Рыцари-госпитальеры в Иерусалиме и на Кипре. Становление и развитие могущественного военно-религиозн
Услышав о смерти Амори, Ги согласился вернуться в Киликию. Но один из компаньонов Ги оболгал его, сообщив армянскому царю о том, что якобы сторонники Генриха убили не только Амори, но и его детей вместе с женой по приказу короля и госпитальеров. Ошину было нетрудно поверить в это. Короче говоря, Ги прибыл в Фамагусту с королевским посланием, в котором говорилось о назначении Фулька де Вилларе регентом Кипра, в тот самый день, когда Амори был убит. Ги бежал из Киликии, спасая свою жизнь, но все же послал Ошину письмо с объяснением всего случившегося. Царь Киликийской Армении ответил, что он освободит Генриха, только когда точно будет знать, что жизни его сестры и ее детей находятся в безопасности.
Тем временем Кипр оказался на грани гражданской войны. Приверженцы короля собирались в Фамагусте, в то время как в Никосии находился папский нунций и сторонники Амори. 26 июня роялисты получили подкрепления с Родоса; среди прибывших воинов был Ги де Севрак и 40 братьев-госпитальеров с оружием и лошадьми. Положение осложнялось повторным отказом Ошина освободить Генриха. Королевская партия намеревалась захватить Изабеллу и отослать ее брату, чтобы убедить его дать свободу королю; но затем было решено послать к ней депутацию госпитальеров, в которую входили Ги де Севрак, Жан Лаодикейский и брат англичанин Томас Пинкни. Они спросили Изабеллу, не хотела бы она вернуться в Киликию. Она ответила согласием, но задержалась с отъездом.
Сторонников Амори уговорили покинуть Никосию и переехать в Кормакити, где они продолжали держать свои отряды в повышенной боеготовности. Столица опустела, и королева Изабелла обратилась к партии короля в Фамагусте с просьбой прислать воинов для охраны города. Альберт л’Алеман, командор госпитальеров Кипра, немедленно отправился в Никосию с отрядом из 50 киприотов и 40 рыцарей-госпитальеров. 24 июля, в пятницу, он созвал всех рыцарей, горожан и членов коммун Никосии, чтобы огласить перед всеми послание короля, которое привез на Кипр Ги де Севрак, то самое, в котором говорилось о назначении временным правителем Кипра магистра госпитальеров. Затем было оглашено письмо Эйгю, сеньора Бетсана, которого сторонники короля сразу же после убийства сеньора Тира назначили вице-королем. Граждан Никосии ставили в известность, что, поскольку магистра госпитальеров задерживают обстоятельства на острове Родос, он выбрал своим представителем Альберта л’Алемана, который совместно с Эйгю должен править королевством. Двумя днями позже прибыли значительные подкрепления с Родоса. Маршал Симон Ле Ра и приоры Франции, Германии и Венеции предводительствовали отрядом из 80 братьев-рыцарей, 20 конных пажей и двух сотен пехотинцев.
10 августа пришло известие, что Ошин согласился обменять жену сеньора Тира и ее детей на короля. Изабелла отплыла в Киликийскую Армению 20 августа, не позволив Ги де Севраку сопровождать Генриха, потому что госпитальеры были ее врагами и, по ее словам, «цены в нем было не больше, чем в фисташковом орехе». Генрих прибыл в Фамагусту шесть дней спустя; а в сентябре он вошел в Никосию при всеобщем ликовании народа, в сопровождении многочисленного эскорта, включавшего также 70 госпитальеров.
Только в 1310 г. госпитальеры начали открыто участвовать в обсуждении конституционных вопросов. Прежде их занимали другие проблемы, от решения которых в значительной степени зависело их будущее. В частности, для них было особенно важно завоевание Родоса. Здесь не место подробно останавливаться на связанных с этим событиях, но вкратце надо сказать следующее. В конце мая 1306 г. Фульк де Вилларе встретился близ Лимасола с генуэзским пиратом Виньоло деи Виньоли. Их встреча была тайной, и они наметили план по захвату нескольких греческих островов, расположенных у побережья Малой Азии. Соглашение между ними было заключено 27 мая. Две трети будущей прибыли от захваченных островов должен был получить орден госпитальеров, оставшаяся треть доставалась Виньоло. Но острова Родос, Кос и Лерос должны были остаться полностью в собственности госпитальеров. За Виньоло закрепляли только два поместья на Родосе, одним из которых он уже владел.
