Одесская сага. Нэцах

Затяжная осада
Ксеня о Панкове справок пока не наводила. Ей хватало ежедневных забот.
Хороший понт дороже денег — этот главный одесский принцип Илья Степанович отлично усвоил с детства, проведенного на Канаве вместе со словами Иосифа Виссарионовича, что «Нет таких крепостей, которых большевики не могли бы взять».
Он присел рядом на торжественном собрании работников торговли и снова предложил пойти в театр, цирк или кино. Ксеня вежливо отказала, сославшись на плавающий график.
На следующий день ей доставили на работу конверт с запиской. В конверте были билеты в лучшую ложу оперного на абсолютно все спектакли, которые давали в течение ближайших трех месяцев, с запиской, что парный комплект у него, и Панков готов составить компанию в любое время. Билеты она вернула через Алексея Владимировича и попросила больше не утруждаться с благодарностями.
Нахрапом не получилось, что еще больше раззадорило Илью Степановича. Обычными дорогими подарками эту дичь не возьмешь. Ксеня была непробиваема: у нее было предостаточно всех доступных материальных благ — и шубы, и украшения, и модельная, шитая по ноге обувь, и даже оставшийся от мужа автомобиль, который, кстати, она сама ему подарила. Тогда он решил действовать масштабно.
Утром 8 марта Ксения Ивановна услышала смешки и галдеж под дверями и в своем домашнем, шитом на заказ атласном халате она распахнула дверь — вся лестничная площадка, а точнее пять широких мраморных пролетов от самого входа до ее второго этажа, включая площадки, была выстелена цветами.
— Пижон, — довольно хмыкнула Ксеня, — адиёт и пижон.
Пижон через полчаса позвонит в дверь, вручит букет и предложит отужинать в ресторане.
— Нет уж, увольте, — Ксеня будет откровенно наслаждаться. — Пила я в вашем ресторане — коньяк отвратительный. И вообще, что это вы устроили? Я, конечно, понимаю, что на сельских свадьбах так принято, но на Молдаванке цветы обычно за гробом стелят. А я пока не готова ни по одному из маршрутов.
— Какое село? Я с Канавы, — обиделся Илья. — А чаем угостите?
— Я чай обычно не пью, — хитро посмотрела на него Ксюха, — от него такая бессонница. До свидания, товарищ Панков. Я тронута и даже обескуражена таким вниманием. Благодарю.
У охотников есть понятие — скрадывать дичь. Это означает подбираться поближе незаметно, бесшумно, буквально по паре сантиметров, пока расстояние не окажется достаточным для меткого выстрела.
И начались букеты. Каждый день утром и вечером из центрального цветочного магазина Ильинской доставляли цветы. Приносили их посыльные в униформе и, пытаясь отдышаться, сообщали слова поздравлений.
Через неделю Ксеня всех доставщиков знала в лицо и, жалея, просила: — Да оставляйте внизу. Мне их ставить некуда.
— Никак нельзя. Без вашей подписи и накладной считается, что заказ не выполнен.
Еще через две недели Сашка спросит у матери:
— А тебе эти цветы сильно нужны?
— А тебе?
— Ну-у, если можно, — начал, улыбаясь, Сашка.
— Девчонкам? — подмигнула Ксеня. Ее сын не унаследовал отцовской стати, а пошел породой в бабушку Иру — это был живчик, мелкий, черноглазый, шустрый и невероятно обаятельный. И девочками он уже вовсю интересовался. — Бери, конечно. Даже не спрашивай.
Сашка оставлял один букет, пока тот был свежим, а все остальные уносил.
— Это кого ж ты так окучиваешь? — поинтересовалась Ксюха.
— Никого. Девочкам отдаю.
— Это каким девочкам? Ильинский, ты что, гарем завел? Ну-ка поподробнее!
— Мам, ну ты что, я деньги зарабатываю. И с девочками делюсь.
Оказалось, что Сашка Ильинский с фамильной предприимчивостью утилизировал букеты Панкова, сдавая их официанткам в ресторан гостиницы «Красная», а те продавали цветы из них поштучно, предлагая порадовать дам.
— Ах ты жук! — рассмеялась Ксеня. — Ты хоть не продешевил? Букеты-то хорошие!
— Мам, ну ты что, — улыбнулся Сашка. — Они же к ним накладную выдают. Вот я и сдаю вместе с накладной девочкам со скидкой в тридцать процентов и с доставкой. А все остальное — их заработок.
Точно как в ее отрочестве! Ксения расхохоталась и поцеловал Сашку в черную вихрастую макушку: — Мой сыночек! Моя кровь! — А потом с тоской подумала: «И как из него с такими талантами пианиста делать?»
На следующий день Ксеня сама позвонит Панкову:
— Есть способы остановить это цветочную атаку?
— Ужин, — ответит Илья Степанович и добавит: — Сегодня. Я зайду за вами.
За ужином они будут болтать и, как настоящие охотники, изучать друг друга. Да и пару столиков Ксениных знакомых с большим интересом будут за ними наблюдать. Вся Одесса спит под одним одеялом, и такую эффектную затянувшуюся осаду с удовольствием обсуждали в самых разных кругах — от силовых до торговых, делая ставки то на ее упрямство, то на его настойчивость.
Ксения отвечала кавалеру приветливо, но определенно продолжала держать дистанцию, пока к столику не подошла официантка с бутоньерками:
— Купите вашей даме цветочный комплимент.
Панков, не глядя на цветочницу, бросил:
— Давайте все!
Тут Ксеня поперхнулась шампанским и расхохоталась:
— Нет уж! Не надо свои цветы второй раз оплачивать! — И рассказала историю про предприимчивого сына. — Кстати, я именно поэтому позвонила. Наживаться на романтике не лучший способ, хотя… — она оглянулась на изумленную официантку, — вполне прибыльный.
Вот тут настоящий охотник Панков и сделал свой меткий выстрел:
— И что, с такими коммерческими способностями вы хотите из пацана сделать музыканта? Это же не профессия!
— Ха, а Эмиль Гилельс? А тот же Утесов?
— А сколько кроме Гилельса выпускников в год в Столярского и в консерватории, а? И Гилельс, между прочим, с Утесовым музыку обожают. Что-то я сомневаюсь, что ваш сын сходит с ума по гаммам.
Вот оно! Попал! Зацепил! Он уже увидел это по глазам Ксюхи.
— А куда еще? — с тоской спросила она. — Где лучше? В мореходке? Так он полжизни будет в рейсах сидеть. А не дай бог что со здоровьем на судне, — она на долю секунды горестно скривила рот, — кто ему поможет? — А так хоть красиво, спокойно и хоть какой-то шанс мир посмотреть.
— А про языки не думали? Репетитора нанять.
— Ну так преподавателей море, и куда с языками в Одессе? Фарцевать?
— В Москву. В Первый московский иняз. А оттуда хоть в торгпредство, хоть в дипкорпус. Импорт, экспорт, загранкомандировки. Там вся элита учится. Ну и фортепиано его станет приятным дополнительным баллом при поступлении.
— Москву я не потяну, — с огорчением вздохнула Ксеня. — Как говорится: на этот соус у меня не хватит майонеза.