Искра

— Что-то интересное? — Райдер уже закончил свою стопку и теперь с любопытством смотрел на меня.
— Что?.. О да! — зашелестела я бумагой, приподняв уголки губ. Леди не хмурятся. — Из-за новой книги месье Виктор стал затворником и даже обрил себе голову, чтобы не покидать парижской квартиры!
— Ох уж эти творческие люди, — хмыкнул маг. — Поменяемся? Или в шахматы?.. Этансель, хотите апельсин? — упал мне в руки кроваво-красный тарокко. Из кухни донесся возмущенный крик миссис Ллойд и мужчина в притворном ужасе закрылся газетами.
Кажется, магу действительно было одиноко. Из обмолвок Райдера я поняла, что раньше его всегда окружали люди — в Ландоне, где он был вхож в джентльменские клубы и на приемы, затем в Хиндостане, в полку. А из-за, образно выражаясь, болезни, маг оказался в полной изоляции. Все друзья, кроме подарившего игрушку Уилбера, исчезли. Визитов ему не наносили, писем не слали. Как никто из друзей тети и дяди не пришел и не написал мне, когда я оказалась в приюте.
Одиночество — страшная штука. Уж я-то знаю.
Забивая, заглушая его, мы допоздна засиживались в гостиной над черно-белым шахматным полем — Райдер поддавался, и партии растягивались на часы. Читали по ролям пьесы, подолгу гуляли вокруг дома, а оказавшись в тепле, вместе грели руки у камина. Или у печи — если миссис Ллойд не выгоняла нас из кухни.
Несколько раз я находила на полу чешуйки. Крупные, жесткие, они были похожи на зеленоватых жуков. И так же громко захрустели под ботинком, когда я случайно наступила на них. Ойкнув, я отпрянула и врезалась в Райдера.
— Все в порядке? — подхватил меня маг, не позволив упасть. Увидел чешую, ругнулся и ногой затолкнул ее под софу. — Хорош бы я был сейчас где-нибудь у вице-короля. «Мистер, это не вы обронили?» — передразнил он лакея. — …Сыпется, — пожаловался маг. — И зудит, — потер щеку под маской.
— Может, снимете? — кивнула я на черный бархат, закрывающий половину лица. — Я не испугаюсь, правда, — сказала я прежде, чем подумала. А потом поняла, что действительно не боюсь. Чешуя на лице — это не обрезанный нос Сьюзан. Слава Триединому, Райдер не имеет ни малейшего отношения к чудовищам, порожденным Уайтчепелом.
— Не стоит, — покачал головой маг, и его глаза потемнели. — Мне не нужна жалость, Этансель.
— Я не…
— Превосходно. — А рыжие пятнышки вокруг зрачка стали ярче. Я вспомнила, как разгорались глаза Уилбера, и замолчала.
Райдера я действительно не жалела — он жив, он выздоравливает, он силен и небеден, к чему жалость? — но сочувствовала. Жить, дышать, творить, быть самим волшебством и воплощенной свободой, а потом оказаться запертым в глуши — это больно. Как лишиться руки. Или семьи…
Отблески пламени плясали на полированной шахматной доске, рельефно высвечивали высокие скулы Райдера, упрямый жесткий подбородок и крупный рот. Плечи широкие, обтянуты белой рубашкой с воротником-стойкой, прикрывающей шею. Не по моде длинные темно-русые волосы собраны в низкий хвост, выбившиеся пряди маг заправляет за уши правой рукой. На левой тонкая замшевая перчатка. Райдер старается ей не пользоваться — всякий раз, когда он шевелит пальцами, бежевую кожу натягивает выпуклый узор чешуи.
Маг перехватил мой взгляд, и я опустила ресницы.
— Вам шах, Этансель.
Пожертвовав конем, я вывела короля из-под угрозы.
— Шах.
Минус ладья, зато Его Величество счастливо сделал скипетром из-за спины ферзя.
— Шах и мат.
Опять!
— Как вы это делаете?! — стукнула я высокой, в треть фута, фигурой по доске. Единорог упал, покатился, сверкая хрустальным рогом. Мы с Райдером одновременно бросились ловить его и, столкнувшись руками, смахнули выстроившиеся клином пешки.
Ладонь мага, накрывшая мое запястье, была обжигающе горячей.
— Извините, я все соберу, — смутилась я, поспешно сползая на пол.
— Я помогу.
Мужское дыхание качнуло тонкие волоски у меня на виске. Маг опустился близко, очень близко. Так близко, что я почувствовала тепло его тела и легкий свежий запах одеколона. И смотрел он совсем не на рассыпанные шахматы.
Во рту пересохло. Он меня что, целовать собрался? Я не хочу!.. Меня уже целовали, мне это не нравится! Это больно, противно, я… Я даже сбежать не могу, здесь не подняться! — в панике застучало в висках. Он же обещал, он Королеве клялся!.. Скрытое маской лицо оказалось в дюйме от меня, и я, не придумав ничего лучше, зажмурилась.
Губы мага были теплыми. Не поцелуй — просто осторожное касание. И бархат маски по моей коже.
…все? Слава Богу!
Не всё. Неожиданно мягкие, совсем не такие, как у Уилбера, губы прижались к моим, согревая их дыханием. Горячая ладонь погладила щеку, чуть приподняла подборок, и поцелуй стал крепче. Мужской рот требовательно накрыл мой, раздвинул губы, поймал испуганный стон и умерил напор, лаская и успокаивая.
Я затихла, принимая поцелуй Райдера и понимая только то, что мне не больно. И что маг не лапает меня и не лезет под юбку. Если так, то я потерплю.
В тот момент я видела нас будто со стороны — себя, перепуганную девчонку, забившуюся в угол между креслом и стеной, и мужчину рядом, наконец-то оторвавшегося от моих губ.
— Искра, — прошептал Райдер, — отомри. — И дунул мне в нос.
Я сглотнула, глядя на мага.
— Не удержался, — чуть улыбнулся он. — Ты очень красивая, когда злишься… Первый раз, м? — полуутвердительно спросил маг.
Я кивнула. Не рассказывать же об Уилбере.
— Надо же. — Улыбка стала шире. Райдер вытащил из-под ноги пешку, поставил ее на стол. — Продолжим?
— Да… — с облегчением сказала я.
Решив, что он говорит о шахматах, я потянулась за остальными фигурами и тихо ахнула, когда маг накрыл мой рот поцелуем. Другим. Нежным, приятно-неторопливым и очень собственническим. Я почувствовала это, даже несмотря на неопытность — Я первый, значит, мое.
Щеки вспыхнули. Я уперлась в его грудь,
— Мистер Райдер!
но маг осторожно сжал мои запястья и опустил их, притянул меня к себе. Снова склонился к губам — я задрожала от долгой и очень настойчивой ласки, завертела головой, пытаясь глотнуть воздуха.
— Мистер Райдер…
— Александр, — поправил маг. — Ты права, пожалуй, нам стоит остановиться, — отпустил он меня, и только сейчас я сообразила, что практически лежу у него на руках.
Я отодвинулась, неловко собирая рассыпанные пешки, под внимательным взглядом мага составила их на стол и встала, пряча руки.
— Я… Я пойду к себе. — Попыталась сказать твердо, но вышло жалко.
— Я провожу, — потянулся к свечам Райдер, но я уже бежала по лестнице в спасительную темноту спальни.