Сонный Дом

– Вообще-то не соврал. Господин Кайлих здесь и правда не живет. Этот Дом он снимает… А на твоем месте я бы сейчас дал стрекача отсюда, пока этот занудливый…
– С кем это ты разговариваешь?
– Поздно, – притворно вздохнул Айс.
На пороге дома вырос Филип. С момента их встречи на торжестве он ничуть не изменился – такой же колючий взгляд черных глаз, тонкие губы, прямой нос. Сердитое лицо обрамлено темными кудрями. Наряд аккуратный – рубашка, штаны и узорчатая жилетка, из кармашка которой выглядывала цепочка часов.
– Привет, Филип, – сказала ему Фини как можно дружелюбнее. – Как поживаешь?
Судя по всему, парень ее не помнил, но повел себя так же, как в прошлый раз.
– Откуда ты меня знаешь, чужачка?!
Это было сказано надменным, чуть ли не брезгливым тоном. Фини невольно порадовалась, что, как и все, Филип забыл про ее титул Хозяйки Старейшего Сонного Дома.
– Язык проглотила? – не отставал Филип. – Ты кто такая?
– Воу-воу-воу, полегче. – Айс придержал его за плечо, потому что он явно вознамерился спустить гостью с крыльца.
Но Фини не собиралась сдаваться.
– Я хочу создавать сны, – твердо заявила она. – Такие, чтобы не развеивались… Поэтому я пришла поговорить с господином Кайлихом.
– Кто тебе нашептал про этот дом? – продолжал напирать Филип. – Как ты здесь очутилась? И почему ты решила, что господин Кайлих тебя примет?
Фини пожала плечами. Она сама не была в этом уверена, но не признаваться же этому зануде, как верно окрестил его Айс.
– Твое счастье, что господина Кайлиха нет, – продолжал злиться Филип, – иначе ты давно уже вылетела бы из Снореальности, даже моргнуть не успела. Он прогоняет всех, кто приходит без приглашения. Ты не сможешь вернуться в Снореальность как минимум неделю, а может, и месяц! Так что иди, пока цела.
Фини вспыхнула. Похоже, толку от этого разговора не будет.
– Прости наше недоверие, синевласка, – вдруг поддержал его Айс, – но к Кайлиху постоянно подсылают шпионов. Приходят такие вот милые девчонки, а потом все рассказывают своим менторам. Правда, ты самая симпатичная из всех, кого мы видели, – улыбнулся он, очевидно, пытаясь сгладить свои слова.
А может, раз этот Филип здесь, то и Власа тут?
– Раз я не могу даже зайти в дом, то позовите, пожалуйста, Власу Валенте, – попросила она, обращаясь только к Айсу. – У меня действительно важное дело.
– Так вот кто проговорился! – неожиданно просиял Филип. – На этот раз птичке точно несдобровать, уж я постараюсь!
– И зачем ты подставила нашу дриму, а? – посетовал Айс. – У нее и так полно проступков. А этот выскочка обязательно наябедничает.
Фини вконец растерялась. Откуда же она могла знать, что между ребятами свои разборки? Ей точно не хотелось портить жизнь Власе, но и сдаваться она не собиралась. Чтобы вернуть Сонную Руку, ей нужна помощь господина Кайлиха. Кто знает, выпадет ли еще шанс попасть в это странное место? Сны так непредсказуемы…
– Так Власа здесь или нет? Можно, я войду?
Фини даже занесла ногу на порог, но Филип грубо столкнул ее, полностью загородив дверь.
Это не понравилось Айсу.
– Веди себя прилично, Филип, иначе я тебя самого тресну как следует.
Вместо ответа Филип ушел в дом и так хлопнул дверью, что Айс вывалился наружу, – Фини еле отскочила.
– А ну открывай, придурок!!!
– И не подумаю, – приглушенно отозвался Филип. – Обнимайся со своей новой подружкой!
Айс рассердился. Он расставил ноги, согнул руки в локтях, как штангист перед поднятием штанги, и в его ладонях вспыхнуло по костру. Он глухо зарычал, сложил пламя вместе и, описав рукой круг перед дверью, как жахнул по ней огненным вихрем!
У Фини даже дух захватило! Она еле сдержалась, чтобы не зааплодировать, – вышло потрясающе!
Впрочем, дверь обуглилась, но выстояла.
– Перестань портить дверь! – донесся с той стороны голос Филипа. – Иначе я за себя не отвечаю.
Айс нахмурился еще больше: в его руках появилась небольшая кисточка. С виду – обыкновенная, но ее волосяной пучок весь пропитался ярко-зеленой краской, капавшей на крыльцо. Парень взмахнул кисточкой и принялся быстро-быстро рисовать на двери побеги с продолговатыми зубчатыми листьями. Когда почти все дверное полотно стало зеленым от листьев, он снова встряхнул кистью, и ее волосяной пучок вдруг окрасился в розово-белый цвет. Вскоре вся дверь была разрисована листьями и цветами, которые казались живыми. Судя по всему, Айс был отличным художником.
– Лучше тебе отойти назад, – посоветовал парень, не оборачиваясь. – Они хищные, кого первым учуют, того и схватят.
И сам тоже сошел с крыльца.
Фини раскрыла глаза от изумления: побеги ожили, зазмеились, расходясь в разные стороны, ощетинились острыми длинными шипами, а розоватые цветы один за другим свернулись в острые трубочки и налились густым и насыщенным рубиновым цветом.
«Шиповник!» – узнала Фини, глядя, как шипастые побеги растения заползают в щель между дверью и полом. Вскоре побеги так густо оплели всю дверь, что уже невозможно было найти вход в дом.
– А-а-а-а!!! – вдруг закричал с той стороны Филип. – Немедленно убери эту жуткую растительность! Иначе я за себя не отвечаю!
Но Айс снова взмахнул кистью и продолжил рисовать – правда, уже на расстоянии. Если бы не его хмурый вид, то Фини обязательно попросила бы дать ей порисовать такой удивительной кистью.
– Ребята, опять вы ссоритесь! – вдруг прозвучал грустный голос за спиной у Фини.
Обернувшись, она увидела странное создание – куклу-марионетку с большими черными глазами, густо окруженными ресницами, одетую в серебряное платье с корсетом, больше похожее на броню. На ее длинных белых волосах красовалась серебряная шапочка-шлем, а из плеч, локтей и кистей тянулись черные нити.
– На мне давнее сноклятье, – объяснила кукла в ответ на изумленный взгляд Фини. – Когда я училась в Арт-Хаусе, меня превратили в куклу-марионетку… Что только не делали, ничего не помогло. Даже господин Кайлих пытался, увы… Хочешь чаю? Я думаю, они будут сражаться еще минут двадцать.
И девочка села прямо на ступеньки.
Фини кивнула, радуясь возможности больше узнать о доме Кайлиха. К тому же, судя по громкому сопению Айса и его стремительным взмахам кистью, он уже колдовал над новой каверзой.
– Ты тоже ученица Кайлиха? – спросила Фини, присаживаясь и с интересом наблюдая, как девочка-марионетка ловко сотворила скатерть, которую расстелила тут же, на пороге.
– Не ученица, а соннэр. – На скатерти появились чашки и пузатый чайник, накрытый грелкой. – Мы все тут уже немного мастера, поэтому учимся самостоятельно, ищем свой стиль, свою истинную магию… Скажем, я вот мастер эмоций – понимаю других людей, могу управлять их чувствами. Правда, именно из-за этой способности меня и выгнали из Арт-Хауса, а вдобавок я попала под сноклятье. К счастью, Кайлих позвал к себе… Меня зовут Айрин, а тебя?