Тишина камней

— Сам за себя хватайся, — огрызнулась Гаро. — Я справлюсь. Иди!
И он двинулся по тропе, по краю обрыва, уверенно и быстро, так, что Гаро вначале оторопела, но, спохватившись, засеменила следом. Пока еще ширина уступа позволяла идти свободно, хотя двоим тут было не разойтись.
— Как думаешь, они пойдут за нами? — спросила Гаро.
— Не знаю. Смотря, что им нужно.
— Так ты даже не догадываешься, кто это может быть?
Ри ничего не ответил. Наверно, все же какие-то соображения на этот счет у него были. Вот только делиться ими он не спешил.
Порыв ветра заставил Гаро напрячься, потому что сумка покачнулась и слегка потянула в пропасть.
— Стойте! — Голос раздался сзади, и он требовал немедленного подчинения.
Ныряльщица замерла и изо всех сил старалась угомонить свое сердце. Обернувшись, она увидела как минимум двоих в черных одеждах с прикрытыми лицами. Ближний к ней — он стоял у расщелины — сжимал в руках короткий лук и сверкал глазами. За ним точно был еще один, а сколько их там еще, тех, кто пока не успел выбраться и затаился в тени, можно было только догадываться.
— Отпусти Рийя Нон! — потребовал человек. — Нам нужен только он. Тебя мы не тронем.
Гаро чуть не прыснула со смеху. «Это от волнения, — успокаивала она себя. — Соберись!» Вот уже второй раз в миг опасности ей хотелось смеяться — жуткая защитная реакция организма.
Гаро протянула назад, к Ри, руку, полуобернулась и прошептала:
— Давай сюда пийр. Я спасу нас.
«Надеюсь ты понимаешь, что тут от них не сбежать», — этот смысл она вложила в слова.
Ри оттянул ворот утепленного кафтана, запустил руку под одежду и достал оттуда тонкий стручок на веревочке, похожий на гороховый. Гаро разочарованно выдохнула: «Что за болван». Между тем Ри поднес стручок к губам и подул в него. Сердце девушки екнуло и встревоженно забилось. Она испугалась, что предмет издаст громкий звук, но, когда не услышала ровным счетом ничего, переживать стала еще сильнее.
Забеспокоились и преследователи.
— Я с ним еще не наигралась, — громко объявила мастерица, мысленно укоряя нерешительность Ри, — вот надоест — тогда забирайте.
— Не шути с безмолвными, девочка, — зло прорычал человек в черном.
— Больно ты говорливый для безмолвного. — Гаро заносило, и она это прекрасно понимала. — Зачем он вам?
— Не твоего ума дело!
— А вот это уже обидно… — сказала она не то для преследователей, не то для Ри. Гаро посмотрела на парня, а тот с нескрываемой надеждой пялился в небо. Чего же он ждет?
Не опуская головы, он тихо произнес:
— Знаю, тебе кажется, что без пийра ты никто, ничего не значишь… Я тоже самое думал. Но это не так…
— Слушай, — прервала никчемную трепотню Гаро, — не перекладывай с больной головы на здоровую. Если ты не заметил, я пытаюсь тебя спасти, потому что вижу, что ты, дружок, запутался.
С другой стороны ущелья посыпались мелкие камни. Через пропасть метнулась тень. Безмолвные вскинули луки и стали целиться, выискивая жертву.
А Ри, будто не замечая перемен, продолжал нести многозначительную чушь:
— С тех пор, как я остался без пийра, я понял, что, не смотря на преграды, нужно двигаться к цели, и, не смотря на предательства, продолжать доверять.
От тропы до верхнего края ущелья расстояние хоть и гораздо больше, чем до бурлящего горным ручьем дна, но возникший наверху силуэт на фоне зловещего, белого диска Льяд был прекрасно различим: тело огромного пса с неестественно вытянутой, широкой, сгорбленной шеей, торчащая дыбом шерсть, напоминающая иглы, и приплюснутая морда, клацающая зубами.
