Миротворец
– И вы знаете, где она находится? – спросил виконт.
– По нашим сведениям, в одной из трёх башен, – заговорщически сообщил я южанину. – Но, увы, мы взяли слишком мало людей, и не можем пробиться через охраняющих Установку Град джиннов. Но это секрет, друг мой!
– Конечно-конечно! – закивал виконт. И тоже зашептал заговорщически: – Секрет на секрет – посох Виза, по нашим сведениям, может находиться в здании старой магистратуры прямо под фонтаном!
– Про посох мы знаем, – небрежно отмахнулся Карильон, хотя я даже услышал, как яростно скрипнуло перо второго, прячущегося в палатке, – У нас такие же сведения. А вот по короне очень расплывчаты.
Виконт махнул очередную чарку, и вдруг яростно выпалил:
– Господа! Я знаю, где корона! И пусть уж лучше она достанется вам, чем этому урюку Басману!
– Виконт! – воскликнул я, – У нас приказ не возвращаться без этой Мерралом проклятой короны, и я думал, мы сгниём в этой глуши! Если вы нам поможете – даю слово дворянина, что вы и ваши люди будете отпущены домой!
Южанин гордо вскинулся:
– Герцог! Я вам сообщу это безо всяких условий! Секрет на секрет. А вы вольны поступать так, как сочтёте нужным. Я признаю, что мы проиграли и в плен попали по своей вине. Потому всецело в вашей власти!
– Я от своих слов не откажусь, – стараясь пьяно растягивать слова, покачал я пальцем перед лицом виконта. – И барон свидетель моего слова!
– Герцог, вы настоящий дворянин и аристократ! – совсем разомлевший виконт пьяно прослезился, и выпалил: – По нашим сведениям корона спрятана в старом королевском парке, в часовне Каты – богини войны!
Карильон тут же подлил виконту вина с самогоном, южанин залпом выпил бокал, и, икнув, завалился набок. Нергальский организм не выдержал зелья двойной перегонки, перемешанного с вином. Мы с бароном переглянулись, и я увидел, что Карильон не менее трезв, чем я. Он деловито склонился над виконтом, проверил пульс, послушал дыхание. Поднял веко кичливому дворянину, и произнёс:
– Готов! До утра не очнётся!
Я подозвал Яга и приказал отнести виконта в лагерь к остальным пленным, а ко мне позвать вождя ргхаков.
– Неужели мы поймали с вами золотую рыбку, барон? – ухмыльнулся я.
– Герцог, если мы найдём все эти вещи, это будет не просто удачей, это будет настоящей победой! – барон старался, но не мог скрыть торжественную улыбку. – И во многом благодаря вам, хитрый, циничный и лицемерный пройдоха!
– Сами вы такой же, барон, – сказал я, и мы оба весело расхохотались.
– Что будем делать с нергальцами? – спросил Карильон.
– Если найдём корону и посох – отпустим! – ответил я первому советнику Тайной канцелярии.
– А не проще убить? – сузив глаза, спросил барон. – Пошли и сгинули. Все до одного! И никто ничего не узнает.
– Я думал об этом, Прет, но есть несколько нюансов, – я стал загибать пальцы: – Первое, о возвращении короны узнают все и сразу. И связать её появление с пропажей экспедиции труда не составит. Потому император итак всё узнает.
Карильон согласно кивнул головой.
– Второе, пусть не сдаются, и продолжают посылать огромные экспедиции за «установкой Град», может, это отвлечёт Басмана от захвата новых королевств, и даст нам возможность отсрочить столкновение с объединённым югом.
Карильон восхищённо цыкнул, и спросил:
– А что за установка такая, герцог? Я от вас впервые услышал о ней.
– Естественно. Потому что её в природе не существует! – ответил я под хохот барона.
Глава 11Гномы методично долбили мраморные плиты фонтана, а Агель, стоя рядом, страдальчески призывал:
– Аккуратнее, Визом вас умоляю! Аккуратнее!
Гномы молча делали своё дело, не обращая внимания на возгласы мага. Жара даже болтливых коротышек сделала немногословными. Мы же вместе с Карильоном, в отличие от Агеля, предпочли сесть в теньке, где попивали воду. Маг, в отличие от нас, знал про посох Виза, ну и нас просветил. Оказывается, данная штуковина по преданию даже простому человеку давала силу на несколько заклинаний. А силу любого мага увеличивала десятикратно. Так как император Басман, по словам нергальцев, был магом, понятно его желание получить столь ценный артефакт. С посоха мы и решили начать поиски. Вернее, решил Агель, и уговаривал нас со всей своей неистовостью. А так как старая магистратура была ближе, чем королевский парк, мы особо и не спорили. Правда, где сам парк ргхаки не знали, и не могли понять, что именно я от них хочу. Потому я послал отыскивать королевский парк своих элементалов, и в это время спокойно прохлаждался, глядя, как работают трудолюбивые гномы. А потом случилось две вещи одновременно. Гномы пробили вход в подвальное помещение, а ко мне вернулись из разведки элементалы.
– Серж, мы нашли что-то похожее на королевский парк! – пропищал Шиб.
– Но там много часовен, и чья из них богини Каты мы не знаем, – добавил Здик.
– А ещё в парке странные существа, похожие на людей. – заверещал Шиб.
– Всё потом, – махнул я рукой, соскакивая со скамейки, и направляясь к гномам. Уж упустить находку легендарного посоха Виза я не хотел.
Первый советник Тайной канцелярии Карильон пыхтел за мной следом. А гном Стамп, на правах старшего, разогнал пинками своих собратьев, и аккуратно расширял проход. Увидев меня, Стамп предостерегающе поднял руку:
– Разведать бы вначале, вашество!
– Да, – поддакнул Суркул, – Кто его знает, что там внизу?
– Вдруг страсти какие, – пытаясь заглянуть вниз, пробасил Стамп.
– Или ужасы страшные, – пытаясь отпихнуть Стампа, гудел Суркул.
– А не повесить ли мне вас, братцы? – остановившись перед толкающими друг друга гномами, спокойно спросил я. Видимо, мой нейтральный тон остудил гномов, и они отскочили от ямы, вытянувшись чуть ли не по стойке смирно.
– Не надо вешать, вашество, – это Стамп.
– Мы же о вашей безопасности заботимся, – Суркул.
– А вы как всегда что-то не то подумали про гномов, – добавил Стамп.
– А с гномами никто не хочет ссориться, – пробурчал Суркул.
– А повешение двух старейшин на пользу отношениям не пойдёт, – прогнусил Стамп.
Поток слов этих двух пройдох к моему удивлению помог пресечь Карильон. Выслушав словесный поток гномов, он вдруг обратился ко мне:
– Герцог, мы в Тайной канцелярии достаточно просто решаем такие дела.
Гномы разом захлопнули рты и уставились на барона. Тот, ничуть не смутившись, наклонился ко мне, но продолжал говорить достаточно громко:
– Если человек, – сказал он, потом пристально посмотрел на Стампа с Суркулом и добавил: – Ну, или другой разумный, что, впрочем, неважно, очень много говорит, то мы отрезаем ему язык.