Предсказание

– Звучит слишком просто. А не может быть наоборот: это чистая правда, а вы просто не можете понять, как оно действует?
Он глубоко вздыхает. Создается впечатление, что ему часто приходится убеждать людей в своей правоте.
– Все дело в том, что простые трюки всегда хорошо работают. Люди забывают о том, что не имеет к ним отношения. – Теперь он внимательно смотрит на меня. – Надеюсь, я не оскорбил вас? Не могу себя достаточно контролировать, когда говорю об этом.
– Никаких обид. Я никогда не была страстным сторонником магии.
– Да, а как же трагическая история с непарными носками? – спрашивает он улыбаясь.
– Так что же мы можем для вас сделать? – я стараюсь вернуть разговор в нужное направление, – зря он затронул тему носков.
– Хорошо бы найти побольше о жизни Кралла. Информация о нем частенько встречается в газетных статьях. Я бы сделал все сам, только перед сборищем этих магов на выходных совсем нет времени.
– Для нас такая гонка как раз кстати, – говорю я, записывая то, что он хочет узнать, и сразу запускаю поиск на компьютере. – У нас нет книги «Связи», но я закажу ее, и она будет уже послезавтра. Посмотрите, не упустила ли я чего-нибудь. – Я пододвинула к нему бланк заявки. – Когда вам необходимо готовое исследование?
– Ничего, если я попрошу на пятницу?
– Вовсе нет, только это будет стоить дороже из-за срочности работы.
– Без проблем. – Он вписывает контактную информацию в бланк заявки. Пользуется он серебряной перьевой ручкой. Обращаю внимание, что он оставил все возможные номера телефонов – домашний, рабочий, мобильный, я удивлена, что он не указал свои GPS-координаты. Когда он уходит, в магазине становится тише. Я решила сразу же взяться за его исследование. Возможно, удастся найти что-нибудь интересное. Например, как наслать порчу на Грудь-Дыню.
Мысль о пустом доме кажется слишком унылой, даже не хочется вспоминать об этом. Может, пойти в кино, на какой-нибудь документальный фильм или женскую комедию, посмотреть что-нибудь такое, что Даг ни за что бы не вынес. Стоило мне только выбрать фильм по своему вкусу, как он сразу делал такое лицо, будто я прошу его принять участие в пятнадцатичасовом киномарафоне, посвященном производству сыра. Если в фильме ничего не взрывается, никого не убивают, если в нем нет сцен с худющими моделями, снимающими или, наоборот, надевающими белье марки «Victoria’s Secret», тем самым заставляя отступить космических пришельцев, то это фильм не для Дага.
Нет, я наотрез отказалась сидеть дома и жалеть себя. Пойду-ка я поужинаю в какое-нибудь замечательное и очень дорогое место. Возьму книгу, что-нибудь очень серьезное, и закажу бокал хорошего красного вина. Официантке придется несколько раз просить меня сделать заказ. Я буду настолько погружена в книгу, что не услышу ее, а потом мы вместе посмеемся над этим. Присутствующие женщины, изо всех сил поддерживающие беседу с мужчинами, сидящими напротив них, станут смотреть с восхищением, по достоинству оценив мою независимость. Все будут завидовать тому, насколько я уверена и счастлива сама с собой. Еда окажется просто фантастической. Под конец я поразмышляю, стоит ли заказывать десерт, но героическим усилием воли откажусь от него и отправлюсь в кино, – это станет первым шагом на пути к моей новой, более стройной фигуре. Я посмотрю документальный фильм в кинотеатре через дорогу. Это будет замечательный вечер, такой, какого у меня никогда бы не было, если бы я сейчас бежала домой готовить ужин для Дага. Что ж, если он решил забыть о наших отношениях, то и я могу!
  
Глава 3
 
 
Рыбы: события сегодняшнего дня поставят под сомнение ваше решение – научитесь доверять себе. Окружающие постараются ослабить вашу уверенность, но вы должны прислушиваться к своим чувствам, а не к уничижительным комментариям окружающих.
 
