Lvl 2: Рок-н-ролльное сердце

— Карать не буду из жалости и брезгливости, — сказал я. — Иствуд! Насчёт басухи...
Иствуд не дал мне закончить. Он с трудом выпростал руку из-под себя, достал из кобуры револьвер, взвёл курок, приставил ствол к своей безмозглой башке и выстрелил. Ну, чё, нормальный такой способ быстро домой попасть. Он же, падла, в кабаке у Дона живёт, сохранился там. Сейчас в магическом круге появится, на койку переползёт и задрыхнет. А может, ещё вниз спустится, пива сп**дит.
— Нормально всё с басухой, — договорил я, когда Рома со стоном ё**улся сквозь пространство, только что занимаемое ныне исчезнувшим Иствудом. — Устаёшь только быстро. Но я тебя ещё выдрессирую. Вивьен!
— Я! — вскинула голову клавишница.
— Головка от х*я! Мои тебе глубочайшие поздравления, уровень Линды МакКартни успешно достигнут, если ещё петь, как она, сможешь, вообще прекрасно. Завтра пойдёшь со мной в ЗАГС, я тебя оформлю.
— Куда? — не поняла Вивьен.
— Ну в эту, как её... а, во, в ратушу! Запишем тебя членом группы, а то болтаешься — не пришей к п**де рукав. Так хоть легендой станешь.
Вивьен издала дикий вопль, слезла с Ромы и подпрыгнула чуть ли не до потолка.
— Йессс! Кто круче всех? Вивьен круче всех! Ва-а-а-у!
— Хренасе, сколько энергии осталось после репетиции, — сказал я с уважением. — Намёк усвоил. Надо будет увеличить интенсивность работы.
Рома, услышав это, поднялся на трясущиеся ножки, как новорожденный оленёнок, достал из инвентаря меч и бросился на меня. Ну, «бросился» — сильно сказано. Да и меч-то он поднять толком не мог — руки дрожали. В общем, я забил смотреть на это убожество и вышел, взметнув за спиной полы плаща.
Потрахается — успокоится. Если, конечно, после такой репетиции найдёт в себе силы на поддержание эрекции, что вряд ли. Ну а не найдёт — не велика беда. Вивьен находчивая, засунет ему барабанную палочку в жопу. Тьфу ты, блин, опять какая-то гомосятина в жо... в голову лезет! Положительно, эта грёбаная Экси плохо на меня влияет на расстоянии.
Стоп... А что если она не на расстоянии? Что если она где-то рядом? И мой чувствительный творческий мозг воспринимает исходящие от неё гомоволны?!
Я немедленно покрылся доспехами и вытащил самый п**датейший из своих мечей. И тут же почувствовал холодный пот под доспехами. Сука... А ведь Экси по боевой прокачке меня — как стоячего сделает. Что ей мой меч? Смех один. У неё, может, ещё и покруче есть. Да и в мече ли дело? Я когда крайний раз её уровень смотрел — тама восьмёрка была, если не ошибаюсь. А я до сих пор на седьмом. Но она-то явно на жопе ровно не сидела, так что у неё запросто может быть, скажем, пятнадцатый. Плюс, она — воин. А я — артист. Мать-перемать, страшно-то как, хоть бухай! А бухать сильно нельзя, я всё-таки на серьёзную встречу иду.
И всё-таки лучше прикрыть жопу доспехами. И меч не помешает. Вообще ничто не помешает, так я считаю. А вот интересно, я из арбалета застрелиться смогу, как Иствуд? Никогда не пробовал... Ну, припрёт — попробую. Потому что лучше смерть, чем вот это вот самое.
— Б**дь, — остановился я, как вкопанный, на первом же перекрёстке.
Привык ходить на автопилоте: или в кабак бухать, или в другой кабак бухать, или к Сандре домой, или к Сандре на работу. А тут чувствую — не то что-то. Два резервных варианта: к Доротее трахаться или вдохновлять Вейдера. Тоже не то что-то... А куда ж мне, б**дь, несчастному податься-то, а?!
