Сонный Дом
…Из огромного клубящегося облака со звоном и грохотом вылетел трамвай. Проезжая мимо Фини, трамвай резко затормозил – передние двери открылись прямо перед ней, приглашая войти. На водительском месте сидел хаски в синей фуражке. От удивления Фини вытаращила на него глаза. Черная труба, санки, скрежет и грохот – все исчезло, будто она оказалась в другом сне. Единственным связующим звеном был трамвай. Правда, ее смущало, что водитель его – собака, к тому же очень суровая на вид.
– Какой трамвай вам нужен? – строго спросил хаски и поправил фуражку привычным жестом.
– Мне нужен трамвай номер семь, – ответила Фини.
– Заплатите, – сказал он еще строже.
Фини пошарила в карманах. Кажется, она использовала все подарки.
– Отдайте ваш кленовый лист, – неожиданно попросил хаски.
– Но я не могу! – запротестовала Фини. – Ведь это лунный знак… У меня сейчас нет денег, может, прислать их вам позже?
– Нет.
– Я могу отдать вам свои зеленые кеды.
– Мне они не нужны.
Фини лихорадочно соображала.
– А может, я смогу сотворить для вас сон?
– Ни в коем случае!
Кажется, вагоновожатый хаски начал терять терпение.
– Так вы едете или нет? – сердито спросил он.
– Хорошо.
Решительно отколов брошку с кленовым листом, Фини протянула ее хаски. В конце концов, она здесь, чтобы спасти Кая. А разве может вещь, даже самая ценная, сравниться с ценой человеческой жизни? Она отдала бы десяток лунных знаков, лишь бы найти Кая и вытянуть его наверх.
– Спасибо, – вежливо поблагодарил хаски и нажал какую-то кнопку на панели управления. На табло трамвая зажглась цифра «семь».
– Вы садитесь или нет? – поторопил он Фини, которая так и стояла с лунным знаком в протянутой руке.
– Но вы же не взяли плату? – изумилась девочка.
Хаски сердито поправил фуражку, надвинув ее на самый нос.
– Вы уже заплатили искренним намерением отдать очень ценную для вас вещь. В сонном мире лунный знак – самый дорогой товар… Итак, куда или к кому вас отвезти?
– К Каю… – осмелев, попросила Фини. – Отвезите меня к Каю Люстеро.
Она думала, что хаски вновь рассердится, но тот кивнул и махнул рукой, приглашая войти. Фини взобралась по ступенькам в салон и села на переднее сиденье возле самых дверей. Двери мягко и бесшумно закрылись, прозвенел звонок, трамвай дернулся и, быстро развивая скорость, въехал в облачный туман.
Мимо проплывали странные острова. На одном из них Фини увидела фантастический город, где дома располагались на деревьях, на другом – скалистые пещеры из цветного стекла, громоздящиеся одна над другой, с третьего падал искристый водопад, над ним вились яркие птицы. Некоторые острова имели форму шара или многогранника, а на плоском, как тарелка, острове, свесив толстые когтистые лапы, спал гигантский дракон. Вслед за ним пролетел огромный лабиринт-пирамида.
«Наверное, это сны», – решила Фини. Она вспомнила слова Кая, что сны похожи на острова и что к его трамвайной остановке часто прилетают разные сны, а иногда он творит свои собственные или путешествует по чужим.
Чтобы отвлечься от грустных мыслей, Фини вновь принялась наблюдать за островами и вдруг на одном из них увидела девочку в лоскутном сарафане. Ее длинные синие волосы развевались на ветру. Когда остров подплыл ближе, Фини с удивлением узнала в ней себя.
Интересно, это чей-то сон? Или какая-то странная игра ее воображения? В конце концов, это же Снореальность, здесь может быть что угодно…
Словно в подтверждение этих слов она вдруг оказалась на конечной трамвайной остановке. Тускло блестели в свете желтых фонарей металлические рельсы, сияли чистотой скамейки для ожидающих свой трамвай пассажиров, стояла стойка с газетами и журналами, а где-то играло старое радио.
Но больше всего Фини понравился дом – небольшой, аккуратный, под зеленой черепичной крышей. Фини подошла к двери, но та оказалась заперта. Обойдя остановку, Фини обнаружила, что рельсы огибают платформу по кругу, соединяясь в кольцо. Это ее немного озадачило. Выходит, сюда можно приехать, но невозможно уехать? Или же ей вновь понадобится чья-то помощь…
В раздумьях девочка вернулась к дому. В единственном окне горел свет, но обстановку комнаты скрывали плотные занавески.
Фини кинула взгляд на скамейку, стоявшую под самым окном, и вдруг застыла от изумления.
Кай сидел на скамейке, прислонившись головой к стене дома. Глаза его были закрыты.
Фини бросилась к нему и схватила за руку. Та оказалась холодной, а пульс на запястье почти не прощупывался. Тогда Фини принялась тормошить его, но безрезультатно – Кай находился в глубоком беспамятстве.
По лицу Фини покатились крупные, как горошины, слезы, и она не собиралась их сдерживать: Кай жив! Осталось вытащить его наверх, подальше от этой проклятой Глубины с ее страхами, колодцами и кошмарами.
Она закинула руку Кая себе на плечо, обхватила его за пояс и с трудом потащила к перрону.
К ее удивлению, там снова стоял трамвай. Только на его табло горела цифра «один». Водитель-хаски вопросительно посмотрел на нее, по-видимому, ожидая указаний.
– Отвезите нас на самый первый уровень, – попросила Фини. – Лучше всего к «Мозаике»… Вы сможете?
Хаски-водитель понимающе кивнул, закрыл двери, дал звонок и повел трамвай по одному ему известному маршруту.
Фини пристроила голову Кая у себя на коленях. Он был очень бледен, глаза его по-прежнему были закрыты, белые волосы разметались по лбу. Только на щеках проступал лихорадочный румянец.
«Только бы получилось, – отрешенно думала Фини. – И почему он послал знак мне?»
Ведь он мог попросить о помощи Кайлиха или Власу, да любого из своих друзей. Но почему-то доверился ей… Как Фини ни силилась разобраться, она так и не могла понять причину. Может, Кай смог пробиться только в ее сон? Впрочем, она сделает все, чтобы его спасти! Ведь он рискнул жизнью ради того, чтобы помочь ей забрать Сонную Руку…
Фини вдруг поймала себя на том, что с нежностью гладит его по волосам, убирая пряди с бледного лица, и невольно покраснела.
Внезапно трамвай резко затормозил. Фини еле успела ухватить покачнувшегося Кая за плечи. Она глянула вперед и обомлела: трамвай попал в гигантскую паутину. Аккуратно переместив голову Кая на спинку сиденья, она пробралась к водителю, намереваясь спросить у него, что происходит.
Тот сидел неподвижно, устроив руки в черных кожаных перчатках на панели управления.
– Вы не знаете, что это? – спросила Фини, тыча пальцем в толстые нити, продолжающие оплетать кабину трамвая.
– Знаю.
Фини отпрянула. Еще не веря, она с ужасом наблюдала, как из-под фуражки вагоновожатого хаски на нее глянуло знакомое лицо с немного выпуклыми равнодушными глазами.