Русские эмигранты и их потомки. Истории успеха
Благодаря бережному отношению англичан к своей истории, удалось найти сканы газет середины XIX века, через призму которых можно проследить отдельные события из жизни нашей героини. Сейчас это покажется странным, но в те времена было принято официально сообщать через газеты о таких событиях из жизни знати, как рождение, свадьба и похороны. Отсюда даже появилось распространённое в викторианскую эпоху мнение, что имя приличной женщины должно упоминаться в газетах лишь в связи с перечисленными событиями. Поэтому нет ничего удивительного в том, что в одной из сохранившихся газет от 1836 г. мы можем прочитать достаточно подробное описание свадебного торжества, данного в честь бракосочетания Кэтрин Герберт и Александра Мюррея:
«Свадьба в высшем обществе. В честь состоявшейся во Франкфурте на Майне свадьбы виконта Финкасла, старшего сына графа Данмор, с леди Катериной Герберт, находящейся в расцвете своей красоты сестры графа Пембрук, великолепное торжество было дано в замке Данмор – родовом поместье отца жениха, а также в прочих его имениях в Хайлендс [20]. ‹…› В прошлую пятницу в Парке Данмор с самого утра собрались жители деревни и арендаторы. Зажжённое пламя празднич ного костра ознаменовало начало торжества. Семейный флаг с вышитыми на нём гербами древних шотландских семей Атолл, Гамильтон и Дуглас, к которым теперь добавился и герб старинного английского рода Герберт, развевался на вершине замковой башни. За здоровье молодых гости пили виски, который здесь романтично называют „горной росой», а весёлый волынщик развлекал своей игрой всех желающих танцевать шотландские танцы. ‹…› Около 4-х часов арендаторы, общей сложностью 150 человек, приступили к торжественному обеду под большим шатром ‹…›. На ужин в замок были приглашены только избранные лица из местного дворянства. Вечер завершился фейерверком, балом и праздничной иллюминацией…»
Союз оказался по-настоящему счастливым: за свадьбой ожидаемо последовали дети – трое девочек и один мальчик – почти так же, как было у родителей самой Кэтрин.
Типичный пейзаж острова Льюис и Харрис
* * *
После смерти свёкра супруги наследуют новый титул – граф и графиня Данмор, а вместе с ним и большие земельные наделы в 150 000 акров, среди которых был остров Харрис (Harris). Этот остров относится к цепочке Внешних Гебридских островов, расположенных к северо-западу от Шотландии [21]. Строго говоря, Харрис – это название только южной части острова, тогда как северная именуется Льюис. При том, что остров на самом деле один, его до сих пор иногда называют «острова Льюис и Харрис», а о каждой части неизменно говорят как об отдельном острове. «Почему?» – спросите вы. Ответ будет закономерен: «Традиции, сэр!»
Если вы зададитесь целью найти фотографии Харриса в интернете или в какой-нибудь энциклопедии, то наверняка отыщите поистине райские картины. Длинные, пологие пляжи белого песка, кристально-чистая голубая вода, периодически приобретающая невообразимый зелёный оттенок, словно кто-то растворил в ней огромный изумруд. Мягкая трава и качающийся на ветру вереск соседствуют с мелким песком, который постоянно шлифуется мелкими барашками набегающих волн. Ну как не помечтать о пляжном отдыхе? Вот только искупаться вам вряд ли удастся – температура воздуха на Гебридских островах редко поднимается выше 15 градусов по Цельсию.
Внутренние территории острова создают резкий контраст с побережьем. Везде серые каменистые земли, чередующиеся с дикими пастбищами, пасмурное небо и пасущиеся овцы, давно ставшие частью местного пейзажа. Здесь вместе с пронизывающим до костей ветром начинаешь ощущать всю суровость северных земель. Тут не рады праздным пустословам, всех пришлых этот край проверяет на прочность и выносливость. И только выдержавшие это испытание смогут оценить скупую красоту Гебридских островов.
Полагаю, энергичная и трудолюбивая Кэтрин быстро сроднилась с этими суровыми краями. Местные холмы, берега и камни должны помнить статную красавицу, которая прогуливалась по пляжу сначала под руку со своим супругом, а затем в окружении детей. Наверняка эти дни, наполненные семейными радостями, запомнились Кэтрин навсегда, ведь северные земли учат ценить тепло и нежность вдвойне.
Однако годы счастливого замужества мы оставим за скобками, ведь история деловой графини Данмор, прославившей твид Харрис, началась вовсе не в день её свадьбы и даже не в один из дней размеренной семейной жизни. Эта история начинается 15 июля 1845 г., в день смерти её мужа.
Думаю, правда, сама леди Кэтрин сильно бы обиделась, если бы услышала, что нас интересуют не годы её молодости и расцвета, а годы вдовства. Впрочем, даже по тем временам она стала вдовой слишком рано – на тот момент Кэтрин исполнился только 31 год. Молодой женщине, которая до этого в течение четырёх лет исполняла обязанности фрейлины при королеве Виктории, пришлось вернуться из столицы в родовое поместье своего мужа и с головой окунуться в науку управления обширным хозяйством. И, судя по дальнейшему развитию событий, она принялась за дело со всей ответственностью и энтузиазмом.
«Ананас Данмор» – самый причудливый зимний сад в Англии, принадлежавший графам Данмор
В отличие от многих своих современниц, графиня Данмор не оставила свои владения на волю управляющего, а решила самостоятельно вникнуть во все тонкости, связанные с унаследованным ею имуществом, и всё держать под строгим контролем. Между тем вникать приходилось быстро, ибо время не было к ней благосклонно. Удар по состоянию графини Данмор был нанесён стремительно и, как водится, с той стороны, откуда его совсем не ждали.
* * *
В 1845 г. на Ирландию и Шотландию обрушился неурожай картофеля. Событие в общем-то рядовое, хотя и неприятное, и никто тогда не придал ему большого значения. Периодически неурожаи случались почти повсеместно, поэтому даже бедняки, в рационе которых картофель составлял весьма значительную часть, поначалу решили, что следует просто потуже затянуть пояса в предстоящую зиму. Зато уж следующий год наверняка принесёт богатый урожай, ведь не приходит одна и та же беда дважды!
Однако поразивший картофель фитофтороз решил по-другому. Тёмно-коричневая гниль, передававшаяся от клубня к клубню с токами воды, распространялась с пугающей скоростью. Каждая протекавшая мимо картофельных полей речка, каждый падавший с неба дождь становились губительными для всего северного региона Британских островов. Из раза в раз крестьяне с отчаянием вырывали из земли сморщенные, прогнившие картофелины, которые были абсолютно непригодны для еды. Те немногие клубни, которые удалось сохранить для посадки следующего урожая, уже несли в себе споры фитофтороза, поэтому в 1846 г. бедствие неминуемо повторилось. В общей сложности неурожаи продолжались в течение пяти долгих лет, в результате чего в одной только Ирландии от голода погибло около 1,5 миллиона человек!
