К черту! или Любовь контрактом не предусмотрена
– Это надо пить, – подмигнул Юра, указывая пальцем на мои губы. – Ртом.
Я хихикнула и сделала глоток. А потом второй. И третий… Внимательный Юркин взгляд, все еще нацеленный на мои губы, очень смущал.
– Я рад, что ты смогла прийти, – без доли лукавства заявил он.
Четвертый, пятый… Он рад. Черт, офонареть.
Анестезия в форме прохладного шампанского подействовала – неприятные мысли улетучились. Горький осадок от Валькиного поступка смыло кисло-сладкой шипучей волной. Язык щекотало, покалывало, дразнило…
– Ты встречаешься с Миланой? – вдруг выдала я.
Парень фыркнул, и я расслабилась. Ничего глупого в моем вопросе нет. Мы просто болтаем в неформальной обстановке.
– С чего ты взяла? Я совершенно свободен, Ласка. И по-прежнему хочу сводить тебя в кино, – он проехался глазами по моим ногам, задержавшись на голых коленках. – Или можем потанцевать…
Внутри запузырилось легкое, воздушное чувство. Наверное, это была радость. Невесомая, едва ощутимая. Слабенькая, приглушенная стрессом и тревогой… Я ведь должна быть счастлива, что Юрка зовет меня потанцевать. Что рад видеть и хочет сводить в кино. И не встречается с Ивлевой. А раз должна, значит, буду.
– Я с радостью, Юр.
Он приблизился и мягко погладил мою скулу. Я оторопела. Непривычно, слегка чужеродно, но в целом, приятно…
– У тебя, кажется, тушь потекла… Тут вот, слева.
Черт! Оно и немудрено, когда глаза полвечера на мокром месте!
– Я схожу в уборную и вернусь, хорошо?
Дождавшись снисходительного кивка, я соскочила со стула и понеслась в туалет. Насколько все плохо? Я сильно похожа на панду?
Добравшись до зеркала, я застонала. Почему Лиля не сказала, что у меня половина щеки в светло-серых потеках? Тоже мне, лучшая подруга! Ррр!
Я с силой протерла щеку влажной салфеткой и постаралась пудрой замаскировать возникшую красноту. Но сделала только хуже. И в итоге вовсе смыла с себя косметику под струей холодной воды.
На фоне раскрашенной по-боевому Лильки снова буду бледной серой мышкой. Мое привычное амплуа. Но заново подвести глаза не рискнула – знала, что не попаду в цель. Руки плохо слушались, да и ноги подозрительно обмякли.
Подышав немного перед открытой форточкой и не почувствовав себя трезвее ни на грамм, я вышла в темный клубный коридор. Ну тут и закоулки! Мне направо или налево?
Я не помнила, чтобы входила в какую-либо дверь, когда направлялась к уборной… Но сейчас меня окружали они. Двери. Запертые. Лаковые, черные, с жутковатыми кованными орнаментами… Очень аутентичное заведение. Век бы сюда не ходить.
Слева обнаружился тупик. И справа тоже. Да чем тут люди вообще занимаются? Двери, двери, двери… И все закрытые!
Одна вдруг распахнулась, и из-за нее вышла девица в кожаной мини-юбке и ботфортах. Покачиваясь, как на ходулях, и пьяно хихикая, она оттеснила меня в сторону и вошла в уборную. Из темного проема лилась музыка, слышался женский смех, мужские голоса… Решив, что это и есть выход в зал, я твердой походкой (да-да, снова вру сама себе) направилась туда.
Стук бильярдных шаров, едкий дым сигар, наличие пары кожаных диванов и одной, зато огромной хрустальной люстры, намекнули, что я попала в vip-кабинет. И, кажется, я знатно наклюкалась. Потому что мне уже мерещились черти. Причем самые настоящие…
Рыжий Патрик, в расстегнутой до середины груди черной рубашке, стоял в окружении двух абсолютно идентичных блондинок. Похожих, как две капли: с пухлыми розовыми губками и передозировкой хайлайтера на лице. Даже заподозрила, что у меня двоится в глазах, пока не увидела разного цвета туфли. Одна из «близняшек» поглаживала огненный цветок на шее демона-соблазнителя и кокетливо щурилась. Прямо как я недавно.
