От Ленинграда до Берлина. Воспоминания артиллериста о войне и однополчанах. 1941–1945

Озеро прошли. Была морозная ночь, темно, звёздно. Шли молча. Дошли. Залегли у проволочного заграждения в кустах лозняка («шелюги», из которой плетут кошёлки). Осмотрелись. Ба! Кроме заграждения «в три кола» за ним в лёд ещё с осени была впаяна спираль «Бруно», для которой нужны были дополнительные ножницы. Число же ножниц у нас было рассчитано на проход проволоки только «в три кола».
 
Из «Отчёта о боевых действиях 142 сд [за] 1—10.02.42 г.» (эти сведения стали одним из результатов данной разведки):
«…От устья р. Вииси-Иоки (0052) к отметке 49,5 (0051) по льду озера Лемболовское установлены рогатки и подвешены на кольях спирали «Бруно». Фугасы натяжного действия противника устанавливаются с двумя нитями по верху и по низу, считая, что если нижняя нить запорошена, будет действовать верхняя».
 
(ЦАМО РФ. Ф. 142 сд. Оп. 1. Д. 25. Л. 120–121)
 
Не хватило метров двадцать пять телефонного провода до берега. Корректировать огонь батарей приходилось бы, находясь на льду, что небезопасно. Как быть? Маркиянов этот вопрос задал командиру дивизиона Гришину и комиссару Гордееву. Последовал ответ: «Отойти на исходную позицию» – то есть не начинать разведку боем. Неудача. Последовала команда:
– Отойти на свой берег!
Все лежали в кустах лозняка. Последовала команда к отходу назад. Команду передавали тихо, из уст в уста. Все двинулись в сторону своего берега. Предстояло пройти метров 500. В это время среди нас кто-то выстрелил из винтовки (карабина). Кто стрелял? Неизвестно. Враг вёл неприцельный огонь, изредка освещал ракетами передний край фронта. Вдруг освещение усилилось и пулемётные очереди участились. Неужели нас обнаружили? Началась паника.
«Ай! Санинструктор!» – раздавались крики раненых. Свистели пролетающие вражеские пули. «Не моя! Не моя!» – мигало в голове сознание.
А вот и родной берег. Проверили состав простым подсчётом: 25 человек! А где же 26-й? Кого нет? Выяснили, что нет рядового Буданова, разведчика… [46] Значит, он – самострел, оставшийся в кустах на вражеском берегу, так как при отходе на лёд никто не падал, а если, будучи раненым, и падал, его подбирали и тащили. Буданов был в валенках, мог свободно вынуть ногу из одного из них и нажать курок карабина (в те дни автоматами, из-за нехватки, были вооружены лишь командиры-разведчики). Да… Слабак Буданов, паникёр, самострел…
Послали двоих бойцов за ним, но они, пройдя несколько метров по льду, убедились, что добраться до вражеского берега невозможно. Враг нас заметил при отходе. Среди полученных белых маскхалатов были и бело-жёлтые, более заметные в темноте на фоне снега, укрывшего ровным слоем лёд озера. Противник «проснулся», усилил освещение переднего края ракетами и повёл неприцельный пулемётный огонь по озёрной ледяной, заснеженной глади. И разведчикам поэтому не удалось дойти до вражеского берега озера, где мы было залегли у «спирали Бруно» и от которой отступали. Поступила команда – прекратить поиск Буданова…
Так неудачной оказалась «разведка боем».
 
Из «Отчёта о боевых действиях 334 крап с 28.1. по 28.2.42 г.»:
«…группа не выполнила задачу (захват пленного. – А. М.) из-за нераспорядительности возглавлявшего разведку старшего лейтенанта Маркиянова».
 
(ЦАМО РФ. Ф. 142 сд. Оп. 1. Д. 25. Л. 182)
 
На следующий день в разведку ходила группа из восьми человек во главе со старшим сержантом Скуратовым, но уже не по озеру, а по суше. И тоже неудачно. Их противник обнаружил преждевременно. Завязался бой. Группа отошла, но с убитым командиром, доставленным разведчиками на маскхалате.
 
Из «Отчёта о боевой деятельности 334 крап за 1[-ю] декаду февраля (с 28.1. по 8.2.42 г.)» – о разведке, в которой погиб Скуратов:
«…Разведка была выслана с 2 на 3.2.42 года в составе 10 чел[овек] под руководством командира взвода управления 1-й батареи старшего сержанта Скуратова. Задача разведки – захват пленного и уничтожение пулемёта на высоте 74,8… Во время резки проволоки противником была выпущена красная ракета в направлении разведки, но никаких действий предпринято не было. После окончания прохода финнами была выпущена белая осветительная ракета, и по разведке был открыт пулемётный огонь с района высоты 74,8. Первой пулемётной очередью был убит старший сержант Скуратов.
Руководство разведкой принял младший сержант Краев, отошедший на 100 мет[ров] влево для прикрытия отхода разведки. При попытке вынести тело Скуратова был ранен сержант Колесников. Во время действия и отхода разведки кроме Скуратова был убит старший сержант Бабурин и ранены красноармейцы Рыжков и Чибаков. Задача разведкой не выполнена».
 
(ЦАМО РФ. Ф. 142 сд. Оп. 1. Д. 25. Л. 117) [47]
 
 
Воронин открывает личный счёт и счёт 1-го дивизиона