Опасный дар

В пещеру входит листокрыл, и она подносит коготь к губам: пускай Сатир ещё поспит.
– Странные дела творятся наверху, – шепчет листокрыл. – Лаконос только что вернулся и говорит, видел с ядожалами и шелкопрядов.
– Ну и что странного? Они уже сто лет прислуживают ядожалам, те могли привлечь их и к облаве.
– Непохоже, – вздыхает Цикута, – летят вместе, единым строем, выполняют команды все разом… и у всех белые глаза.
Она удивлённо моргает.
– Не может такого быть, Оса не властна над разумом шелкопрядов.
– Теперь, стало быть, властна. – Он с досадой потирает щёку.
– А где Лаконос? Пусть расскажет в точности, что видел.
– Ушёл глубже в пещеры, всё надеется изловить этих странных обезьянок.
Подземные твари, похожие на обезьян, встречались им не раз, но тут же пропадали из виду. Никому из троих листокрылов так и не удалось полакомиться мясом проворных и на удивление хитрых зверьков.
– На самом деле всё ещё хуже, – признаётся Цикута. – Один из шелкопрядов сказал, что видел с ядожалами и листокрылов.
Она вздрагивает так сильно, что будит Сатира. Он садится, зевает и нежно трётся об её крыло. Совсем отощал, бедный. Как уберечь его от голода, от дурных новостей?
– Такого не должно быть! – шипит она Цикуте.
– Мы все видели тот дым на севере, – мрачно отвечает он. – Должно быть, королева Оса подожгла джунгли, чтобы отомстить за улей Сколопендры. Наше племя побеждено, и теперь…
– Нет, они просто куда-то улетели! – перебивает Сатир, в глазах его сияет непоколебимая вера. – Листокрылы и прежде переживали страшные беды, одолеют и теперь. Ядожалы не могут победить.
Ей так хотелось бы разделять его веру! Впрочем, неизвестно, что правильнее: надеяться на лучшее, рискуя, или ожидать худшего, чтобы не разочароваться.
– Надо что-то делать, – говорит она, – хотя бы узнать, что происходит. Почему Белладонна до сих пор не прислала весточку?
– Почему бы не дать бой ядожалам? – предлагает Сатир. – Нас много, с нами все шелкопряды из улья Сколопендры…
– Если королева Оса теперь может управлять не только ядожалами, но и шелкопрядами, и даже листокрылами, у нас ничего не получится. – Не говоря уже о том, что шелкопряды плохие бойцы. Она ласково берёт расстроенного Сатира за лапы. – Не волнуйся так, Оса тебя здесь никогда не найдёт. Никогда, слышишь?
Что же делать? Не сидеть же под землёй всю жизнь! Если нельзя вернуться в Отравленные джунгли… Неужели нигде на свете нет больше безопасного места?
* * *
Проснувшись, Снежна долго смотрела на спящего бок о бок дракона, укрывшего её крылом. Почему он побелел? До неё не сразу дошло, что это не Сатир.
Ну конечно, не Сатир! Серый шелкопряд остался по ту сторону океана, в глубоких пещерах под травяной равниной на континенте, которого королева ледяных драконов никогда наяву не видела, не увидит и видеть не желает, таким жутким он представляется в снах.
Нет, рядом с ней спит всего-навсего дерзкая и нахальная Рысь.
Королева ткнула её в бок – раз, другой… Наконец серебристо-белая ледяная соизволила открыть глаза.
– Как невежливо! – пробормотала она, отвернулась и сунула голову под крыло.
– Невежливо дрыхнуть на королевском хвосте! – рявкнула Снежна. – Вставай, живо!
Бормоча что-то, Рысь откатилась в сторону, затем села и встряхнулась.
– Ну как, было видение?
– Было, – призналась Снежна неохотно, хотя и будила подругу для того, чтобы поделиться. – Я была какой-то глупой листокрылой.
– Из тех, что прилетели?
– Нет, на той стороне, но она знает Росянку. По имени Бриония.
Рысь прибила лапой что-то мелкое и пушистое, шмыгнувшее в траве, и ловко подцепила когтем.
– Тогда, наверное, надо и Росянке рассказать. Ещё чего не хватало! Если так пойдёт, скоро о ночных приключениях королевы ледяных будет знать каждый второй, не считая первого. Одной Рыси, и то много.
Снежна в гневе подняла коготь с кольцом к глазам. Она уже почти пришла в себя, но ощущения Брионии всё ещё бродили под чешуёй, и это нервировало.
– Дурацкая сломанная игрушка! – прошипела она. – Ну и где там было про магию дракомантов?
Молочный опал невозмутимо подмигнул разноцветными искрами. Она встала и отряхнула крылья, всё ещё испытывая остатки любви к прекрасному серому шелкопряду… такому особенному… самому лучшему… Тьфу, да сколько можно! Такие слюнтяи никогда ей не нравились, не хватало ещё теперь таять при мысли о нём, как снег в пустыне.
Наверное, такие же чувства у Хрустали к её земляному. Хм… Снежна глянула на кольцо с подозрением. Решило преподать ей урок сочувствия и понимания? Вот ещё!
Неужто теперь до конца жизни придётся терпеть эти сны? Как остаться собой, если каждую ночь проводишь в чужой чешуе?
– Вчера я встретила Хрусталь, – сухо сообщила она. – Живёт здесь.
Рысь вытаращила глаза, уронив из пасти недоеденную добычу.
– Да что ты говоришь! Так с тех пор и живёт? – Она поковыряла в зубах и выплюнула клок мышиного меха. – Погоди… так значит, Хрусталь ничего против тебя не замышляет?
– Просто сбежала к своему возлюбленному земляному, – пренебрежительно фыркнула королева.
– Ну и ну! Выходит, и волноваться было не из-за чего. Может, и другие твои переживания ничего не стоят?
– Какая же ты всё-таки зараза!
Снежна могла бы сейчас разъяриться, наорать и даже закинуть непочтительную подданную на середину озера, но думать хотелось только о Брионии, да и Та у не давала покоя: сумела ли увести шелкопрядов из улья, найдут ли когда-нибудь беглецы друг друга?
Наморщив лоб, Рысь с беспокойством наблюдала за ней, затем покачала головой и предложила:
– Не хочешь глянуть, чем тут занимается наш одержимый приятель Холод?
«Приятель» – слишком сильно сказано, однако почему бы немного не развеяться. Королева двинулась по берегу озера вслед за Рысью в сторону Приюта и вскоре увидела недалеко от воды хижину, а рядом частокол из гладких древесных стволов, такой высокий, что пришлось вытягивать шею, заглядывая внутрь.
Там оказался выкопанный водоём и груда листьев и хвои с навесом сверху, а вдоль ограды сновал небольшой зверёк, да так проворно, что Снежна не сразу его признала.
– Великие ледяные духи! – поморщилась она. – Я думала, мой двоюродный брат давно уже переболел своей страстью к воришкам.
– Вот ещё! – раздражённо бросил Холод, выглядывая из хижины. – С какой стати? Они такие забавные!
– А ты такой странный! – парировала Снежна. – Кто бы ещё держал свой обед в шикарной клетке и месяцами им любовался.