В ресторане оказалось больше людей, чем я ожидала. Даже не думала, что в понедельник вечером столько людей ходит в ресторан! Неужто у них нет дома, куда можно пойти? Я стою возле стойки администратора с книгой под мышкой – это «Гордость и предубеждение». Читала ее тысячи раз. Для меня раскрыть эту книгу означает почти то же, что навестить старого друга, с той лишь разницей, что это еще и литературное произведение. Когда люди замечают, что ты читаешь Джейн Остин, ты сразу в их глазах становишься интеллектуалкой с утонченным вкусом. Готова спорить, Грудь-Дыня не читала Джейн Остин. Вообще, я подозреваю, что она ничего не читает. Однозначно, она из тех, кто смотрит по телику реалити-шоу. То ли дело я: никогда не смотрю весь этот телевизионный мусор. Ну хорошо, признаюсь: да, я смотрела пару реалити-шоу, но только чтобы убедиться, как сильно испортилось телевидение. Так что это вовсе не означает, что я интересуюсь всякими шоу. Ну, может, «Холостяк». Но это единственное исключение. У каждого есть свои слабости.
 
– Вы заказывали столик? – спросила администратор. Не могу сразу сообразить, что ответить ей на этот вопрос, – я слишком занята разглядыванием ее фигуры: она невероятно худая. Если я буду держать книгу за ее спиной, то все равно смогу читать прямо через нее. У меня запястья шире, чем ее бедра. Да ни один взрослый человек не может быть настолько худым! Скорее всего, она или нарушает один из законов о детском труде или просто прилетела сюда из индустрии моды. Удивительно, что ее взяли на работу в ресторан, – это же просто ходячая реклама голодания. Мне кажется, она какое-то время и близко к еде не подходила. Внезапно даже захотелось дать ей денег.
– Нет, не заказывала: не думала, что это необходимо.
– Что ж, попробуем разместить вас. А сколько еще человек с вами?
– Ну, со мной никого. Я одна. – Я подняла книжку, так чтобы она смогла ее увидеть. Я старалась выглядеть интеллигентной и умной, что-то вроде профессора из колледжа, которая весь день доносила знания молодому поколению страны или только что закончила работу над переводом древнейшей рукописи.
– Вы ужинаете в одиночестве? – еще раз спросила она, широко раскрыв глаза от удивления. Если бы скулы на ее лице не выделялись так же сильно, ей бы следовало опасаться, что глаза просто вывалятся и разобьются, ударившись о пол. Смотрела она на меня так, словно я попросила у нее какое-то непристойное блюдо из овощей.
– Да, именно так, – сказала я, понижая голос. Я уже стала подумывать, что, наверное, было бы лучше просто сходить в «Макдоналдс», и к черту диета. Там никто и никогда не посчитал бы социально некорректным поступком поедание гамбургера в одиночестве. Администратор оглянулась в поисках кого-нибудь из персонала. Выглядела она совершенно растерянной. Я, честно говоря, полагала, что в таком шикарном заведении проводят тренинги для персонала, обучая их поведению в нестандартных ситуациях.
– М-м-м, подождите здесь минутку. Думаю, наверху у нас есть несколько столиков, которые могли бы вам подойти. – Она все еще в растерянности смотрела по сторонам. – Я сейчас вернусь. – Девушка улыбнулась, но не посмотрела мне в глаза. Она вела себя так, будто я пришла сюда одна впервые. Очень странно – это же так часто показывают в кино.
Сквозь папоротники, растущие в горшках, я заглянула в главный зал: ни единого столика, за которым бы сидел только один человек. Там были столики, занятые смеющимися парами, семьями, большими группами людей, вероятно друзьями. Минутку – я выдохнула с облегчением, – вон там, в конце зала, человек ужинает тоже в одиночестве. Я присмотрелась повнимательнее. О Боже! Я даже повернулась вокруг своей оси, чтобы восстановить дыхание. Там, в конце зала, сидел Даг – совершенно один. Я пыталась придумать, как лучше поступить. Подойти к нему, улыбнуться и сказать: «Кажется, мы оба ужинаем в одиночестве, может, присоединишься?» Нет, как-нибудь более сексуально, например так: «Может, вместо ужина тебе нужна компания?» Нет, это не в моем стиле. Нужно что-то более откровенное: «Мы с тобой пришли сюда по одному, но можем уйти вместе». Ох нет, я так не смогу. Лучше пойду сяду за свой столик, поужинаю, почитаю, как и хотела, притворюсь, что я его не вижу. И вот тогда, когда Даг увидит меня, спокойную и уверенно ужинающую в одиночестве, заметит, что все вокруг глядят на меня как на загадочную женщину, он наконец поймет, какую ошибку совершил. Он подойдет к моему столику, наклонится, чтобы быть как можно ближе, и, слегка запинаясь, прошепчет: «Софи, ах, Софи… Я…»