Купчихи, дворянки, магнатки. Женщины-предпринимательницы в России XIX века

В восемнадцать Маше пришло время выйти замуж. Жениха подыскивали, чтобы он был, во-первых, богатым фабрикантом-текстильщиком, и, во-вторых, старообрядцем. Дядя Маши — Козьма Терентьевич Солдатёнков, крупнейший фабрикант, банковский деятель и легендарный меценат — своих детей не имел. Он и расстарался для любимой племянницы в поисках удачной партии. Женихом Маши Симоновой, а затем и горячо любимым мужем, стал 25-летний наследник самой знаменитой текстильной династии России Тимофей Саввич Морозов.
Родоначальник фамилии Морозовых — проживший девяносто лет Савва Васильевич (1770–1860) — был самым крупным производителем хлопчатобумажной пряжи в России. В 1860 году, в последний год своей жизни, он настоял на том, чтобы семейное дело приняло форму торгового дома «Савва Морозов с сыновьями». Совладельцами фирмы стали: сам Савва Васильевич, его сыновья Тимофей и Иван, племянники Абрам Абрамович и Давид Абрамович. Капитал фирмы составлял более 4,5 миллиона рублей.
Однако уже через год столь же властный, как и покойный отец, Тимофей Саввич стал фактически единолично руководить торговым домом, а родственники-партнеры удовлетворились положением вкладчиков. В 1869 году при перерегистрации фирмы основной капитал был повышен до 5 миллионов рублей, из них на долю Тимофея приходилось 3 миллиона. В 1871‐м Тимофей Саввич разделился с двоюродными братьями Абрамом и Давидом, отдав им Тверскую мануфактуру, а себе забрав фабрики в Зуеве. Фирма стала называться торговым домом «Саввы Морозова сын и Ко».
Высокое деловое реноме Т. С. Морозова отразилось и на его общественном положении. В 1868–1876 годах он избирался председателем Московского биржевого комитета, одновременно в 1869–1874 годах состоял главой совета крупнейшего банка — Московского купеческого общества взаимного кредита.
Немаловажную роль в его успешной карьере играло наличие крепкого семейного тыла, и, прежде всего, жены-единомышленницы, поддерживавшей мужа во всех его начинаниях. Тимофей Морозов был старше Марии Симоновой на семь лет. Оба были с независимым и властным характером. Тем удивительнее, что супружеская жизнь Тимофея и Марии была счастливой. Это был тот редкий случай, когда две личности с сильным характером не боролись за лидерство, а дополняли друг друга. В счастливом браке с 1849 по 1862 год родились девять детей, из которых трое (два мальчика и девочка) умерли в раннем детстве. После четырех дочерей последними (восьмым и девятым по счету) Мария Федоровна родила долгожданных сыновей: в 1860 году — Сергея и в 1863‐м — Савву. Савва стал любимцем матери и отличался хорошими деловыми качествами.
Каково же было личное имущество Марии Федоровны, что она не чувствовала себя в семье миллионеров Морозовых зависимой или неполноправной? При выходе замуж Мария получила богатое приданое. Позже, когда умерли ее мать и незамужняя сестра Надежда, она получила наследство. После смерти в 1872 году единственного брата-холостяка, купца 2‐й гильдии Алексея Симонова Мария Федоровна унаследовала три лавки в Китай-городе. Сдаваемые в аренду знакомым купцам, эти торговые помещения приносили надежный доход. Таким образом, Марии Федоровне досталось все состояние, нажитое четырьмя поколениями семьи Симоновых. Эти деньги она вложила в дело мужа и воспитание детей.
Рассмотрим теперь вопрос о степени участия М. Ф. Морозовой в делах семейной фирмы. Товарищество Никольской мануфактуры «Саввы Морозова сын и Ко» по праву считалось одним из лидеров хлопчатобумажной отрасли. Тимофей Саввич встал во главе предприятия в 1860 году в возрасте тридцати семи лет, заняв место покойного отца. При акционировании основной капитал в 5 миллионов рублей был разделен на 5 тысяч паев по 1 тысяче рублей. При этом, согласно уставу фирмы, паи не следовало распылять — они ни при каких обстоятельствах не должны были выходить за пределы семьи.
Самому Тимофею Саввичу в начале 1880‐х годов принадлежало 3462 пая, Марии Федоровне он передал 1095 паев. Таким образом, муж и жена владели 91 % паев фирмы, еще 1,6 % принадлежали их детям, остальные 7,4 % — служащим и компаньонам, а именно торговому дому «Людвиг Кноп», поставлявшему на фабрики Морозовых английское ткацкое оборудование, и бухгалтеру И. А. Колесникову, проработавшему у Морозовых несколько десятилетий.
Мария Федоровна прожила с мужем почти сорок лет, до момента его кончины, которая произошла в 1889 году на их крымской вилле в Мисхоре. Как говорили, смерть застигла миллионера «на коленях во время молитвы», что было расценено как знак его благочестия. Согласно последней воле покойного наследницей всего морозовского дела стала вдова, к ней перешло право распоряжения фабричными и торговыми делами. К этой роли супруг готовил ее заранее. При утверждении устава товарищества в 1873 году 43-летняя Мария Федоровна была включена мужем в число учредителей. В 1883 году Тимофей Саввич выдал жене доверенность на управление имениями, покупку земель, получение денег. Можно сказать, что это был тот редкий случай, когда муж верил жене «как самому себе».
Наконец, в духовном завещании, составленном в 1888 году, Тимофей Саввич так выразил свою последнюю волю:
 