— Курильня «У Шерлока», — вспомнил я записку. — Ну и где у этого Шерлока курильня?
		 
TRACK_20
— Зачастил, — сказала Доротея и посторонилась, пропуская меня. — Булки, что ли, распробовал?
— Щас не про булки, — махнул я рукой. — Хотя пожрать бы не мешало. Слушай, ты про какие-то курильни говорила. «У Шерлока» — знаешь?
— Может, и знаю, — задумчиво сказала Доротея, приподнимая словно бы по рассеянности подол ночнушки. — Да только я ведь не справочная служба.
— Я потом зайду. Отвечаю. Мне там только с персонажем одним встретиться нужно, перетереть кой-чего.
— С бабой?
— Не — мужик. Зуб даю. А потом — вот сразу же к тебе.
П**жу, наверное. Подзадолбался сегодня, да ещё трезвый, как стёклышко. Бутылочное стёклышко.
— Ладно, — вздохнула Доротея и отпустила ночнушку. — Тебе картинку нарисовать, или так, на словах сообразишь?
***
Собственно, логично. Обе курильни поставили на отшибе. Типа, чтоб детишкам глаза не мозолили. Логично — аж п**дец. А то, что город растёт, и сегодняшний «отшиб» завтра вполне может стать культурным и деловым центром — не подумали?
С другой стороны — чё там думать? Чай, не цемент настоящий разводят. Возьмут, как потребуется, мышкой и перетащат на нужное место. Впрочем — хер с ними, не мои проблемы.
— Сэр желает выкурить сигару или трубку? — спросил швейцар на входе.
— Экий ты пидор, — похвалил я дядьку.
В чёрной ливрее, белых перчатках, с моноклем.
— Сэр, вы меня оскорбили? — озадачился швейцар.
— Слышь, одноочковый, мне внутрь надо. Тебе заплатить, у**ать или проигнорить? Скажи сразу, сэкономь нам обоим время.
Пока непись о**евал, пытаясь просчитать линию поведения, я отодвинул его в сторону и вошёл в прокуренный нутрь.
— А ничё так, уютно, — сказал я, остановившись.
Типа как тот же бар, только вместо бухла — курево. Столики, за столиками народ тусит. Кто с кальяном, кто с сигарами, кто с трубкой. С сигаретами вот что-то никого не вижу. И все какие-то такие, с претензией, как пидарасы. Вот, вдали, кажется, Даймонд... Да х*ли «кажется»? Креститься, блин, надо, когда кажется! Ну-ка, ник над башкой? Вот! Даймонд, сука. Меня не замечает вроде. Да и х*й на него, мне пока и не надо. А с кем это он там тёрки трёт? Незнакомая пидарасина, и ник незнакомый — Хуан. Ладно, пока оставим.
— Сэр! — выросла передо мной ещё одна непись, на этот раз без монокля, но с усами и кругломордая. — Вас ожидают.
— Да уж надо полагать, полчетвёртого ночи, — хмыкнул я. — Веди, показывай.
Официант, или кто он там, провёл меня не в тот угол, где сидел Даймонд, чему я был только рад. Начнёт ещё таращиться, вопросы задавать, придётся ему гитарой в репу двинуть, а я-то человек мирный, мне оно надо вообще, а?
— Вот здесь, — указал официант на стрёмную тьму, стоящую столбом в углу.
Такое я уже видел. В том ссаном замке Дракулы, где мы с Коляном кошмарили. Помню, только сунулся — на меня оборотень налетел. Так себе воспоминаньице.
— А не на**ываешь ли ты меня, хер нарисованный? — прищурился я на официанта.
Официант, как и лакей на входе, растерялся. Эх, херово их тут готовят. Меня — категорически не держат. А казалось бы, я уж больше года тут отвисаю. Могли бы от самых простых вещей позащищать своих болванчиков.