Нелюбовь

— Зачем было убивать его? — фыркнула Любовь.
— Чтобы у тебя не было иллюзий, что есть человек, который тебя по-настоящему любит, и ты бы мечтала сбежать к нему. Сейчас тебе некуда бежать, нет такого человека, да и не было. Но у тебя есть Я. Прими, как данность мою любовь, и наслаждайся жизнью, она все-таки прекрасна. Моя королева.
Он поцеловал ее плечо и погладил живот.
И она подумала, что он, наверное, прав. Что такое любовь? Существует ли она вообще? Любовь попыталась вспомнить те чувства, которые испытывала к Игнату в юности. Воспоминания поблёкли, стерлись за ненадобностью. Отношения с Фиделем? Оказалось, это игра… все неправда. И что остается? Только любовь к детям, всепоглощающая материнская любовь. К тому же есть человек, который оплачивает расходы на детей, и по-своему, как умеет, заботится о жене. «Вот у мамы такого мужа не было, она и позаботилась о доче, нашла подходящего. Муж правда у нее был, жили плохо, но недолго. Отец даже платил копеечные алименты целый год, а потом его уволили с работы, и он исчез. То ли сгинул в девяностые годы, а может, живет где-то припеваючи и о бывшей семье не вспоминает. А ведь родители когда-то любили друг друга, так мама говорила, но эта любовь рассеялась, как дым. А у меня с Густавом и рассеиваться нечему».
Осенью Ульян стал посещать школу и обзавелся новыми друзьями. Непоседе Сальвадору исполнилось два года. Зимой у Любови родилась девочка — синеглазка, которую она назвала Теоной.
— С каждым разом наши дети получаются все лучше, красивее — заявил муж, разглядывая малышку.
— Не зли меня, Густав, больше детей не будет — рассердилась Любовь.
— Конечно-конечно, как скажешь — усмехнулся он — два сыночка и лапочка дочка. Вполне достаточно.
    
46. Бывший
Быстро летит время, три с половиной года прошло с того времени, как Игнат устроился работать в строительную компанию, купил себе недорогую, подержанную, но вполне приличную машину. Илоне исполнилось семь лет…
Игнат вернулся домой с пакетом, выставил на стол торт и фрукты, а также бутылку шампанского.
— Что это? У нас праздник? — удивилась Ева, а Илона захлопала в ладоши.
— Тортик!
— Есть повод — сказал Игнат — получил повышение!
— Правда?! Поздравляю! — Ева обняла мужа, прижалась к его плечу.
— Спасибо. Давайте праздновать, девчонки — предложил он.
— Давайте! Я хочу кусочек с шоколадом! — подхватила Илона.
— Сначала ужин, а потом тортик — сказала Ева строго, Илона надулась.
— Лона, давай будем слушать маму. Она же приготовила нам ужин, нужно есть, а то не вырастешь — заявил отец.
Они накрыли стол, достали фужеры для шампанского, Илоне сок налили. По центру стола располагался торт. Чокнулись.
— За тебя, Игнат! С повышением!
— Повышение, это очень хорошо? — уточнила Илона на всякий случай, хотя и так понятно, раз в честь этого праздник устроили родители.
— Это замечательно, Илона, папа будет получать больше денежек, потому что его очень уважают на работе — объяснила Ева.
Родители выпили шампанского, Илона — сок.
— Я снова карабкаюсь по карьерной лестнице, как тот Сизиф, что тянул свой камень на гору, а тот срывался назад у самой вершины — невесело пошутил Игнат.
— Что за мысли, Игнат? Никакой ты не Сизиф. Теперь ты не повторишь прошлых ошибок — сказала Ева — у тебя все получится.
— Да, конечно, это я так глупо пошутил… Ну, а у вас как дела, девчонки?
— Хорошо — ответила Илона.
— На завтра я с работы отпросилась. В больницу с Илоной пойдем — сообщила Ева.
— Зачем? — напрягся Игнат.
— Медосмотр перед школой пройти нужно.
— А, это. Ну да, конечно — успокоился он…
 
В детской больнице Ева с Илоной сидели в коридоре ожидая своей очереди к врачу. Издали она заметила знакомую фигуру бывшего мужа. За десять лет, что она его не видела, он изрядно потолстел, полысел. Облаченный в белый халат он вел беседу с мужчиной в костюме. Они прошли мимо, не заметив Еву.
— Посмотрите, нам непременно нужен ремонт именно в этом крыле — говорил бывший муж.
— Но Департамент выделяет деньги только на ремонт стационара… — отвечал мужчина в костюме.
— Департаменту, похоже, все-равно…
Ева посмотрела вслед бывшему с любопытством, а рядом сидящая женщина пояснила:
— Мартин Борисович, главный врач.
— Правда? Он — главврач? — удивилась Ева. «Смотри-ка растет бывший и вширь, и ввысь» — усмехнулась она про себя.
Но мысль о бывшем улетучилась, так как подошла их очередь идти в кабинет…
Получив заветную справку о пригодности ребенка к школе, Ева шагала к выходу, довольная, что все получилось довольно быстро и удачно. Илону она вела за руку. И тут на пути снова возник Мартин, он увидел Еву и застыл в немом удивлении, словно призрак увидел.
— Ева? Это ты?
— Здравствуйте, Мартин Борисович, это я. А что такого?
— Здравствуй, да ничего, просто… давно не виделись.
Ева пожала плечами и прошла к дверям. «И чего это он на меня так вытаращился?»
Выйдя на больничное крыльцо, вздохнула полной грудью, не любила она эти лечебные заведения.
— Ева, подожди — окликнул ее Мартин, она обернулась.
— А что? Есть ко мне, какое-то дело у Вас? — спросила она.
— Да, то есть нет — замялся Мартин — просто поговорить хочется. Это твоя дочь? А что приходили, не заболели?
— Нет, слава Богу. Взяли справку для школы. Осенью в первый класс идем.
— Как время-то бежит — покачал головой он — давай присядем на скамейку тут, на детской площадке, а девочка поиграет.
Ева посмотрела на дочь.
— Илона, хочешь на качели покачаться, пока я с дядей доктором поговорю?
— Ладно… Только не долго — разрешила дочь, подозрительно посмотрев на дядю, и побежала к качели.
— Какая симпатичная девочка… А ведь у нас тоже могла быть такая дочка, ну в смысле постарше, конечно — произнес Мартин, Ева посмотрела на него недоуменно. «И с этим человеком я жила? И вроде бы даже любила, хотела от него детей? Бред какой»
— Ну, такая бы не получилась. Потому что Илона на папу своего похожа, а он у нас красивый. А от тебя я кого могла родить? Ты сам говорил рыжего поросенка.
Мартин недовольно поморщился.
— Разве я так говорил? Не помню. Наверное, в шутку, а ты обиделась.
— Такое не забывается — хмыкнула она — но теперь это не важно. Я замужем, у нас все хорошо. А ты как?