Малыш от чужого папы. Неслучайная связь

- И поэтому ждала меня? – кивает на диван с насмешкой.
- Не ждала, - складываю руки на груди. - Как ты вообще оказался там на ночь глядя?
- Поехал по работе и задержался из-за ливня, - выпаливает он.
Невольно вспоминаю наш разговор на скале. Случайно оброненную мною фразу о то, что «какой-нибудь умник решит там отель построить». И надрывный кашель Мейера.
- Ты ведь не собираешься ничего строить у скалы? – прищуриваюсь с подозрением.
- Нет, - с ответом не медлит, а вот в глаза мне не смотрит.
- Когда ты дашь мне на проверку второй проект? – изгибаю бровь.
- Позже, - поднимается и протягивает мне ладонь, все еще прохладную. Согреваю ее своей. – Иди ложись, - шепчет Артур, когда я встаю и оказываюсь почти вплотную к нему.
Смотрю на цербера, затаив дыхание. Волосы влажные, костюм в подтеках воды. Мейер не такой, как в нашу первую встречу, но и на самого себя, делового и идеального, сейчас слабо похож.
- Тебе бы переодеться, - морщусь скептически.
- Этим и займусь, - улыбается так тепло, что хочется ответить, но я подавляю неуместный порыв. - Иди. Прямо и направо есть свободная комната. Уютная, с удобной кроватью.
- А я… Могу пойти к бусинке? Кхм, - исправляюсь, чтобы он из вредности не запретил. - К Софи?
- Но там же…
- Поместимся, - понимаю, что Артур имеет ввиду. - Она грозы боится. Вдруг опять начнется, а меня рядом нет.
- Хорошо, - прячет руки в карманы. - Как хочешь.
Ошеломленно округляю глаза, не верю столь быстрой победе.
- Угу, - мычу я и разворачиваюсь.
Направляюсь в комнату Софи, но Мейер вдруг обхватывает мое запястье.
- Лиля, - окликает он, заставляя оглянуться. - Извини, - притягивает к себе. - Я не должен был так грубо говорить с тобой вчера.
- Не должен был.
При внешнем равнодушии внутри у меня все горит. Железный цербер извинился? В непробиваемой оболочке образовалась брешь?
- Просто есть темы, которых лучше не касаться, - мгновенно возвращает он броню на место.
- Например, о твоей жене? – подписываю себе приговор. - Которую ты на пушечный выстрел к собственной дочери не подпускаешь? И Софи пугаешь своим бешенством!
- Лиля, - едва сдерживает гнев. - Она предала нас и сбежала. Ей нечего делать рядом с Софи.
- Она мать, и не тебе решать, общаться ли ей с дочерью, - никак не могу угомониться. – Я и сама готова сбежать от тебя, цербер! Как можно дальше…
- Тем не менее ты здесь, - выдает последний аргумент.
- Не принимай это на свой счет. Я здесь ради бусинки, - парирую я.
Напряжение между нами нарастает. И когда мы оба готовы воспламениться, Артур вдруг обводит меня жадным взглядом, чуть наклоняется и…
Целует.
Распахиваю глаза, но сразу же прикрываю их. Растворяюсь в ощущениях.
Цербер осторожен и нежен сейчас. Полная противоположность тому зверю, каким он был ночью в отеле. Будто и правда извиняется.
Каждым своим действием и прикосновением.
Приятно сжимает мою талию, ласково проводит по мне руками и приподнимает футболку. Забирается под ткань, скользит к животику, касаясь голой кожи. Но я вдруг дергаюсь и импульсивно напрягаю пресс.
- Ты холодный, - попискиваю я.
- Прости, - отвлекается на миг и опять овладевает моими губами, заставляя замолчать.
Но руки убирает. Буквально на пару секунд, чтобы поправить мою футболку и вернуться. Теперь исследует тело через ткань. И это оказывается еще волнительнее. Особенно, когда он поднимается к груди.
Неконтролируемый стон вырывается наружу и поглощается глухим рыком Артура.
- Лиля, - отстранившись буквально на пару миллиметров, выдыхает мне в губы. – Не связывайся с Волковым.
Пытаюсь восстановить дыхание, собрать разбежавшиеся мысли и вникнуть в его слова. Что? Какой Волков? Кто это вообще? И зачем он нам сейчас?
Растерянно взмахиваю ресницами.
- Почему? – становлюсь на носочки и сама целую цербера, но тут же отклоняюсь в ожидании ответа.
Ожидаю увидеть на его лице что-то, хотя бы отдаленно напоминающее ревность. Но меня пронзает привычной сталью. Такой острой, что чувствую почти физическую боль.
- Потому что Волков никогда и ничего не делает просто так. Он слишком навязчив в общении с тобой. Ему нужно что-то, но я пока не понимаю, что именно… - хмыкает задумчиво.
Я же тем временем захлебываюсь обидой. Отталкиваю Артура, демонстративно вытираю губы тыльной стороной ладони, что не укрывается от его внимания.
- То есть ты в принципе не допускаешь мысли, что я могу понравиться мужчине? – едва ли не вскрикиваю, но, подумав о спящей Софи, понижаю голос. - Ночь провести со мной можно, но не более того?
- Я этого не говорил, - тяжело вздыхает Артур и отрицательно качает головой.
- А тебе не нужно ничего говорить, цербер! – взмахиваю рукой. - Достаточно твоего взгляда. Презрительного. Который преследовал меня с того самого момента, как мы встретились в доме отца. Изо дня в день. Ты смотришь на меня так, будто я - грязь на твоем пути.
- Неправда. Ты все неправильно воспринимаешь, Лиля, - ровно и спокойно. А меня его внезапная невозмутимость еще больше бесит. И я уже не могу остановиться.
- Да, я оступилась. Мне было плохо тогда. Очень. По личным причинам, - прячу взгляд. – А ты оказался рядом. Я ошиблась, выбрав тебя, Мейер! – бью его ладонями в твердую грудь, шлепая по влажной одежде, и только потом осознаю, что проговорилась. Но Артур ничего не заметил.
Да, я выбрала его. Отцом моего ребенка. Однако чуда не случилось. Значит, не судьба. И это к лучшему. Страшно подумать, в какую грязь бы он меня втоптал, узнав о беременности. А потом бы еще и ребенка забрал, как Софи у матери.
Всматриваюсь в его хмурое лицо и не понимаю, зачем тянусь к зверю. Почему плавлюсь, стоит ему поцеловать меня. Мазохистка какая-то! Лишенная гордости.
- Я сто раз уже пожалела о нашей ночи. И только что был сто первый! – шиплю на Мейера.
- Лиля, прекрати, - хоть и мягко говорит, но приказные нотки прослеживаются, что невероятно раздражает. – Успокойся и послушай…
Заключает мое лицо в потеплевшие ладони, но я тут же отбрасываю их. Пячусь назад.
- В общем так, господин Мейер, - проговариваю на выдохе. – Мы с вами забываем о той ночи, будто ее и не было никогда, - он кривится и поскрипывает зубами от моего предложения, но я не останавливаюсь. – Отныне я не лезу в ваши отношения с женой…
- Их нет, - перебивает меня, но я осекаю его жестом.