Кукла для Мастера
— Не многовато? Особенно для первого этапа? Тем более, столько уровней сразу. Я же ВИЖУ, какие карточки ты используешь! Конечно, хорошо, что ты их сохранил еще с ТОГО времени. Но… я тебя уверяю, такое количество слов не каждый крестьянин знает, не говоря уже об уровнях, и не пытайся сейчас что-то сказать про СВОЮ деревню, она у тебя особенная, — продолжал наседать, на своего друга, Анри. — А еще я предполагаю, что кроме слов вы больше НИЧЕГО не учите. Может достаточно?
— Нет, еще недостаточно, она должна знать, столько… — остановился на середине фразы Даниэль, но Анри улыбнувшись, за него закончил, — сколько знала САТИ, так?!
— …
— Так, — удовлетворенно произнес Леардо, глядя на, смутившегося и замолчавшего, Люцифиано.
Тот, помолчав, резко вскинул голову и сказал, — хорошо, ты прав, именно так и есть. Ты, это, хотел от меня услышать?
— Нет, не это, — неожиданно ответил, удивленному Даниэлю, Анри, — извини, но я наверно не совсем правильно задал первый и основной вопрос. На самом деле он должен звучать так:
— Чего ты НЕ хочешь получить в результате обучения?
— Я тебя не понимаю, — озадаченно произнес Люцифиано, однако, опять отведя глаза от собеседника.
— Давай больше не будем играть в словесные игры, я сам сейчас на него отвечу, — еще раз улыбнувшись, понимающей улыбкой, сказал ему Леардо, и продолжил:
— Ты ОЧЕНЬ не хочешь, чтобы, научившись говорить, она спросила: — «КТО Я!» Так как, не знаешь, что ей ответить. Так?! И наверняка пресекаешь все попытки сделать это по вашей… связи. Ты хочешь, что бы она САМА обо всем вспомнила, и осознала себя как, та о ком ты так грезишь. Именно поэтому ты кроме СЛОВ больше не даешь ей никакой информации. Она наверно даже до сих пор НЕ знает, где находится! А почему? Потому, что ты подбираешь материалы исходя из того, что знала Сати, тоже выборочно. А то, что по твоему мнению она сейчас не должна знать, ты… удаляешь. — Анри кивнул на несколько вырванных листов, выглядывающих из-под стопки книг.
В кабинете повило молчание, которое через некоторое время прервал угрюмый голос Люцифиано:
— Ладно, я и тут не буду возражать, твои рассуждения полностью верны.
— Да верны, но не закончены! — продолжил Анри, глядя на, вновь, удивленно взглянувшего на него, Даниэля.
— Думаю, все же, при желании, когда она сможет спросить, ты найдешь, что сказать. Страшнее для тебя другое…
Анри выдержал паузу, посмотрел на напряженного Даниэля и закончил:
— На самом деле, больше всего ты боишься, что осознав себя, она вспомнит… про то, КТО она и про ОТЦА! И я уверен, что когда ты думал про возрождение Сати, то о том, что вернуться и ТАКИЕ воспоминания даже не вспомнил. И хорошо, что хоть сейчас это сделал. А не тогда, когда… уже было бы поздно! И в данный момент ты… просто тянешь время.
Люцифиано несколько мгновений смотрел на Леардо, потом откинулся на спинку кресла и обмяк.
— Да… и опять ты полностью прав. Но раз уж так все разложил по полочкам досконально, значит и решение знаешь?
— Я знаю главное, ТАК продолжатся дальше, уже не может. И как минимум несколько вариантов того, что тебе нужно сделать, подскажу. Ну, а решение, все равно будет за тобой, ведь это твоя химера, — ответил ему Анри, сделав вид, что не заметил, как на слове «химера» поморщился его друг. Он сделал паузу и продолжил:
— И еще хочу сказать, что не буду акцентировать свое внимание на том, что ты, по непонятной для меня причине по-прежнему уверен, что в девочке должна очнуться Сати.
Некоторое время Леардо буравил глазами своего друга, и, не увидев, никакой реакции, вздохнув, продолжил:
— Ладно… в общем, начал ты в ДАННОЙ ситуации в целом правильно. И подход выбрал действительно интересный. Но вот дальше, немного не хватило… хитрости. В прочем у тебя с ней всегда были проблемы. Я предлагаю сделать следующее….
Кабинет Даниэля Люцифиано, спустя некоторое время
Обстановка в кабинете разительно переменилась. Друзья сидели рядом в креслах (Даниэль ради этого вышел из-за стола), и пили вино, бутылку которого Люцифиано достал из неприметной дверцы в стене сбоку от стола.
— Даже не хочу знать, сколько этого вина у тебя осталось, — сделав очередной небольшой глоток, зажмурившись от удовольствия, проговорил Анри.
— И правильно сделаешь, меньше знаешь — крепче спишь, — проговорил в ответ, расслабившийся и довольный Даниэль, — спасибо, что в очередной раз меня выручил.
— Тебе стоило ко мне, пораньше обратится, тогда бы меньше мучился, знаешь же, что я всегда помогу.
— Увы, столь умная мысль, не смогла придти в мою голову, с уже высохшими от старости извилинами, — повинился Люцифиано.
— Да, ладно, по «извилинам», мне до тебя далеко. Я вот даже не пытаюсь понять твои фразы типа «взаимно проникающая метрика пространства». Просто не надо быть таким… прямолинейным.
— А хочешь, я тебе сейчас объясню… про метрику?
— Смерти моей хочешь?! — шутливо воскликнул Леардо, изображая крайнюю степень ужаса, потом посерьезнел и продолжил уже с нормальной интонацией, — лучше скажи, ты разобрался с этим… улучшенным обликом Эли?
— А, это… ЭТО бесподобно! — с энтузиазмом в голосе, и резко ожив, воскликнул Даниэль. Такое поле для исследований!
— Никакой другой фразы, я от тебя и не ожидал. Уверен, что ты уже успел замучить Эли своими проверками. И?..
— И… могу только повторить — это бесподобно! — Даниэль поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее, выдержал паузу и продолжил:
— Суда по всему, это равновесная система отрицания локальных физических и температурных воздействий. Основой выступает поверхность живого тела носителя. Однако, согласно концепции Ванкоффа, создание подобной структуры невозможно, как и такие сильные, и заметь, временные изменения на клеточном уровне. Даже при высокой энергонасыщенности он допускал только частичное укрепление мембран. Ведь возникающие при локальном воздействии на поле поверхностного натяжения паразитные колебания повреждают целостность структуры, что приводит к ее разрушению. Однако тут применен очень интересный способ стабилизации, с точечным перераспределением энергии, причем количество этих узловых точек, или вернее их плотность даже на небольшом участке кожной поверхности, просто невероятна. И если удастся провести анализ структуры узла, и понять каким образом… то возможно…
…
Глаза Анри постепенно стекленели, и вскоре он вообще перестал понимать, что говорит его друг. Спохватившись, Леардо замахал рукой перед лицом Даниэля, продолжающего увлеченно рассказывать. Тот наконец-то обратил на него внимание и остановился.
— Фу, — демонстративно вытер пот со лба Анри, — ведь только что говорил, что не понимаю таких… сложных слов. Можно еще раз и попроще… как для студента первого курса академии, ладно?