Любовь, как спичка!

— Валери, все произошло стремительно. Он просто вылетел со встречки на нас. Тимур ехал в первой машине.
— Как так получилось? — не понимала я. — Водитель не справился с управлением? Пьяный?
— Пока не ясно… — задумчиво произнес Салим.
— Почему? Его не задержали? — недоумевая спросила я.
— Валери, он разбился насмерть. Будет экспертиза тела и машину тоже осмотрят.
— Кошмар! Подожди, Тимур тоже был за рулем? — пытаясь хоть немного разобраться, узнавала я.
— Нет. Он сидел на заднем сидении вместе с каким — то мужчиной. А впереди сидели водитель и один из охранников. — немного помолчав, он добавил. — Они тоже не выжили. Удар был сильным.
Боже, я схватилась за голову! Шумно дыша, пытаясь сдержать слезы. Как же так?! Столько смертей в один миг… Только мгновение и троих людей уже нет! Насколько человеческая жизнь хрупка..
— А где мальчики? — спохватилась я.
— Они в порядке. Отправились следом за скорой помощью с охраной. — ответил Салим.
— Хорошо. — облегченно вздохнула я.
— Подожди Салим, ты сказал, что на заднем сидении вместе с Тимуром был мужчина? Это точно? Ведь с ним хотели поехать мальчики? Я еще слышала по телефону, как они спорили на заднем плане, кто поедет с отцом… — боясь, что Салим не договаривает за мальчиков, спрашивала я.
— Нет, никого из ребят не было в той машине в момент аварии. — задумываясь о чем — то, проговорил Салим. — В последние минуты перед выездом, к Тимуру подошел мужчина и сел к нему в машину. Мальчиков, Тимур попросил посадить к себе.
Оставшуюся часть пути мы просидели в молчании. У каждого мысли были заняты случившемся.
Каких- то еще минут десять и мы подъехали к больнице.
Забежав по ступенькам, мы направились к регистратуре. Там уже находились и мальчики, и охрана. Увидев меня, ребята кинулись ко мне. Боже, у меня сердце начало разрываться еще сильнее, как только увидела их лица. Боль, страх… Но внутри, сжала себя всю в комок, и дала себе настрой — не сейчас, не реветь, держаться.
Узнав у медсестер, что у Тимура черепно- мозговая травма и множество осколочных ранений, стали ждать. Он был на операции. Больше информации не было. Но нужны были документы Тимура.
Поговорили с Салимом, решили, что он и несколько человек из охраны остаются со мной. А несколько едут с Адамом и Тамерланом домой, за документами и за вещами мне и Дени. Он не в какую, не хотел ехать домой. А сейчас у меня не было сил настаивать.
Я позвонила Хаве и попросила собрать вещи, сказала и где взять документы. Говорила и как — будто слышала себя со стороны. Это ведь не я!?? Это ведь не могло случиться с нами?!
Но прошел один час, а ситуация так и не поменялась. Никто к нам не выходил. Мы все также ждали.
Адам с Тамерланом еще не вернулись. На меня смотрели все кому не лень. Я ведь до сих пор была в свадебном платье. Но мне было все равно. Я то сидела в кресле, то вскакивала и ходила по коридору, то брела к окну. Меня всю трусило изнутри. У меня начиналась истерика. Первый шок сошел и информация словно достигала моего мозга, а точнее сердца. Одна моя часть еще не принимала, того что произошло, а другая старалась верить в самое лучшее.
Шло время, но нам лишь говорили, что идет операция и надо подождать. Это был мой персональный АД. Ведь, ты знаешь, что твой любимый человек сейчас борется за жизнь, а ты никак не можешь ему помочь. Даже, не можешь быть рядом с ним.
Я уже не старалась держаться, просто не могла. Слезы постоянно текли из моих глаз. Я только постоянно повторяла про себя: " Пожалуйста, спасите его! Не забирайте его у меня!"
Прошло четыре часа с момента, как Тимур попал в больницу. Мы все также ждали. Мальчики давно вернулись к нам. Мне привезли обычный серый спортивный костюм. Я переодевалась на автопилоте. Мальчишки поочередно подходили ко мне и обнимали. Мне хотелось их поддержать, но все, что я могла, это только покрепче обнять в ответ. Молчала я, молчали и они. Мы будто боялись сказать не то, боялись признаться в самых больших наших страхах. Боялись призвать их к нам. И наше молчание и было борьбой с ними, что велась в душе у каждого из нас.
Мне предлагали поесть, выпить хотя бы чай или кофе. Я от всего отказывалась. Мне не хотелось даже воды. Все мои рецепторы были словно отключены.
Я стояла возле окна, но не видела ничего. Знаете, такое ощущение, взгляд расфокусирован и ты смотришь, но не видишь. Вокруг только серое пятно…
Все ли невесты плачут на свадьбе?
Возможно… Мои же слезы, скатываясь по лицу, были слезами боли.
Я тихо шептала одними губами..
— Что ты делаешь, мам? — спросил меня Дени, подойдя ко мне.
— Молюсь сыночек — сказала я, притягивая его ближе.
— Кому?
— Всем, кто услышит… — горько ответила я.
    
Глава 39
Сумерки начинали сгущаться. На наступление вечера указывала темнота, что начала поглощать город, вступая в свои права. Она постепенно проникала и в меня… Медленно сантиметр за сантиметром поглощая веру, в то, что этот день закончится положительными новостями.
Но только свет в окошках, как и Свет в моей душе, все еще был и давал надежду на лучшее..
Мы сидели на диванчиках в холле. Одной рукой я прижала к себе Дени, настолько крепко, насколько смогла. За другую, меня держал Тамерлан. Как бы мне хотелось отгородить моих мальчиков от всего этого, но это было не в моих силах.. Время словно остановилось в тягостном ожидании, только стрелки часов продолжали свой ход, указывая на реальность. На ту реальность, которую мы бы и в страшном сне, не хотели видеть.
И здесь тишину позднего вечера, нарушили шаги приближающегося к нам мужчины. Топ. топ. топ… Отдавались они эхом в пустынном коридоре.
Вы подумали, что это Тимур? Ооо, я бы многое отдала, чтобы это оказалось так….! Чтобы мне сказали, что это была какая — то злая шутка, неудачный розыгрыш! Но увы… Это была правда!
К нам подходил мужчина лет пятидесяти в белом халате, высокий, худощавый. С начинающейся проседью в волосах и с легкими морщинами на уставшем лице. И, как выясниться позже, это лицо я буду видеть часто в ближайшее время.
Он направлялся к нам, и мы все поднялись со своих мест. И мне кажется, что я затаила дыхание, пока он не приблизился к нам и не заговорил. Он сказал, что операция закончилась и Тимур жив. Мы все громко выдохнули, так как только и ждали этих слов.
Алаудинов Эмин Салмонович. Именно так он представился. Добавив, что он один из врачей, которые оперировали Тимура.
— Валерия Удаева, супруга Тимура. — представилась я в ответ.
— Давайте отойдем в сторону — попросил Эмин Салмонович, увидев стоящих рядом детей.
По его взгляду, я поняла, что ситуация не так проста, как нам бы хотелось. Оставив мальчиков с охраной на трясущихся ногах я пошла следом. Салим тут же оказался рядом и сжал мою руку, чуть выше локтя. Я никак не отреагировала, но в душе была благодарна за его поддержку.