почему знаешь ты?
— Потому что мне позвонили. И сообщили, что со следующей недели у нас чес по побережью. Забег Сочи-Геленджик.
— Черт! — Сергей невольно зажмурился. Или вольно. Чтобы Льва не видеть. И не убить чисто случайно. В состоянии аффекта.
— Раз уж мы все равно тут зависли, — развел руками Лева, воплощенная невинность и забота о ближнем своем, — такие привлекательные. Что зря время терять?
За это «зря» кое-кто еще ответит. У Сергея тут, можно сказать, мечта воплощается, и нате вам — чес. Время, вычеркнутое из жизни. Оно же путешествие а Ад. Плевать, что высокооплачиваемое! Цена мечты деньгами не измеряется!
— Я попробую договориться с Олегом, чтобы он вас отпустил, — вздохнула Олеся, что-то такое разглядев в его лице.
— Бесполезно. — Сергей все-таки знал друга лучше, чем Олеся — мужа. — Еще недели три. Как минимум.
Иван махнул рукой и тоже направился к еде.
— Цыпленка не трогай, — в последний момент успел предупредить Сергей, — огнетушителя нет.
Когда он так нужен. Должен же кто-то и как-то погасить Левин менеджерский энтузиазм!
 
Карина
Глупо признаться, но я ждала, пока Серый приедет. Что ж у него за работа такая, что уже черным-черно. А его все нет. Я сидела на качеле, давно закрыв супермодную книжку «Мери Поппинс для квартета» — в которой прочитала не больше двух страниц и совершенно не помнила, что там было, на этих двух страницах. И ждала.
Так и задремала, наверное. Но вдруг мелькнули тревожные огни фар. Сыто прорычал дорогой автомобиль. Нет, два автомобиля. Остановились у ворот. Хлопнула дверца, послышались шаги по гравию. Открылась еще одна дверца.
— Приехали, шеф, — сказал незнакомый и какой-то опасный голос.
Что в нем было опасного, я не знала. Просто чувствовала. За десять-то лет в «Барвихе» научилась.
— Издева-аешься, — проворчал… Серый. Чуть невнятно, словно изрядно выпил.
Почему я вскочила и побежала — на цыпочках! — на открытый балкон, с которого открывался отличный вид на дорогу, я бы тоже сказать не смогла. Или не захотела. Как удачно, что никто и не спрашивал, правда же?
— Что с тобой делать еще, — вздохнул все тот же, опасный. — Хорошо погулять.
— Спасибо, что подбросили.
— Обращайся. Но чачей ты не отделаешься, даже и не думай.
— Ладно. Заметано.
И довольный смех на два голоса. А следом — пиканье сигнализации и вспышка фар.
Я как раз успела взлететь на балкон и увидеть, как Серый хлопает по капоту блестящий «Ленд Крузер» и идет к калитке, покачивая на пальце брелок с ключами. А его собеседник — невысокий, седой, с военной стрижкой в полсантиметра и военной же выправкой, идет к джипу «Армада». Насколько я могла разглядеть в свете фар, одет был Опасный в дорогой костюм. Черный. Но сидящий как офицерский мундир.
Задняя дверь «Армады» открылась, из нее выскочил мужчина (тоже в черном, тоже с военным прошлым) и почтительно открыл перед Опасным переднюю дверцу. Опасный сел, человек в черном — тоже, «Армада» сорвалась с места и умчалась. И все это — пока Серый неторопливо дошел до калитки.
Крузак остался на крохотной парковке перед воротами.
- Вот же… — подумала я, отступая в тень.
Не занимается он ничем особенным, ага. Чисто с другом за компанию приехал. Да-да. Поэтому носит футболочку, гоняет на байке неизвестного производителя (какой-то «Драккар») и его называет шефом бывший не то ФСБшник, не то ГРУшник, который сам вполне тянет на шефа немаленького бизнеса.