Ветви на воде

– Конечно, – ответил Карл. Он держался еще спокойнее Томми, если такое вообще было возможно. Он широко открыл дверь, отошел в сторону, давая нам пройти, и спросил: – Что-то случилось?
– Да, я веду расследование. Расскажи, где ты сегодня был?
– По большей части дома, – ответил Карл.
– А к докам Морланда не ходил?
– Нет, сэр. Почему вы спрашиваете?
– А если я передам тебе слова свидетеля: ты там был и вышел из магазина с новым спиннингом и новой катушкой?
– Я отвечу, что свидетель ошибается или лжет.
После этих слов Карл перевел взгляд на меня и нахмурился.
– Есть ли у тебя новый спиннинг и катушка?
– Нет.
– Ты не против, если я осмотрю дом?
– А ордер у вас есть? – спросил Карл.
– Не думаю, что он мне нужен.
– Значит, вы неправильно думаете. Мой брат – полицейский. Я знаю свои права.
– Мне показалось, ты не против с нами сотрудничать, если не сделал ничего плохого, – сказал детектив Тиндалл.
– И тут вам тоже неправильно показалось.
Поразительно, как легко им удавалось выкручиваться. Я понял, что ничего не выйдет. У Томми и Карла на все был ответ. Задав еще несколько вопросов и ничего не добившись, мы вернулись в машину, и детектив Тиндалл повез нас обратно к докам. Я был вне себя.
– Вы можете получить ордер? – спросил я.
– Это не так просто, как показывают по телевизору. Нужно убедить судью, что обыск чьего-либо дома необходим и оправдан.
– Но я же видел, как они украли спиннинги и катушки!
– Да, но их адвокаты, если дело зайдет так далеко, поставят твои слова под сомнение. У обоих мальчиков есть разумные мотивы того, почему ты их подозреваешь. Судьи и присяжные считают это весьма значительным.
– Но если у вас будет ордер, вы найдете спиннинг и катушку, которых, по его словам, у него нет.
– Сомневаюсь. К тому времени он спрячет их в другом месте, – сказал детектив Тиндалл, и я наконец осознал, что он прав.
– Не переживай, – велел Джерри, и это были его первые слова за долгое время. – Все расходы я возьму на себя, а этим двоим запрещу появляться в доках.
Я хотел не этого. Они заслуживали обвинения в краже.
На следующее утро Джерри заехал к обоим и оставил записки со словами, что если они когда-нибудь еще появятся на его территории, они будут немедленно арестованы и обвинены в преступном посягательстве, и у него есть даже фотоаппарат, чтобы сделать их фото. Я знал – такой расклад их не обрадует, тем более если летом они вновь собирались чистить рыбу. И к тому же при их появлении я мог немедленно позвонить в полицию. Хоть что-то хорошее.
 
19
После этого я не видел Томми до самого суда. Карла тоже встречал всего несколько раз, возле доков – ни разу. Он был на год меня старше, так что учился уже в Уортоне.
В школе на меня по-прежнему никто не обращал внимания, кроме Ли и Роджера. Но кое-что хорошее в этом году все же случилось. Я получил рождественские подарки! От Хэнка, Джерри и миссис Доусон. Я знал, что она не может позволить себе лишних трат, но она убедила меня, что не перегнула палку.
– Я не могу позволить себе тратить лишние сто долларов в месяц, это да, – сказала она, – а все остальное приемлемо.
Хэнк не смог прийти на наш праздничный ужин, потому что там был я, и меня злило, что нам даже в праздник нельзя находиться в одной комнате.
Придя к миссис Доусон в начале декабря и увидев под елкой подарки, я был изумлен. Я решил, что тоже должен что-нибудь им всем подарить.
– Вам не стоило так беспокоиться, – сказал я. Мне никогда ничего не дарили на Рождество. Даже на день рождения – разве что родители покупали новую одежду в дешевом магазине. Про Рождество они говорили, что ни подарков, ни елки не покупают, потому что не отмечают этот праздник, но я понимал, в чем причина. Увидев коробки под елкой миссис Доусон, я едва не расплакался.
Мы вместе любовались нарядным деревом, и я признался:
– Никогда не получал рождественских подарков.
– Никогда? – изумленно воскликнула она.
– Неа. Мои родители не празднуют Рождество.
– Ну, тогда приходи ко мне на скромный праздничный обед. Приготовлю индейку с гарниром.
Праздничного обеда для меня тоже никто никогда не устраивал. Я с улыбкой принял ее приглашение.
В выходные я заглянул в маленький сувенирный магазин и купил всем троим одинаковые подарки: рождественские украшения, чтобы вешать на стену. Стоили они совсем немного, но я надеялся, что моим друзьям они понравятся. Миссис Доусон разрешила мне завернуть их у нее дома, а сама вышла из комнаты, так что подарок должен был стать сюрпризом и для нее.
Джерри явился к нам и сказал, что Хэнк передает свои наилучшие пожелания и надеется следующее Рождество отпраздновать уже вместе с нами. Мы обменялись подарками и сели обедать. Порцию индейки с подливкой из потрохов, картофельным пюре, кукурузой, стручковой фасолью, и два фаршированных яйца под клюквенным соусом Джерри взял с собой для Хэнка. Это был настоящий пир!
От миссис Доусон мне досталась новая приличная одежда, от Джерри – бейсбольная перчатка и огромная конфета. Хэнк передал мне спальный мешок и коробку собачьего печенья для Скелета, которого я тоже взял с собой к миссис Доусон. Вечеринка получилась что надо, и я загрустил, когда она закончилась.
Мне пришло в голову, что и Джерри, и миссис Доусон знакомо одиночество. Они вели себя по отношению друг к другу как приятели, но мне показалось, что из них вышла бы отличная пара. Я рассказал им об этом. Оба так хохотали, что смутили меня, а потом объяснили, что они всего лишь друзья и всегда останутся друзьями.
– Я не позволю ни одному мужчине спать в моей кровати даже при угрозе для моей жизни! – воскликнула миссис Доусон, громко хохоча.
По дороге домой я мечтал о том, что ситуация Хэнка вскоре разрешится наилучшим для всех нас образом. Суд был назначен через несколько недель, и я с нетерпением его ожидал и вместе с тем боялся. Мы со Скелетом легли спать вместе, потому что родители уже уснули и никто не помешал мне взять его с собой в кровать. Еще с Хэллоуина, когда дети в жутких костюмах едва не свели его с ума, он ночевал в моей комнате почти так же часто, как на улице.
Последние недели до суда выдались очень напряженными. Всем хотелось узнать, что я скажу в суде, если меня вызовут. Я рассказывал все как есть, умалчивая лишь о том, как Хэнк выплачивал мне зарплату, когда я работал на миссис Доусон. В итоге обвиняющая сторона решила не вызывать меня в качестве свидетеля, но Шелтоны планировали это сделать, и они обсудили со мной, как прокурор будет говорить о домогательствах Хэнка.