Вайши выпустили стрелы, и те достигли цели, но сломавшись, отскочили.
Гаро в ужасе шагнула назад и наткнулась на Ри. Он даже не шелохнулся, не спуская влажных, полных нежного трепета, глаз с монстра, звонко тявкающего с остроконечного выступа на краю теснины.
— Малая, — прошептал в забвении Ри. — Пепит.
Он схватил Гаро за плечо и потянул на себя, медленно и осторожно отступая.
Страшный зверь, изрыгая звуки, похожие на отхаркивающие рыки, подпрыгнул, как козлик, к валуну, из под которого росли кусты, уперся в него мощными задними лапами и принялся толкать.
Ныряльщица, приоткрыв рот, наблюдала и до последнего не верила, что камень шелохнется, но, видать, силой монстр обладал невероятной — валун вздрогнул, подмяв кусты. Посыпался щебень.
Вайши опомнились не сразу. Прикинув, что сможет успеть, тот, что вел переговоры, ринулся по тропе к беглецам. Послышался рев и грохот. Зверь завыл, а булыжник, увлекая за собой стаю камней и пыли, снес очередной выступ, усилив поток.
Убийца бежал, в отчаяньи вытягивая руку вперед, и прыгнул… Гаро зажмурилась. Толчок в бедро, и в следующий миг что-то дернуло ее. Она распахнула глаза и увидела сквозь туман пыли удаляющуюся стену и почувствовала, что потеряла опору. Но Ри успел схватить ее за шкирку и втянул обратно. Девушка испуганно прижалась к спасителю.
Пыль осела и стало ясно, что ни тропы, ни преследователей больше нет.
Гаро успокоилась и с силой отстранилась от Ри. Благодарить она не собиралась: это он затащил ее сюда, это за ним приперлись вайши… Она отряхнулась сама, стряхнула камешки с сумки и, стараясь не встречаться с Ри взглядом, посмотрела наверх. Монстр тоже исчез. «Так получается, ты позвал на помощь? — мысленно спрашивала она. — Так значит, вот какие у тебя друзья? А с тобой все интересней»…
Дальше тропа сужалась. Мало того, что руки дрожали да и внутри потряхивало от пережитого, так еще приходилось прижиматься к ледяным скалам.
К тому времени, когда Гаро, продрогшая и не чувствующая пальцев, вышла вслед за Ри на ровную полукруглую площадку перед выдолбленным в камне гротом, затучило и с неба посыпал пушистый снег. Тут же завьюжило.
За черной глоткой грота виднелись заснеженные вершины Дургам. Гаро плотнее укуталась в шаль, подышала на руки и осмелилась наконец-то глянуть на Ри. Тот направлялся в пещеру.
— Ну, и где твоя отшельница с теплой одеждой?! — крикнула она ему в спину, нагоняя.
— Переждем до утра здесь.
Внутри пещеры было тихо. Гаро вспомнила, как ныряла на глубину во время шторма. Словно попадаешь в другой мир, с приглушенными звуками и неспешной жизнью.
Ри сбросил свои котомки, порылся в них и достал шкуру какого-то животного с белым мехом.
— Тебе.
Гаро охотно приняла, постелила и уселась, обхватив себя руками. На плечи и спину легла теплая подкладка кафтана.
Ри присел невдалеке в жилетке поверх зачуханной рубашки.
— А ты?
— Если бы не убийцы, обязательно зашли бы к ней. — Видать, Ри отвечал на вопрос про отшельницу. — Она совсем еще девчонка, трех гвальд нету, живет одна, ни к чему ей такие хлопоты. Ее и так местные обижают. Мальчишки отобрали вещь, напоминающую о родителях. Я выкупил и вернул. А могло бы кончиться хуже. Гораздо хуже. Пепит была на грани срыва.