Всё без изъятия недвижимое и движимое мое имение, мною благоприобретенное, могущее остаться после моей смерти, в чем бы оно ни заключалось и где бы ни находилось, я завещаю супруге моей Марии Федоровне Морозовой в полную исключительную и независимую ее собственность и в неограниченное владение и распоряжение.
 
Имущество, завещанное супруге, составляло 6 миллионов рублей. В пользу двух сыновей и трех дочерей предназначалось только пять наследных долей по 100 тысяч каждая.
После утверждения завещания Т. С. Морозова Московским окружным судом оказалось, что ценных бумаг и капиталов имелось на сумму 5 694 162 рублей 70 копеек, в том числе паев Никольской мануфактуры на 2,4 миллиона рублей, акций Общества Московско-Курской железной дороги на 1,1 миллиона рублей и на текущем счету Товарищества Никольской мануфактуры 1,16 миллиона рублей. По завещанию Мария Федоровна также получила значительную недвижимость в Покровском уезде Московской губернии (около 12 тысяч десятин земли, или, в современных мерах, около 131 квадратного километра) и дивиденд за 1889 год в размере 439 тысяч рублей. Таким образом, все наследство определялось в 6 129 018 рублей.
Передавая почти все имущество жене, Т. С. Морозов тем самым сохранял семейное дело от раздробления. Складывалась своеобразная система купеческого «майората», когда имущество переходило только к одному наследнику в большой семье. Кроме того, он не хотел провоцировать ссоры между детьми, удерживая их от возможного соперничества внутри семейного бизнеса.
Осенью 1889 года Мария Федоровна встала у руля фабричного дела, заменив мужа на посту директора-распорядителя Никольской мануфактуры. Тезка матери последнего императора Николая II, она и во внешнем облике несла печать монархической властности. Современники единодушно признавали, что Мария Федоровна держала себя самодержавной владычицей своей текстильной империи. Так, автор воспоминаний «Москва купеческая» П. А. Бурышкин писал: «Это была женщина очень властная, с ясным умом, большим житейским тактом и самостоятельными взглядами. Подлинная глава семьи». Один из родственников свидетельствовал, что Мария Федоровна возглавляла семью «с непререкаемым авторитетом и энергией».