Ящик Пандоры

— Планировали. Мы даже хотели запастись припасами накануне вечером.
— Припасами? Расскажите подробнее, — попросила Джен. — Я не любительница лодок.
— Ну, знаете, купить продукты, напитки, закуски и тому подобное. Спуститься к лодке и первым делом все это загрузить для того, чтобы можно было сняться с якоря и пораньше покинуть пристань. Мы думали сделать это сразу после завтрака.
— Кто покупал продукты? — спросил Конор.
— Я. Отправился в магазин после работы в четверг.
— Куда? — поинтересовался Конор.
— В бакалейную лавку в Блэк-Холле, — ответил Бенсон.
— А кто загружал припасы на яхту? — задала вопрос Джен.
— Тоже я. Но не в четверг вечером. Все вышло не совсем так, как планировалось.
— Так когда вы это сделали? — спросила Джен.
— В пятницу утром. В тот день, когда мы отправились в плавание.
— Мистер Бенсон, а какую машину вы водите? — спросил Конор.
— «БМВ».
— А у вас есть «Форд»?
— Нет, а что?
— А у Салли?
— Нет, у ее был «Шевроле Субурбан».
Конор кивнул. Значит, если в письме Салли тонким неразборчивым почерком было написано слово «Форд», то речь шла не о машине семьи.
— Хорошо, — произнес Конор. — В котором часу вы загрузили провизию на яхту?
— В девять утра.
— В пятницу утром, правильно?
— Да, я уже сказал это.
— Вы звонили в школу сказать, что детей не будет на занятиях? — спросила Джен.
Бенсон пожал плечами и поморщился, словно от боли.
— Салли заботилась о таких вещах. И в этот раз она, вероятно, звонила.
— Так значит, вы покинули пристань тем утром? — задал вопрос Конор.
— Нет, — тяжело вздохнул Бенсон. — Получилось, что мы отплыли после полудня.
— Почему? — спросила Джен. — Что послужило причиной задержки?
— Салли, — ответил он с каменным лицом.
— Почему? — поинтересовалась Джен.
— Все началось накануне вечером. Она сказала, что не хочет ехать.
— А объяснила, почему? — спросила Джен.
— Она неважно себя чувствовала. Думала, что не сможет выдержать поездку на яхте и целые выходные вне дома.
— Должно быть, вы сильно расстроились? — предположил Конор.
— Да, — сказал Бенсон.
— Она все испортила? — спросил Конор.
— Можно и так сказать. В конце концов я убедил ее поехать. Тогда быстро съездил и загрузил провизию, прежде чем мы все отправились на причал…
— Только вы? — спросил Конор. — Интересно, почему так, если учесть, что вы все планировали поехать на пристань и отплыть тем утром. Разве нельзя было сделать все за одну поездку? Отвезти провизию и доставить семью на борт лодки?
— Поверьте мне, когда у вас маленькие дети, вам захочется сделать как можно больше до их приезда. Знаете, они ведь становятся нетерпеливыми. Ждать, пока мы загрузим еду, положим лед в холодильник, наполним топливные баки. Поверьте, у них нет на это терпения. Поэтому я сделал все сам, затем вернулся домой, чтобы забрать их.
— В котором часу вы вернулись домой? — спросила Джен.
— Где-то в половине одиннадцатого. Мы усадили детей в машину, когда Салли снова потеряла самообладание и сказала, что совсем не хочет ехать. Она начала плакать, почти впала в истерику.
— На глазах у детей? — спросил Конор.
— Нет. Как обычно, она переживала свои эмоциональные срывы в нашей спальне. Но они слышали, особенно Гвен. Она знает обо всем, что происходит между нами. Из-за этого у нее начинает болеть живот, она переживает, что мы разведемся. Но это не остановило Салли, когда она решила испортить замечательные семейные выходные.
Джен и Конор позволили его словам повиснуть в воздухе. Бенсон злился, вместо того чтобы испытывать горе, как человек, только что потерявший жену.
— Вы ее ударили? — спросила Джен.
И Конор, и Джен внимательно следили за выражением на его лице. Бенсон зажмурился и почесал повязку на лбу. Она немного сползла, и Конор увидел резаную рану с наложенными на нее швами. Конор понимал, что тело Салли слишком сильно обгорело, чтобы судмедэксперт смог обнаружить следы побоев.
— Нет! — воскликнул Бенсон. — Кем вы меня считаете?
— Мы должны были спросить, — сказала Джен.
— Мистер Бенсон, вы знакомы с Клэр Бодри Чейз? — поинтересовался Конор.
— С женой Гриффина? Нет.
— Но вы знаете Гриффина? — Конор уже знал ответ, но хотел услышать, что скажет Бенсон.
— Да.
— Откуда?
— Наши семьи дружили с давних пор. И мы в одном клубе.
— А что это за клуб?
— «Последний понедельник». Но я его больше не посещаю. Это просто кучка парней, пьющих шотландское виски и обсуждающих, как Гриффину заполучить особняк губернатора.
— Вы считаете, что он не должен быть губернатором? — спросил Конор.
Бенсон фыркнул.
— Когда вы знаете кого-то с самого детства и вспоминаете все те глупости, которые этот кто-то совершил, тяжело представить его возглавляющим штат. Я часто шутил с Салли по этому поводу. — Он замолчал, как будто только что понял, что сказал. — Я имею в виду, не поймите меня неправильно, Гриффин — славный малый. Но некоторые сказали бы, что он немного самовлюбленный.
— А о каких детских глупостях мы говорим? — спросила Джен.
Бенсон постарался снова рассмеяться, но теперь его смех казался нервным.
— Мне не стоило ничего говорить. Всякие глупости. Типа разыграть кого-то, стырить по-тихому родительский алкоголь, прогулять уроки в школе. Ничего криминального. Я отдам за него свой голос.
Конор услышал раздражение в голосе Бенсона. За, казалось бы, беззаботными словами скрывались эмоции. Возмущение, но и страх.
— А вы знаете его детей? Александра и Форда? — Конор наблюдал за реакцией Бенсона на их имена. Он слегка вздрогнул?
— Не очень хорошо.
— Но вы их знаете?
— Пересекались в городе, видел их на верфи и тому подобное.
— Хорошо. К слову, Салли выполняла кое-какую работу для семьи Чейзов. Переделывала их кухню. Не так ли? — спросил Конор.
— Да, совершенно верно. Но я не лезу в ее дела.
— А она когда-нибудь рассказывала о Чейзах? — поинтересовался Конор.
— Нет. Я полагал, что на него, вероятно, было тяжело работать, но она никогда не жаловалась.
— Когда вы сможете вернуться домой? — спросила Джен.