23 июня с Кипра отправилась относительно небольшая экспедиция, подготовленная госпитальерами. У мыса Ар-наути к ней присоединились две генуэзские галеры, и вся флотилия взяла курс на Родос. Сведения о продолжительноси его осады противоречивы. Общепринято считать, что она продолжалась до 1309, а возможно, и до 1310 г. Однако весьма вероятно, что остров пал к лету 1307 г., хотя госпитальерам пришлось и дальше проводить замирение острова до 1308 или 1309 г. Известно, что город был захвачен 15 августа, но мы не знаем, в каком году. 5 сентября 1307 г. папа издал буллу, подтверждающую право ордена на Родос. Его современникам такое заявление могло показаться преждевременным, но сам текст документа указывал на то, что Климент V знал, что остров уже был захвачен. Фульк де Вилларе намеревался отправиться в Европу после Генерального капитула, проведенного в Лимасоле 3 ноября 1306 г. Наверняка он отложил свою поездку. В феврале 1307 г. Фульк вызвал приора Англии к себе в Рим, где он тогда находился, а к 31 августа он уже был в Пуатье. Сообщалось, что он прибыл на несколько месяцев позже из-за того, что участвовал в завоевании острова, но, как только Родос был покорен, Фульк отбыл на Запад. Таким образом, военные действия не могли завершиться в 1307 г., тогда он бы не прибыл в Пуатье в конце августа. Родос мог быть взят в 1306, 1308 или 1309 г. Но Фульк оставался в Европе по крайней мере до сентября 1309 г. Крайне маловероятно, чтобы он согласился направить все ресурсы ордена на организацию крестового похода в 1308 г., если бы часть его сил была занята осадой где-то в другом месте. Возможно, что столица острова была взята госпитальерами самое раннее 15 августа 1306 г. Конвент, предположительно, переехал в свою новую резиденцию в 1309 г.
Если госпитальеров сильно занимал властный конфликт на Кипре, то это относилось в неменьшей степени и к тамплиерам. Именно в эти годы этот орден встал на путь, который привел его к падению и позору. В 1305 г., отчасти по причине государственных интересов, отчасти из-за желания воспользоваться финансами храмовников, французский король Филипп IV обвинил орден тамплиеров в ереси и греховной жизни. К разгрому ордена приложил руку и новый папа Климент V, который был не только слабым и больным человеком, но и к тому же французом, изгнанным из Рима и имевшим резиденцию в Авиньоне, но проживавшим в основном в Пуатье на территории короля Франции.
24 августа 1307 г. произошло потрясшее всех событие – папа во всеуслышание объявил о своем решении начать расследование деятельности ордена тамплиеров по просьбе Жака де Моле, который был вызван во Францию в 1306 г. для обсуждения плана нового крестового похода. Но 13 октября все тамплиеры во Франции были арестованы. Жак де Моле тоже был заключен в тюрьму. Многие из братьев, включая и первых лиц ордена, признались под пытками в самых невероятных грехах. Папа не был убежден в их вине, и, несмотря на то что он приказал арестовать всех тамплиеров в странах христианского мира, он обратился к королю Филиппу с просьбой передать французских братьев под надзор двух кардиналов. В начале 1308 г. папа поручил рассмотрение дела Римской курии, изъяв его из ведения французской инквизиции, во главе которой стоял человек короля. Поступая таким образом, он надеялся вывести тамплиеров из-под власти Филиппа IV. Король и его министры нарушили эти планы, оставив тамплиеров в своих руках. В июле Филипп IV и Климент V согласились пойти на компромисс в процессе рассмотрения дела. Инквизиция вновь приступила к расследованию, и папа распорядился, чтобы обвинения против братьев рассматривали епископы диоцезов, в помощь которым выделялись два доминиканца и два францисканца. Однако наряду с этим папа учредил в каждой стране независимую папскую комиссию для проведения следствия по делу ордена. Их отчеты следовало пересылать в совет, заседавший в Вене. Следствие шло по двум направлениям: одно вели епископы во Франции, другое – папские комиссии во всех христианских странах. Папские комиссии закончили свою работу в 1311 г., не собрав весомых улик, которые доказывали бы вину ордена.