У окна, в дымном флере, стоял Ашрас. Все такой же надменный до кончиков ногтей, мужчина общался с пожилым, но очень ухоженным джентльменом. Это они курили сигары, заполняя комнату едким, щипавшим нос ароматом.
До боли знакомый силуэт в обтягивающей белой рубашке обнаружился у бильярдного стола. Даррел стоял ко мне спиной, одной рукой сжимая стакан с янтарной жидкостью, а другой – тонкую талию длинноногой темноволосой девушки в изысканном черном платье.
В спутнице Даррела, в отличие от одинаковых блондинок и той, в ботфортах, что вышла в уборную, чувствовалась порода. Одежда, осанка, жесты… Все кричало о том, что барышня знает себе цену. Я могла бы похвалить черта за хороший вкус, если бы вдруг не стало так противно – до горечи в пересохшем рту и липких ладоней.
Смотрелись они до отвращения гармонично. Жгучая брюнетка по-свойски поглаживала ладонью чертовы плечи и спину. Размахивала бокалом вина, зажав тонкую ножку в не менее тонких пальчиках. Что-то шептала в его ухо, касаясь щеки.
Я догадывалась, конечно, как выглядит его «ночная работа». Даже могла допустить, что он с этой дамой заключил контракт… И, судя по ее довольному смеху, взаимовыгодный… Но… Нет, все равно мерзко!
Захлебнувшись в бессильной ярости, я даже не сразу вспомнила о том, что совершила несанкционированный побег из чертовой квартиры и нахожусь в клубе «нелегально». Что мне сильно попадет, если Дрейк меня заметит, и лучшее, что можно сделать – поскорее вызывать такси, ехать домой и ждать его возвращения. Утреннего.
Но не получалось сделать ни шагу. Так и смотрела на загорелый затылок, на плотно обтянутые белой тканью плечи, на руку, по-хозяйски лежащую на женской талии… Почему меня это вообще волнует? Ну, стоит. Ну, обнимает. Мне-то что?!
Надо уходить, пока меня не заметили! Вытряхнуть глупые, несвоевременные мысли и бежать!
Сморгнув наваждение, я спиной сделала шаг назад, в прохладную глубину коридора… Не удержалась и в последний раз метнула взгляд на фигуру в дальнем конце комнаты. И с разбегу врезалась в удивленный омут зеленых глаз. Многообещающий, раздраженный… и откровенно злой.
Черт у меня был в легком расфокусе, но я все же отметила и стиснутые губы, и заострившиеся скулы… Резво развернулась на каблуках и что есть мочи припустила по темному коридору, надеясь, что смогу найти выход в общий зал раньше, чем разгневанный парень из Ада найдет меня.
– За тобой что, маньяк гонится? – хрюкнула Лиля, протягивая мне бокал чего-то, что я тут же влила в себя и даже вкуса не почувствовала. Словно воды выпила. Нервное. Но фокус, едва появившись, снова пропал. Аверьянова плыла передо мной в самодовольной ухмылке, которая вдруг сменилась восторгом узнавания… Подруга посмотрела через мое плечо и взвизгнула, оглушив: – Даррел! Вы?!
Я медленно повернулась, чтобы поглядеть, как Лиля пробивает себе дорогу могучим пуш-апом и, в меньшей степени, локтями. Сосредоточенные движения намекали, что она видела цель и хотела себе главный приз. Сама не поняла, как оказалась рядом с Дрейком почти одновременно с подругой. Телепортировалась я, что ли? Нет бы под стойкой спрятаться, а я…